Утро… Вы любите утро?.. Когда весь мир только просыпается?.. Небо светлеет, гаснут последние звезды… И вот уже пробиваются первые тоненькие лучики солнца. Пробегают неслышно по земле, будто знакомясь с ней…. Переплетаются друг с другом, путаются в кронах деревьев, скачут по лужам и отражаются в каждой росинке… Цветы поднимают свои бутоны, раскрывая их навстречу солнышку и свету... Негромко щебечут птички, перелетая с дерева на дерево… А вдалеке еле слышно позвякивает первый трамвай… Все вокруг оживает в преддверии нового дня…

Утро… Тонкий золотистый лучик мягко прощупывал занавески окна, ища хотя бы одну маленькую щелочку, хотя бы одну лазейку, чтобы проникнуть в комнату. Его мягкие пальцы аккуратно пробегали по ткани, проверяя каждый сантиметр. И вот, свобода! Он наконец-то нашел долгожданный вход в это святилище сна.
Луч скользнул по лицу спящей девушки. Коснулся ее ресниц, губ, кончика носа. Девушка смешно сморщилась, вздохнула и… проснулась. Васильковые глаза распахнулись, обдав все вокруг синевой, и уставились в потолок.
А лучик продолжал свое путешествие по комнате. Вот он пробежал по огромному шкафу, запрыгал по стенам, оклеенным розовыми обоями, скользнул по поверхности стола и ударился о зеркало. Отскочил от собственного света и побежал дальше.
Девушка все также лежала, глядя в потолок. После сна ее мысли разбегались, разлетались в разные стороны как сотни бабочек. А она все пыталась их поймать. Она точно знала, что сегодня особенной день, но никак не могла вспомнить почему. И вдруг!.. Глаза ее распахнулись от внезапного озарения!..
«О, Боже! Сегодня же у нас с сестрой день рождения! Как я могла об этом забыть!» - думала она.
Одна рука девушки лихорадочно шарила по тумбочке в надежде найти будильник, ну, или на худой конец хотя бы сотовый, а другая пробежала по второй половине кровати. Пусто!..
«Мужа нет! Да куда он мог деться с утра пораньше?! И где этот чертов будильник?! Который час, в конце концов?!» - мысли мелькали в голове со скоростью света.
Один рывок и она уже сидит в кровати, лихорадочно пробегая глазами по комнате. Здесь все такое родное и любимое: мягкие низкие кресла и стеклянный столик (здесь они с мужем часто проводят вечера), большое светлое окно, сейчас задернутое мягкими шторами бордового цвета, шикарная кровать с шелковыми простынями и, конечно же, огромный шкаф с зеркалом во весь рост. На стенах висит множество плакатов с изображением красивой стройной блондинки с синими глазами. Да. Это она. Известная всему миру модель, фея модных подиумов, восхитительная принцесса рекламного королевства – Мия Колуччи. И сегодня у нее и ее сестры Мариссы день рождения.
Мия познакомилась с Мариссой еще в колледже и сначала они не очень любили друг друга. Откровенно говоря, просто ненавидели. Но судьба такая штука, что все делает по-своему. И со временем, пройдя множество жизненных испытаний и уроков, девушки стали не только сестрами, но и близкими подругами.
Блондинка бросила мимолетный взгляд на свои плакаты и негромко проговорила:
- Ну что ж, с днем рождения тебя, детка!

Марисса Пиа Спиритто проснулась от громкого щебетания птиц за окном. Вся комната была уже наполнена светом. Ветерок колеблет край легкой занавески, разносит по комнате аромат тюльпанов, растущих в саду.
«Который час?» - задала себе вопрос девушка. Глаза скользнули по стенам, выкрашенным в лучших традициях сеньориты Спиритто в оранжевый цвет. Взгляд остановился на старинных часах, мерно отсчитывающих секунды.
- Ничего себе! Уже почти 10, - пробормотала Мари. – Ох, и любишь же ты поспать, Мариссита.
Запиликал мобильный – пришла SMS-ка. Конечно же, от Сони.
«Мариссита, доченька, поздравляю с днем рождения! Люблю! Люблю! Люблю! До вечера. Соня».
- О-ой, у меня же сегодня день рождения. 20 лет. Круглая дата. Придется весь вечер улыбаться. Зачем я только повелась на уговоры Мии и разрешила проводить праздник у меня? Дом Мии ничуть не меньше, - так, разговаривая сама с собой, девушка добрела до ванной комнаты.
Наскоро приняв душ и умывшись, она вдруг остановилась перед зеркалом. Из его прозрачной глубины на нее также внимательно смотрела девушка. Иногда Марисса не узнавала себя. Она осторожно приближает лицо к запотевшему стеклу. За последние три года она сильно изменилась.
Она стала еще красивее, ее и без того точеная фигурка сделалась еще более соблазнительной. Каштановые кудри волной опускались на хрупкие плечи, покрытые красивым загаром. А в шоколадных глазах поселилась грусть. Когда-то эти глаза постоянно горели живым огнем, а теперь лишь изредка вспыхивали в кругу самых близких друзей и родственников.
- Все будет хорошо, - прошептала Марисса и ослепительно улыбнулась. Улыбнулась так, как всегда улыбалась на публике. Девушка в зеркале ответила такой же улыбкой…

Дверь отворилась, и в комнату вошел высокий темноволосый молодой человек, в руках он держал сервированный к завтраку поднос.
- Мануэль, где ты был?! – воскликнула Мия.
- Готовил тебе завтрак, любимая. С днем рождения, солнышко мое! – сказал он, мягко касаясь губами ее щеки.
- Спасибо, милый! Что бы я без тебя делала?! Я вот сейчас проснулась, а тебя нет рядом. И стало так страшно, так одиноко, - Мия прижалась щекой к плечу мужа.
- Глупышка, я всегда буду с тобой! И никогда не оставлю! Еще успею надоесть, - улыбаясь, сказал Ману, обнимая любимую.
Мия Колуччи и Мануэль Агирре поженились сразу по окончании колледжа. Любовь этих людей пережила множество разных моментов: были и ссоры, и разочарование, и ложь, предательство, измена. Но, несмотря на все прошлые обиды, они смогла простить друг друга и полностью отдаться на волю своих чувств.
В настоящее время Мия стала известной на мировых подиумах моделью, а Мануэль поступил в главный Университет Буэнос-Айреса на экономический факультет и в данный момент является правой рукой Франко Колуччи, помогая ему на фирме.
- Давай посмотрим, что ты мне принес? – девушка окинула поднос взглядом: чашка липового чая, тосты с джемом, клубника со сливками, в маленькой вазочке стояла роза нежно-розового цвета. Но одна вещь заинтересовала ее больше всего.
Мия взяла с подноса открытку, изображающую прекрасного голубоглазого ангела, с надписью «Моей любимой!». Внутри было написано несколько строк:
«Миита, поздравляю тебя с днем рождения!
Ты прости, что забываю иногда
Голубые или зеленые у тебя глаза,
Но ведь это не важно, самое главное в том,
Что больше нет таких глаз в мире во всем!*
Люблю Тебя!
Твой грязный ацтек»

Глаза девушки засветились счастьем.
- Извини, я не очень умею сочинять стихи, - виновато проговорил Ману. – Это ведь ты у нас по ним спец. Такие тексты для группы писала!
- Неважно! – прервала его Миита. – Главное, что от сердца! Спасибо. Я люблю тебя, грязный ацтек!
Она бросилась в его объятья.
- А я тебя, безмозглая Барби!
И их губы слились в поцелуе.

Марисса стояла на кухне возле окна, держа в руке чашку с любимым чаем из лепестков роз. Мысли ее были далеко.
«Сегодня мне исполняется 20 лет. Вроде бы все хорошо. Я – известная в Аргентине певица. И, несмотря на относительно юный возраст, - многообещающая. У меня прекрасная семья – мама, целых три папы и две сестры. Множество друзей. Рядом человек, который меня любит. Но почему-то я не чувствую себя счастливой. Да, я любима, но не испытываю к Дани ответного чувства. Он хороший человек, нежный заботливый; у нас близкие отношения. Но это все не то, не то. Я не чувствую родства душ, нет той ниточки, которая связывает двух любящих людей. Наверное, все дело в том, что я его не люблю.
Я смотрю на моих друзей и отчаянно им завидую.
Луна и Нико Провенса. Живут неподалеку, в соседнем городе. Воспитывают малыша Педро. Занимаются сельским хозяйством и оба счастливы. Сегодня обязательно обещали приехать.
Лухан и Маркос Агилар. Мои близкие друзья и родственники. Маркос стал знаменитым врачом, а Лухи открыла благотворительный фонд в помощь детям-сиротам. У них растет сынок – Маркитос. Они нежно любят друг друга и благодарны судьбе, что смогли преодолеть все невзгоды, обрушившиеся на их головы.
Мия и Мануэль. Эта пара вообще вызывает трепет. Пережить все, что выпало на их долю и простить друг друга – это достойно восхищения. Они любят друг друга безумно.
Вико и Рокко Фуэнтос Эчагуа. Создали свою группу и стали известны всему миру. Частенько встречаемся с ними на концертах. Все их песни наполнены такой любовью, а глаза просто светятся счастьем.
Пилар Дунофф и Томас Эскура. Собираются пожениться Томас учиться на юридическом факультете, а Пили решила продолжить дело своих родителей и стать педагогом. Она теперь вместо Кармен преподает литературу.
Фели и Лало. У них растет маленькая дочка Миита. Фели стала известным дизайнером. Работает в фирме Франко, создает коллекции для женщин с нестандартными фигурами. Лало учится на экономиста. Родители Фели давно уже смирились с ее замужеством и полюбили Лало, потому что они видят, как их дочь счастлива.
Даже Лаура Арегги и Гвидо Лассен. Такие непохожие. Такие разные. Они нашли в себе силы, и отдались страсти. У них очень крепкие отношения. Когда Лаура окончит университет, они поженятся.
Все они нашли своих единственных, свои вторые половинки. Все они безумно счастливы вместе. Все обещали быть на нашем с Мией празднике. Я всех безумно люблю. Но сама я… сама я чувствую себя потерянной. Одинокой. Главное счастье в жизни – это быть любимым и самому любить. У меня этого счастья нет».

- Любимый, как поживает наш сюрприз? – Мия внимательно смотрела на мужа.
- Неплохо поживает. Сегодня в два часа дня я встречаю его в аэропорту.
- Прекрасно! Надеюсь, ей понравится, - Мия выглядела озабоченной.
- Я ничуть в этом не сомневаюсь, - уверенно сказал мексиканец.
- Знаешь, когда Лухи узнала, ЧТО мы собираемся подарить Мариссе на день рождения, она меня чуть не убила. Сказала, что она так долго реанимировала Мари, а я пытаюсь все загубить. Представляешь?
- Зная Лухан, очень даже представляю, ответил Ману, смеясь. – Ее хлебом не корми, дай только с кем-нибудь подраться.
- Но я же ее сестра, - обиженно протянула Мия. За прошедшие 4 года она сумела полюбить не только Мариссу, но и Лухан. Они стали настоящими сестрами. Несмотря на то, что Мия сдвинута на тряпках и косметике, сердечко у нее доброе, нежное, умеющее понимать, принимать и любить.
- Ну, ты же знаешь Лухан. Она всегда была такой, - пожал плечами Агирре.
- Ну да, ну да, - вздохнула блондинка. – Но после рождения сына она все же стала помягче. Материнство положительно влияет на женщин.
Сама Мия отчаянно хотела ребенка, но первое время, когда ее карьера пошла в гору, об этом не могло быть и речи. Но в скором будущем Мануэля ожидал сюрприз.

Марисса смотрела, как по стеклу окна сбегают капельки дождя.
«Ну вот, дождь пошел», - мелькнула в голове мимолетная мысль.
Дождь. Чудо природы. Заставляет нас замолчать и задуматься. Просто сесть в кресло, укутаться в плед и подумать. Сколько всего бывает в жизни: встречи и расставания, ссоры и примирения, смех и слезы, радости и горести. Начинаешь думать о том, что ты сделал в этой жизни правильно, а что нет.
Дождь. Самое время обсудить с самим собой свою жизнь: свое прошлое и будущее. Признаться себе во всех тайных мыслях, которые стараешься прогнать при ярком свете солнца, стараясь себя убедить, что все хорошо. Понять правильной ли дорогой ты пошел. Именно дождь помогает нам заглянуть в себя, познать себя, довериться себе, открыться.
В эти мгновения дождь учит нас жить, учит быть собой. Помогает понять, что все в этой жизни относительно. Если тебе сейчас плохо, то потом обязательно будет хорошо. Ведь каждый знает, что после дождя всегда выглядывает солнце. Даже если он затяжной, все равно он когда-нибудь закончится. Ведь дождь не может идти вечно. Как и не может жизнь всегда быть серой. Пусть в ней встречаются и черные полоски тоже. Но ведь белых значительно больше. Стоит только посчитать. Твои близкие здоровы, рядом – это счастье. Позвонил старый друг – это счастье. Купила платье, о котором давно мечтала – и это счастье. Даже случайная улыбка незнакомого человека – счастье. Счастье вокруг. Оно окутывает тебя невидимой пеленой. Нужно просто протянуть руку.
И пусть дождь навевает грусть, но эта грусть добрая, светлая. Чудо природы. Дождь.
Она смотрела на струйки дождя и мечтала просто прикоснуться к ним кончиками пальцев, почувствовать их живительную влагу. По щекам стекали такие же капельки, оставляя за собой тоненькие дорожки. Губы слегка вздрагивали.
- Ну что ты, Марисса, - разговор с самой собой уже вошел в привычку. – Прекрати плакать. Прекрати себя жалеть. А то вечером будешь выглядеть как поросенок с похмелья: глазки-щелочки, вместо носа – опухший пятачок. Мия тебя никогда не простит.

- Плачешь? – сквозь стекло за девушкой следили чьи-то колючие серые глаза. – Ты у меня еще не так поплачешь!.. Когда время придет… А придет оно скоро… Очень скоро.
Человек достал из кармана плаща мобильный.

- У меня сегодня столько дел, - воскликнула Мия, заканчивая завтракать. – Нужно все подготовить по первому разряду! Ты же знаешь, любимый, что Мари самоустранилась от организации праздника. А Лухан здесь не помощница. Ей не с кем маленького Маркитоса оставить. У Сони днем спектакль. В общем, все ложится на мои хрупкие плечи. А ведь еще и о себе надо не забывать. Я должна выглядеть лучше всех! О, Боже, быть мной – тяжкий труд!
- Дорогая, а я и думал, что ты уже забыла эту фразу, - смеясь, сказал Мануэль.
- Почти. Но иногда мне действительно бывает тяжело. Ой! Надо позвонить Мариссе. Поздравить ее.
- Ну, ладно, я поехал в офис. Нужно провернуть пару дел. А потом подготовить наш сюрприз для Мари. – Мануэль еще раз поцеловал жену. – И смотри не перестарайся с праздником, - и, все еще посмеиваясь, он вышел из комнаты.

Пройдя в комнату, Марисса залезла с ногами в любимое кресло. Взгляд упал на столик, где в красивой рамочке стояла фотография. Группа ERREWAY в полном составе. Фото с какого-то концерта. Они здесь такие смешные, такие юные. Мануэль прижимает к себе Мию, а та дуется на него за то, что он наступил ей на ногу («Ах! Мои новые белые туфли от Гуччи! Ацтек проклятый!»). Пабло держит ее за руку, а сам смотрит куда-то в глубину зала, видимо выискивая новую жертву своего обаяния. Она же сама широко улыбается, хотя глаза грустные, а в голове одна-единственная мысль: «Я убью тебя, Бустаманте!»
Марисса очень любила эту фотографию. У нее было много других фоток группы, снятых профессиональными фотографами. На них они веселые, улыбающиеся, с довольными лицами. Но эта была ей дороже всего. Здесь они такие натуральные, такие естественные. Пусть это не мило улыбающиеся лица, а какие-то гримаски, но такие родные. Мия не жаловала это фото и не раз просила сестру спрятать его подальше. Но нет никого упрямее Мариссы Спиритто. Это было самое лучшее фото. Потому что не нем, несмотря ни на что, они счастливы. Счастливы потому, что молоды. Потому что популярны. Потому что любимы. Потому что вместе. Мия, Мануэль, Марисса и Пабло – сын мэра, блондин с ослепительно голубыми глазами и белоснежной улыбкой; мечта многих девушек колледжа и поклонниц группы.
«Пабло… - Марисса вновь погрузилась в свои мысли, скользнув взглядом по часам. – Скоро полдень, а он до сих пор не позвонил. Неужели он забыл? Так хочется услышать его голос, его смех. Хотя бы на минутку. Ужасно скучаю по нему. По его глазам, что заставляли сердце биться чаще. По его улыбке, которая сводила с ума. По нежным прикосновениям его губ… Так, Марисса, какие еще губы?! Стоп! – но она уже не в силах была остановить поток своих мыслей и чувств, которые несли ее все дальше и дальше. – Я скучаю по силе его рук. По теплу его тела. Но все это в прошлом. Он далеко. В Испании. А я здесь. В Аргентине. У него есть девушка, у меня парень. Мы больше не вместе. Есть Пабло, и есть Марисса. Теперь мы всего лишь хорошие друзья. Я сама это придумала…»
И мысли унесли ее в прошлое.

4 года назад.
По окончании четвертого курса, Марисса и Пабло вместе с Мией и Мануэлем отправились отдыхать на Галопогосские острова. Место, которое стало для четы Агирре символом их любви. Оказалось роковым для Мари и Пабло. Там они снова поругались. Окончательно. Неважно, кто был прав, а кто виноват. Они оба наговорили друг другу кучу неприятных вещей, припоминая все прегрешения партнера, стараясь ужалить побольнее, заставить сердце обливаться кровью, а душу разрываться на части.
С острова они улетели на разных самолетах. А в начале учебного года колледж Elite Way School, а теперь уже обычная средняя школа, огласился такими знакомыми криками еще совсем недавно любящих друг друга людей.
- Дура!
- Кретин!
- Идиотка!
- Дебил!
- Да тебя, Спиритто, давно пора в террариуме выставлять, как самую ядовитую змею на планете!
- А тебя, идиот, пора занести в книгу рекордов Гиннеса, как самого большого и работоспособного кролика на свете. Скольких проституток ты уже ублажил? Батарейки «Энерджайзер» в тебе что ли? И вообще, я не Спиритто, а Андраде… или Колуччи?... Вот черт! Сама запуталась в этих дурацких фамилиях! – Марисса нервно мотнула головой.
- Ха-ха! – губы блондина искривились. – Ты точно Колуччи! А говорят еще, что не имя красит человека, а человек имя. Да у тебя мозгов еще меньше, чем у Мии; те, что были, совсем растворились в собственном же яде. Колуччи ты и есть Колуччи!
А что касается моих девушек, - его глаза озорно блеснули. – Так ты что ревнуешь? Может хочешь оказаться на их месте? – он нежно провел рукой по ее щеке.
Марисса внутренне вся сжалась от этого прикосновения. Хотелось, чтобы Пабло не убирал руку. Но она отогнала от себя эти странные желания. Нужно продолжать бой. Иначе она не Марисса Пиа Спиритто-Андраде-Колуччи (и еще где-то там Рей).
- Ты в своем уме? Я? С тобой? Да с тобой только за деньги спят! По просьбе папочки! – насмешливый голос впивался в сознание тысячами игл. Голубые глаза потемнели, став совсем синими:
- Помнится, всего пару месяцев назад ты была со мной совсем бесплатно. Что ж, сколько я должен? Не люблю брать в долг!
- Идиот! – Хлоп! Голова Пабло дернулась, а на левой щеке остался красный отпечаток маленькой ладошки. – Считай, что это была благотворительность такому убожеству как ты!
Марисса резко развернулась на пятках и поспешила прочь, оставив после себя легких запах апельсинов. А Пабло остался стоять, беспомощно глядя ей в след. «Почему я опять наговорил ей гадостей? – думал он. – Неужели нельзя жить мирно? Пусть мы уже не вместе. Жаль! Жаль! Жаль! Но ведь можно хотя бы не ссориться?»
- Пабло! Что с тобой? Ты меня слышишь? Что-то случилось? – раздался у самого уха взволнованный голос Мии.
- О, Боже! Двух Колуччи я уже не выдержу! – вскрикнул Пабло и выбежал в дверь, оставив ничего не понимающую Мию стоять с открытым ртом в холле колледжа.

Мия никак не могла прийти в себя. Она стояла, распахнув васильковые глаза, и не могла понять, что такого она сказала или сделала Пабло? Почему он так отреагировал? И эта его странная фраза: «Двух Колуччи мне уже не выдержать!» Почему двух? Ведь она одна.
«Думай, Мия, думай! – говорила она себе. – Что имел в виду Пабло? Какая еще вторая Колуччи? Наверно, Марисса права и у меня действительно только одна извилина… Стоп! Марисса! Только она может довести Пабло до белого каления. И ведь моя фамилия добавилась к огромному списку ее после того, как папа и Соня поженились. Она теперь тоже Колуччи, как и я.
Значит, все дело именно в ней. Я должна немедленно с ней поговорить! Хотя нет, нужно сделать еще одно дело», - и блондинка бросилась на поиски Лухан.
Линарес нашлась на удивление быстро. Она сидела в кафетерии в обнимку с Маркосом и что-то увлеченно обсуждала с Лаурой.
- Лухан, ты должна мне помочь! – Мия схватила девушку за руку и поволокла за собой.
- Эй, эй, полегче! – вскрикнула ничего не понимающая Линарес. – Откуда только в тебе силы столько, Колуччи? И вообще, что это за манеры такие: врываться, хватать за руки, прерывать разговор?! Это вроде я на улице воспитывалась, а не ты.
- Лухи, Мари с Пабло опять поссорились!
- Ну, это не новость, - невозмутимо ответила Лухан. – Они теперь постоянно ссорятся после той злополучной поездки на острова. Зачем вы только их с собой потащили?
- Хочешь сказать, что это мы виноваты? – вспыхнула Мия, но сумела побороть свое возмущение. – Ладно. Сейчас не об этом. Нужно их помирить!
- Помирить? – недоверчиво изогнула бровь Линарес. – Ты сама-то хоть понимаешь, что говоришь?
- Ну, хотя бы попробовать! Я больше не могу и не хочу видеть их вечно недовольные и грустные лица, слышать крики и замазывать синяки! Ну что, ты со мной?
- Ладно. Ты права, - сдалась Лухан. – С этим нужно что-то делать.
- В общем, я сейчас иду искать Мари, думаю, что она на пляже. А ты найди Пабло, растолкуй ему что к чему и приведи в беседку за колледжем. Я то же самое сделаю с Мариссой.
- ОК. Будет сделано, мой командир, - шутливо отдала честь Лухи, и девчонки разбежались в разные стороны.

Марисса, как и предполагала Мия, сидела на берегу океана, тупо уставившись на волны, не замечая, что ноги совсем промокли от набегающего прибоя. Она думала… Она сама не понимает, почему изо дня в день приходит в это место. Не понимает, почему сидит, тупо уставившись на волны, ведь это причиняет ей только боль. Ничего кроме боли. Все здесь напоминает ей о нем… В каждой волне, в каждой капельке океана она видит его глаза… Золотистый песок – его волосы… Ослепительный свет солнца – его улыбка… Тепло солнечных лучей – тепло его тела… Высокое могучее дерево – надежность и сила его плеча. Весь мир для нее – Он и он для нее – весь мир.
Внезапно чья-то мягкая ладошка легла ей на плечо. Обернувшись, она увидела Мию.
- Марисса, что у вас опять произошло с Пабло? – взволнованно спрашивала сестра. – Вы опять поссорились?
- Не опять, а снова, - буркнула Спиритто.
- Мари, так больше нельзя. Встречи, расставания, примирения, ссоры. Сколько можно? Вам обоим пора объявить перемирие, выкинуть белый флаг. Колледж уже устал от ваших постоянных криков и драк. Так хочется погрузиться в блаженную тишину…
- Ну так, умри, неверная, - и Марисса со смехом кинулась на сестру. Но улыбка тут же погасла. – Ты думаешь, я не знаю, не понимаю этого? Я уже сама устала от постоянных ссор. Мне тоже хочется тишины, спокойствия, - сбивчиво говорила Мари. – Хочется вставать по утрам и не занимать голову мыслями о том, что бы такое придумать, чтобы напакостить Бустаманте, какие бы обидные слова сказать, чтобы улыбка сползла с его надменной физиономии! Как я устала от всего этого. Я хочу просто жить!
Подождав, когда Марисса закончит, Мия продолжила:
- Я считаю, что вам нужно поговорить по душам и помириться. Для этого я сюда и пришла. Пойдем со мной к школе. – И Мия потянула сестру за собой.

Пабло, такой же потерянный, как и Марисса, сидел на лавочке в парке, окружающем колледж. Мысли роились в его голове, не находя себе места, ударялись одна о другую и исчезали. И лишь одна из них намертво зацепилась за его воспаленное сознание и пульсировала в висках.
«Я ее люблю. Я не могу без нее жить. Но у нас ничего не получается, не выходит. Мы слишком разные и в то же время слишком похожие. Слишком гордые… Слишком…»
Он не успел додумать, так ка кто-то весьма ощутимо пихнул его в бок. Подняв глаза, он увидел перед собой Лухан.
- О-о! Еще одна Колуччи пожаловала, - после того, как Соня удочерила Лухан и вышла замуж за Франко к фамилии Линарес присоединилась еще и Колуччи. – Бог троицу любит. Вот только я, наверно, не выдержу такого счастья.
- Хватит ехидничать, Бустаманте! Я с тобой поговорить пришла! И не надо мне так мило улыбаться, как будто рекламируешь свою зубную пасту. Я ведь не такая дура, как все твои девочки, на такое не куплюсь. А не будешь меня слушать, - начала Лухан, видя, что Пабло пытается встать и уйти, - твоя голливудская улыбка перестанет голливудской.
- Что тебе надо, Линарес? – усталым голосом спросил он, снова опускаясь на лавку. Он совсем забыл, что только что широко улыбался, пытаясь заставить Лухан поверить, что у него все хорошо.
- Я хочу, чтобы вы поговорили с Мариссой, - твердо сказала Лухан.
- Мы и так с ней каждый день разговариваем. По-моему, это весь колледж слышит, - горько усмехнулся Пабло.
- Вот именно, весь колледж. А вам нужно поговорить тихо, мирно, вдвоем. Только ты и она.
- Только я и она… - Пабло определенно думал о чем-то своем, не слушая стоящую рядом девушку.
- Пабло, ты, вообще, где сейчас находишься? Планета Земля вызывает Бустаманте на связь! Ау-у? – Лухан отчаянно размахивала руками перед лицом парня, начиная все сильнее раздражаться.
- А? Что? – он, наконец, вернулся с небес на грешную землю.
- Ты вообще слышал, что я только что тебе говорила?
- А? Да-да. Слышал. Ты хочешь, чтобы мы с Мари поговорили.
- Именно. Умница, детка. Поговорили и пришли к какому-то результату. Иначе мы скоро просто оглохнем от ваших криков. Короче, пойдем, - и Лухан потащила ничего не понимающего парня на встречу судьбе.

Школьный сад… Посаженные в ряд деревья… Удобные лавочки, скрывающиеся в тени зеленой листвы… Обложенные кирпичом, клумбы с яркими цветами… На каждого, кто бывал здесь, опускалась аура спокойствия и безмятежности. Здесь, в недрах природы, даже самые мятежные становились спокойными, ощущали внутреннюю гармонию. Здесь можно было быть самим собой: плакать и смеяться, радоваться и грустить… Казалось жизнь на мгновение остановила свой бег. Именно поэтому школьный сад был излюбленным местом для учеников бывшего элитного колледжа… Вот и сейчас по его аккуратным дорожкам прогуливались парочки, неспешно обсуждая свои дела.
Безмятежность парка нарушилась от топота ног бегущих парня и девушки: высокая, спортивного вида шатенка и голубоглазый блондин. Парочки оглядывались им вслед, недоумевая, как они могли нарушить спокойствие этого места и что они вообще делают вместе. Но Лухан, не обращая внимания на недоуменные взгляды, продолжала нестись вперед, словно тисками сжимая руку Пабло и увлекая его за собой.
«Сами же еще спасибо скажете», - думала девушка, косясь на удивленные лица однокашников.
В глубине сада находилась старинная беседка, вся увитая плющом. В ее тени часто любили прятаться влюбленные парочки для того, чтобы им никто не помешал. Именно туда лежал путь Лухан Линарес и Пабло Бустаманте.
- Короче, Бустаманте, - достигнув цели, начала инструктировать парня Лухи, - будь, наконец, мужиком! Хватит прятаться в свой панцирь, пора принимать решительные действия! Поговори с ней начистоту. Обо всем. И не смей сделать ей больно!
О! А вот и она! Я откланиваюсь.
Лухан выскользнула из беседки, оставив Пабло одного. Он стоял и не знал, что делать.
«Поговорить начистоту, - думал он. – Да еще и не сделать больно. Легко сказать! Как можно говорить правду и не сделать больно ни ей, ни себе? Ведь правда всегда болезненна!»
Скрипнула половица и мысли сразу же куда-то улетучились. Перед ним стояла бледная Марисса, судорожно сжимая руки, так что костяшки пальцев побелели.
«Волнуется», - мелькнуло в голове.
- Привет! – ее голос дрожал.
- Привет, - еле слышно выговорил он.
Оба замолчали, не решаясь продолжить. Напряжение витало в воздухе. Оседало на плечи. Окутывало ноги. Давило в груди. Воздух стал тяжелым, густым, создавалось впечатление, что его можно было потрогать рукой. Казалось, что он сейчас заискрится от электрических разрядов, испускаемых этим напряжением.
- Ты знаешь… - оба заговорили одновременно и тут же замолчали, глядя друг другу в глаза.
- Давай ты, - проговорила она.
- Я тебя люблю, - просто сказал он.
- Я тоже тебя люблю, - она подошла ближе.
- Я знаю. Знаю, но у нас что-то не получается, не выходит.
- Да. Мы не можем друг без друга, но и вместе тоже не можем. Постоянные подозрения, - быстро заговорила она, - страхи… Глупая гордость и эгоистичность. Желание приручить другого.
- Мы такие одинаковые и в то же время такие разные, - озвучил Пабло свои недавние мысли, - словно два полюса.
- Нужно что-то решать… Как дальше быть… Ребята действительно устали от наших постоянных ссор, - она уже сидела рядом с парнем.
- Да, пора успокоиться, прекратить ссоры, драки. Оставить друг друга в покое, но в то же время быть вместе, рядом. Но как это сделать?
- Друзья, - шепнула Марисса.
- Друзья? – переспросил блондин.
- Да, друзья. Мы должны стать друзьями. Просто друзьями. Мы всегда можем увидеться, поговорить друг с другом, сходить в кино или кафе. Но уже никто никому ничего не будет должен. У каждого своя жизнь, каждый волен делать все, что хочет, - говорила она.
- А друг с другом можно иногда советоваться, - подхватил он. – Мы будем петь вместе в группе, веселиться с друзьями. И сами будем просто друзьями. Так?
Что ж, идея хорошая. Вот только как быть с любовью? – с горечью в голосе закончил Пабло.
- Любовь… - задумалась девушка, и глаза ее подернулись дымкой. – Любовь со временем перерастет в дружескую, братскую. Мы сильные, мы сможем.
- Возможно, ты права. Так действительно будет лучше для всех, и для нас в том числе. Мы больше не будем причинять друг другу боль…
- Да, да, - тихо прошептала Марисса, прижимаясь к Пабло.
Они еще долго сидели обнявшись в глубине беседки, потихоньку друг от друга смахивая набегающие слезы. Каждый думал, что они приняли правильное решение, но почему-то сердце сжималось в груди. А в душе прочно поселилась грусть. Грусть по любви, которую они оба согласились оставить в прошлом. Как какую-то ненужную, бесполезную вещь. Теперь им нужно привыкать к новому статусу. Учиться быть друзьями.