Воскресенье, 28.05.2017, 11:37
Приветствую Вас Гость RSS
Esprit rebelle
ГлавнаяДурдом "Ромашки" - ФорумРегистрацияВход
[ Список всех тем · Список пользователей · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Разделы для v.I.p. .::. 50 messages on forum » Fan-fiction .::. Фан-фики » Дурдом "Ромашки" (by Acia)
Дурдом "Ромашки"
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 20:25 | Сообщение # 1
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
Автор: Acia
Название: Дурдом "Ромашки"
Бета: .Камилка, anhelo, zoomzoom
Статус: в процессе
Размер: похоже, макси
Персонажи/Пары (Пайринг): Марисса/Пабло, еще кое-кто мелькает
Жанр: Romance и, надеюсь, комедия
Дисклеймер: Крис Морена и ко
Содержание: события происходят в колледже
Размещение: только с разрешения автора
Предупреждения: вроде нет
От автора: Это мое первое творение. Знаю, многие не любят подобный жанр (когда они учатся в EwS), но что делать? =))
Не преследовала цель сделать что-то серьезное и драматичное. Просто фик, который бы легко читался и иногда заставлял улыбаться. Очень жду комментариев, чтобы узнать, достигла ли я поставленной цели

Она сидела на подоконнике в своей комнате и о чем-то усиленно думала. Вернее, делала вид, что думала. Или думала на самом деле? В последнее время она себя понимала с трудом. Начиналось все с того, что в следующую пятницу у них выступление, а это значит, что нужно придумывать новую отмазу для родителей. Нет, Соня была обеими руками «за», всячески поддерживала ребят и помогла, хотя Марисса старалась делать вид, что попросту этого не замечает. С Мануэлем тоже никаких проблем не было. Его мама будет только рада, если ее мексиканское чадо станет всемирно известным и популярным. Неполадки были у барби с ее папой, который ну почему-то ни в какую не соглашался лицезреть свою любимую дочурку на сцене. «Старый консерватор и сухарь» - так комментировала всемирно известная Соня Рей поведение Колуччи-старшего. Ну, и конечно, самая главная проблема заключалась в этом придурке, мэрском отродье и его папаше, который каждый раз кричал, что оторвет сыну голову, если еще раз увидит его рядом с гитарой. «Воплотил бы хоть раз в жизни свою угрозу», - думала рыжая. И не пришлось бы ломать голову над тем, как помочь голубоглазому красавцу. «Черт, черт, черт, опять я о тебе думаю. И совсем ты не красавец. Просто на фоне Гвидо довольно выигрышно смотришься. Ну, так это ему надо сказать спасибо». Да, мысли о Бустаманте-младшем последнее время довольно часто оседали в ее голове,и вытащить их оттуда было довольно сложно, если не - невозможно. Это ужасно раздражало и злило, потому что объяснений данному факту просто не было. Вернее, они были, но просто кто-то усиленно пытался их игнорировать и заталкивать как можно глубже в самые тайные закоулки своей души.
Так вот, пока Марисса сидела на подоконнике и думала обо всем этом, ЭТО уже давно ругалось с Томасом у себя в комнате.
- Эскурра, ты полный придурок! Просто сошел с ума! Ты забыл, кто она?
- Я прекрасно все помню. Не надо на меня орать. Она мне нравится и все.
- Да она же дочь директора. Не боишься, что он тебя в порошок сотрет, если вы с ней вдруг поссоритесь? С оценками, дорогой друг, у тебя и так не ахти, смею тебе напомнить. А тут вообще не вылезешь из долгов, чему несказанно будет рада Кармен.
- Причем здесь мои долги? И вообще, мне с тобой еще тягаться и тягаться в умении доставлять удовольствие Кармен. Она, по-моему, больше симпатий питает к тебе, - сказал Томас, указав головой на внушительную стопку книг, возвышающихся на столе Пабло. – К какому дню тебе надо все это прочесть и принести подробный отчет?
- Не напоминай…Она просто озверела, старая дура. Подумаешь, не прочитал этого дурацкого Лопе де Вегу, так теперь мне надо отследить тенденции в литературе позапрошлого века. Так, Томас, не уходи от темы. Что у тебя с Пилар? Неужели все так серьезно?
- Более чем. И, знаешь, я ужасно этому рад. С каждым днем она нравится мне все больше и больше
- Аккуратно, друг, она, знаешь ли, довольно неординарная…
- Ну, по части неординарностей у нас ты специалист, а не я, - сказал Томас, за что в него тут же была брошена подушка.
- На что это ты намекаешь? – похоже, Пабло все меньше и меньше нравился оборот, который принимал их разговор. Надо было срочно съезжать с этой опасной темы.
- Я не намекаю, я тебе прямо говорю, - видимо, Томас не разделял взгляды друга и «съезжать с темы» не собирался.
- Не знаю, что ты там себе надумал, но нас с Мариссой ничего не связывает. И мне вообще нравится Лола.
- Ну, имени Мариссы я не произносил, ты сам о ней первый вспомнил. Значит, что-то все-таки вас связывает, или тебя привязывает к ней. Признайся, она тебя тянет словно магнит.
- Томас, хватит, я не намерен обсуждать больше эту тему. Ты говоришь бред. Еще раз повторяю, мне ужасно нравится Лола. Я практически влюбился, понятно?
- Ну, если ты повторишь себе эту фразу еще раз 100, то, возможно, сам в нее и поверишь…
Еще одна подушка была пущена в цель, а Пабло, казалось, готов был разорвать и Томаса, и подушку заодно.
- Ладно, друг, не кипятись, я всего лишь хочу, чтобы ты был счастлив. Если ты с Лолой счастлив, то дело твое.
- Да, вот именно, я счастлив, мне с ней комфортно.
- Пабло, комфорт и счастье – абсолютно разные вещи. Ладно, черт с тобой, делай что хочешь.
И разговор на этом завершился, потому что в комнату на всех порах ворвался Лассен с дикими воплями и объявил, что они безбожно опаздывают на литературу. А злить Кармен ох как не хотелось…
Не вдаваясь в подробности, можно сказать, что литература прошла, как всегда, довольно ярко и эмоционально. Лаура по обыкновению расстроилась, что ее не вызывали к доске, хотя она была готова превосходно, Гвидо пытался понять, почему его ручка вдруг перестала писать, Марисса была целиком поглощена своими утренними мыслями, Мануэль целый урок старательно сочинял слова новой песни для предстоящего концерта. Надо отметить, что получилось довольно-таки неплохо. Видимо, вдохновение ему навеяла Мия, которая в этот момент усиленно пыталась вспомнить хоть что-то из биографии Пабло Неруды, (которую как раз и хотела услышать Кармен), надеясь, что про неё саму не вспомнят. Видимо, ее надежды были услышаны, потому что класс пронзил дикий рев:
- БУСТАМАНТЕЕЕЕЕЕЕЕ, К ДОСКЕ, ЖИВОООООООО!!!!!!
- Хоть раз бы за эти две недели ради интереса вызвала кого-нибудь другого, - проворчал себе под нос Пабло, выходя к доске.
- Видимо, твои красноречивые мычания произвели на нее неизгладимое впечатление, - послышался голос сзади. Ну конечно, Марисса просто не могла промолчать.
- Я смотрю, моя скромная персона никак не дает тебе покоя? Может, мои мычания производят впечатление и на тебя, а? – не остался в долгу Пабло.
- Что-то наш супермен в последнее время очень зазнался. Переобщался с папочкой?
- Бустаманте, я долго буду ждать, пока вы соизволите подойти наконец к доске? Долго собираетесь препираться со Спиритто?
- Видимо, всю жизнь – тихо сказал Томас…

Ответ Пабло, как всегда, не впечатлил Кармен, и, судя по ее довольному выражению лица, она собиралась добавить еще пару книг к той стопке, которая возвышалась на его столе. Когда, наконец, прозвенел долгожданный звонок, учеников как ветром сдуло. Кармен, кстати, тоже. Единственными, кто остался в классе, были Марисса и Пабло. Первая - потому что была полностью поглощена своими мыслями, что мешало ей ориентироваться в реальности. Последний - потому что просто не мог уйти. Ноги как будто прирастали к полу всякий раз, когда ее рыжие волосы появлялись в поле зрения, а по коже пробеги легкие мурашки заставляющие его ужасно волноваться.
Очнувшись от своих мыслей и поняв, где она находится, а главное – с кем, Марисса удивленно посмотрела на него. Но не было в этом взгляде того высокомерия и презрения, которым она щедро одаривала «блондинистую заразу» при каждом удобном случае. Вместо этого там было обычное недоумение и что-то еще, чему Пабло никак не мог дать определение, но это нечто заставило его сердце совершить тройной переворот и упасть где-то в районе пяток. Она вдруг показалась ему такой ранимой, беззащитной и хрупкой, что захотелось прижать ее к себе покрепче и больше никогда не отпускать. Как у нее это получалось? Он сомневался, что вообще когда-нибудь сможет дать ответ на этот вопрос. Да и вряд ли кто-нибудь другой сможет… Из раздумий его вывел голос Мариссы:
- Тебя мне только не хватало. Что ты здесь забыл?
Его словно окатило ледяной водой. И сразу вспомнилось кто он, кто она, и что они вообще-то враги.
- Тебе какая разница? Или ты уже приватизировала себе этот класс? Где хочу, там и нахожусь. Отвали.
«Нет, это просто невыносимо, что она о себе возомнила? Беззащитная? Да щас, как же…Сама кого хочешь с ума сведет. Например, меня. Черт, совсем не о том думаю…»
- Ах, отвали? Да это ты тут засел и не даешь мне спокойно наслаждаться одиночеством. Чего ты хочешь от меня? «Прекрати на меня так смотреть. Я и так уже ничего кроме твоих глаз не вижу. Так бы и утонула. О, Бог мой, опять эти дурацкие мысли».
- Ты какая-то нервная, - Пабло уже практически вернулся в реальность и нацепил свою коронную улыбку и самодовольное выражение лица – то, что у него получалось лучше всего. - Хотя, я понимаю, неудовлетворенные девушки всегда такие нервные, просто ужас…
- Я смотрю, у тебя огромный опыт в данной сфере. Что, Бустаманте, ряды наших учениц пополнили девушки, неудовлетворенные тобой? Сдаешь позиции? Хотя о чем это я? Для того, чтобы что-то потерять, нужно этим сначала обладать…Куда тебе-то.
- Да брось, дорогая, я же знаю, что ты в тайне просто мечтаешь пополнить ряды этих девушек.
- Неудовлетворенных?
- Нет, моих
-Да пошел ты знаешь куда? Сказать? – она почувствовала, что начинает нервничать. «Только бы не заметил».
- Не стоит, я и так наперед знаю, в какие дали ты меня пошлешь, ты слишком предсказуема, детка, – сказав это, Пабло приблизился к Мариссе на катастрофически близкое расстояние. Его дыхание жгло кожу, его глаза, казалось, проникают во все самые тайные уголки ее души, а его случайное прикосновение к ее бедру подняло в ней волну неуместных на данный момент чувств, да и вообще не очень уместных, учитывая, что этого человека она вроде как должна ненавидеть. Он тоже понял, что поспешил с действиями. Эта близость пугала его, он ужасно боялся не сдержаться и впиться ей в губы. Некоторое замешательство все же отразилось на его лице, но Марисса слишком сильно была поглощена изучением его глаз, чтобы что-то заметить. Расстояние между ними быстро сокращалось ,и все могло бы получиться как нельзя удачно, но тут в класс некстати вошла Лухан, которая забыла конспект на столе. С приходом подруги Марисса сразу же опомнилась, оттолкнула Бустаманте, крикнула напоследок «полный придурок» и выбежала за дверь. Пабло тут же скрылся следом.

Спустя несколько минут в кафе за столиком сидели Томас, Пабло и Гвидо, которые что-то увлеченно обсуждали, а напротив них мило ворковали Мануэль с Мией. Надо сказать, что после поездки на острова, Мия изменилась в лучшую сторону. Она перестала орать на каждом углу, что очень тяжело быть ей, видимо , наконец поняла, что есть работа и посложнее, стала ласковой и нежной и ни на секунду не отлипала от Ману. Последний, кстати, был не против. Как раз когда Мия уже в сотый по счету раз говорила, что ужасно любит Мануэля, в столовую ворвалась Марисса с дикими криками «Лухан, сколько можно, это плоды твоей не вовремя разыгравшейся фантазии». За ней шла сама «виновница». Она была более спокойна и пыталась что-то сказать своей не на шутку разбушевавшейся подруге. Пабло прекратил разговаривать с Гвидо и принялся внимательно слушать, о чем говорят за соседним столом, куда только что плюхнулась Мари.
- О, у этой ненормальной опять что-то случилось, - сказал Лассен, потягивая сок из своего стакана - Как бы бешенством от нее не заразиться. И что только Луис в ней нашел?
- Луис? Какой Луис? - теперь уже все внимание Пабло было направлено исключительно на Гвидо.
- Пабло, ты что, тоже от нее сумасшествием заразился что ли? - при этом Гвидо посмотрел на друга с таким сочувствием и состраданием, словно Пабло только что спросил, сколько будет дважды два. - Луис – это наш новенький с пятого курса. От которого, кстати, сходит с ума практически половина нашего женского коллектива. Он перешел к нам неделю назад. И как ты мог о нем забыть? Нет, - забеспокоился Гвидо – остальная большая половина девчонок все так же мечтает о тебе. Ну и обо мне, естественно, - сказав это, Гвидо самодовольно улыбнулся и продолжил пить свой сок.
Луис, конечно! Действительно, как он мог забыть? Этот парень перешел к ним совсем недавно, но уже успел изрядно подействовать на нервы Пабло. Да что там, он его ужасно бесил, и каждый раз, когда они сталкивались (а происходило это довольно часто – в одном колледже ведь учатся), Паблито боролся с диким желанием его придушить. Он его тихо ненавидел, но не признался бы в этом ни за что в жизни. Да это и не удивительно. Луис был остроумен, умен, харизматичен, привлекателен, общителен, довольно легко сходился с девушками, ну и, самое главное – ему сразу понравилась Марисса, и он ей, похоже, тоже. По крайней мере, они довольно мило общались. Если по первым пунктам Пабло еще мог дать фору новичку, то с последним у него явно были большие проблемы, по крайней мере, он так думал. Видимо, поэтому он так и бесился, хотя пытался всем доказать, что Луис для него "свой парень". Поэтому сейчас он даже удивился сам себе, что смог забыть про этого «выскочку», как он его мысленно окрестил.
А в это время разговор за соседним столиком продолжался…
- Марисса, мое большое воображение здесь совсем не при чем, не понимаю, почему ты отрицаешь очевидные вещи.
- Что??? Какие такие очевидные вещи, ты что совсем сошла с ума? Это Маркос на тебя так действует?
- Маркос здесь тоже не при чем. Я, конечно, не в диком восторге от твоих чувств, но мне кажется, вам все же стоит поговорить.
- Нет, Лухан, ты просто издеваешься!!!!!!!! - Марисса уже не кричала, она просто орала на все кафе, что, кстати, было очень на руку Пабло, который отвлекся, наконец, от своих мыслей о Луисе и продолжил слушать их разговор. – Не буду я ни с кем разговаривать, никогда!!!! Да и не о чем мне с ним говорить!
- Как это не о чем? Я же ясно вижу, что он плотно засел в твоей голове… - Лухан хотела еще что-то сказать, но Марисса слушать ее явно не собиралась.
- Я о нем не думаю, понимаешь?? Как ты меня достала….
- Я? Это я тебя достала? – Видимо, Лухан тоже вошла в раж и уже не замечала ничего вокруг. – Да ты его любишь, понимаешь? ЛЮБИШЬ!
Только сейчас они обе заметили, что все взоры сидящих в кафе направлены исключительно на них. И, самое главное, обладатель голубых глаз тоже находится в кафе и внимательно их слушает. Последние слова Лухан были для него такими неожиданными, что он выронил свой стакан с соком. Она поняла, что сболтнула лишнее, ну, а на Мариссу вообще было жалко смотреть. О том, что творилось в этот момент у нее в голове, лучше не знать – ее подружка испытывала все способы смертной казни, которые только знала Марисса. От экзекуций Лухан спас Гвидо.
- Что, неужели наша сумасшедшая нашла себе новую жертву? И кто же счастливчик?
Как назло, она совершенно ничего не могла придумать в этой дурацкой ситуации. Казалось, все идеи напрочь забыли дорогу к ее голове. Поэтому, решив, что лучшая защита – нападение, пошла напролом. Откинув назад волосы и грациозно развернувшись, она, медленно покачивая бедрами, подошла сзади к ничего не подозревавшему парню, обняла его и нежно прошептала на ушко:
- Ты, Лассен, ты. Кто же еще? Снишься мне уже третью ночь подряд. И я просто ничего не могу с собой поделать.
Теперь пришла очередь Гвидо ронять стаканы.
- Что за ересь ты несешь? Я н-не могу тебе нравится….эт-т-то нев-в-возмож-ж-жно…. – промямлил брюнет.
- Почему, дорогой? – Марисса провела пальчиком по его шее, отчего Лассен занервничал еще больше.
- Я п-п-р-осто н-не м-могу тебе нравится, - продолжал заикаться Гвидо.
- Молодец, красавчик, хвалю за смелость. Рада, что ты понимаешь, какой ты страшный идиот, и что ты абсолютно не в моем вкусе.
- То есть ты пошутила?
- Естественно, тупица. А ты уже и уши развесил. Кстати, мальчики, прекращайте пить, а то руки уже трясутся ,и вы стаканы не в состоянии удержать.
Сказав это, Марисса так же эффектно удалилась, как и появилась. Пабло сидел с открытым ртом, ну а Гвидо вообще был похож на человека, которого в эмбриональном развитии ударили кирпичом – такое уж у него было выражение лица. Только Томас покатывался со смеху.
- Она ненормальная, точно ненормальная. И в кого это она могла влюбиться? А? У нас же нет ни одного парня, который был бы в ее вкусе. Она всегда это повторяет.
- Тебя это так сильно интересует? С чего бы это? – сказал Томас
- Друг, если ты решил продолжать наш утренний разговор, то сразу могу тебе сказать - это плохая идея. Мы все равно не придем к соглашению. Я просто интересуюсь. Вот и все.
- Нездоровый какой-то у тебя интерес. Вон, аж стакан уронил.
- Просто от неожиданности – они так громко орали.
- Пабло, прекрати врать.
- Ну, правда громко, он не врет – это уже Гвидо подал голос.
- А ты не лезь вообще. Я не об этом говорю.
- А о чем тогда? – не понял Гвидо
- Пабло знает о чем. Почему ты отрицаешь очевидные вещи?
- Что? Какие очевидные вещи, Томас? Совсем на своей Пилар помешался?
- Причем здесь Пилар? Вам нужно поговорить!
- Иди ты к черту, не буду я ни с кем разговаривать. Ты надо мной издеваешься? И вообще, если ты хочешь продолжать быть моим другом, то советую тебе больше эту тему не поднимать.
Сказав последнюю фразу, Пабло выскочил из кафе, громко хлопнув дверью.
- Мне кажется или у меня дежа-вю?
- Гвидо, о чем ты?
- Просто вы практически в точности повторили разговор Мариссы и Лухан…
- Что? Не может быть. А что, если…
- Если что?
- Не важно, мне надо идти, встретимся в классе. Кстати, ты не видел, куда пошла Лухан?
- Зачем она тебе? Нет, не видел.
- Ладно, не важно. Все, я пошел.
- Томас…
- Ну что еще?
- Как ты думаешь, Марисса действительно пошутила или….?
- Расслабься, я уверен, тебе не о чем беспокоиться.
И Томас вышел из кафе.
- Да, наверное, он прав. Хотя на ее месте я бы тоже не устоял перед таким красавчиком, как я. И он мечтательно улыбнулся.

Марисса буквально ворвалась в комнату, чуть не сорвав дверь с петель. За ней на всех порах уже неслась Лухан.
- Прости меня, прости. Я совсем не собиралась так орать. Я же не знала, что они там сидеть будут.
- Не знала? Не знала??? Да они сидели за соседним столом!
- Но ты тоже их не заметила! И первая начала орать.
- Я…
- Прекрати, я знаю, что перестаралась и прошу прощения. Но я просто не могу спокойно смотреть на эту ситуацию, особенно после сегодняшнего инцидента в классе…
- Ладно, хорошо, я забуду о сегодняшнем случае, но только при условии, что ты тоже забудешь о своих глупых мыслях относительно меня и Пабло.
- Разве я не права?
- Лухан, я стараюсь об этом не думать и всячески пытаюсь выкинуть его из головы. Я больше не хочу страдать, а от этого человека большего ждать не приходится. И я все для этого сделаю. К тому же, у меня уже неплохо получается.
На этой фразе Лухан только вздохнула.
- Я больше никогда не хочу иметь с ним ничего общего. Я его разлюбила. Давай закроем эту тему.
- Хорошо, раз ты так решила.
- Да. К тому же ,теперь мне надо срочно придумать, в кого я могла влюбиться, чтобы этот супермен не возомнил себя не Бог весть кем.
- Ты же не думаешь, что он мог подумать, что это он?
- Ну а ты как считаешь?
Лухан предпочла промолчать.
- Ну, даже если он так и не думает, все равно лучше перестраховаться.
- Как насчет Луиса? Он к тебе неровно дышит – это точно.
- Кстати, неплохая мысль. Он очень даже ничего… «и супермена он раздражает – убью двух зайцев одним махом.». Пойду-ка поищу его.
- Ну надо же как ты загорелась. Глаза прямо так и сияют. Может, он тебе нравится?
- Нет, Лухан, он милый, но абсолютно не в моем вкусе
- Врешь…
- Нет, не вру, правда не нравится. Он слишком самоуверенный и, скорее всего, избалованный - при таком-то папаше. А с меня папочкиных сынков хватит. Ну все, я побежала его искать. «Кажется, она поверила. Нет, я действительно его забуду. Надеюсь…»
«Да я и не про Луиса говорю. Врешь, что Пабло больше не любишь, вон как глаза засветились от одной только мысли, что ему можно подействовать на нервы Луисом», - подумала Лухан, но вслух не сказала….

- Пабло, милый, давай сходим на вечеринку, ну пожалуйстаааа….- Лола вот уже полчаса действовала ему на нервы своим нытьем. Причиной послужила дискотека, устраиваемая сегодня вечером. Причем непонятно из каких таких соображений Гитлер решил отпустить туда весь 4 курс. 5, кстати, тоже. Поговаривали и о третьем. Дискотека обещала быть веселой не только из-за количества выпивки, место тоже было выбрано шикарное – новый ночной клуб. Дело в том, что владельцем этого клуба был сеньор Васкес, папа Луиса. Можно себе представить, почему Пабло не хотел идти. «Выскочка» его и здесь обставил.
- Ну Паааабло, давай пойдем, мы ненадолго. Томас, почему он не хочет?
Эскурра, сидевший рядом, только хмыкнул.
- Там наверняка будет скучно, - ответил Пабло.
- В лучшем клубе Буэнос-Айреса???
- Да, именно в нем. И кто тебе сказал, что он лучший? Может там совсем не так шикарно, как говорят.
- Так давай сходим и проверим.
- Лола, иди без меня, если ты так хочешь.
- Без тебя я не хочу. Неужели так трудно составить мне компанию? Или это из-за Луиса?
- Причем здесь он? – Пабло сказал это как-то слишком резко.
- Притом, что он явно тебе не нравится.
- С чего ты взяла? Просто я не думаю, в отличие от некоторых, что все, к чему бы он не прикасался, идеально.
- А я и не думаю. Мне кажется, ты ревнуешь.
- Что? - Пабло чуть не упал с пуфика, на котором сидел - Глупости. Кого я могу ревновать?
«Неужели догадалась? Она не так глупа, как я думал» - это были мысли Томаса.
- Как кого, меня естественно. Но ты не волнуйся, кроме тебя мне никто не нужен.
- Да я и не волнуюсь, - сказал Бустаманте и чмокнул ее в щеку.
«Не догадалась… Не удивительно».
- Значит, мы пойдем?
Пабло уже открыл рот, чтобы отказаться, но увидел проходившую мимо Мариссу и передумал.
- Конечно, милая, куда хочешь. Твое желание для меня – закон. И крепко ее поцеловал. Томас опять хмыкнул и как-то кисло улыбнулся.
Марисса же так была занята мыслями о Луисе и его местоположении, что абсолютно не замечала ничего вокруг. «И где же ты можешь быть, черт тебя возьми?»
Тут кто-то тронул ее за локоть. Она резко развернулась. Луис, а это был именно он, стоял напротив нее и протягивал ей букет каких-то непонятных, но дивно пахнущих цветов.
- Вот решил тебе подарить. Скажу честно, в дикой очереди за ними я не стоял и не заказывал в цветочном салоне. Просто нарвал около колледжа. Меня привлек их запах – терпкий, но в то же время нежный. Прямо как ты.
- Спасибо, - первый раз за день она улыбнулась. Мне очень нравится.
- Правда? А я ожидал, что ты швырнешь их мне в лицо.
- Почему?
- Ну, с тобой всегда надо быть готовым ко всему. Кстати, хотел спросить, ты пойдешь сегодня на дискотеку?
- Та, что в каком-то крутом клубе? Еще не решила. Это твой отец нас всех пригласил?
- Да, я, честно говоря, совсем не в восторге от этого, но он настоял – видите ли, клубу нужна реклама, а в колледже учится много детей известных шишек. Пришлось согласиться.
«Хм, а ты не так плох, как я думала»
- Там наверняка будет весело.
- Даже не сомневаюсь, уж папа-то постарается. Он любит пускать пыль в глаза. А меня это раздражает.
- Все-таки, я думаю, тебе стоит пойти, клубы твоего отца пользуются в Буэнос-Айресе бешеной популярностью.
- Составишь мне компанию?
Идти ей совершенно не хотелось. Почему, она и сама не знала. На душе было так тоскливо, что веселиться не было настроения. Но тут до нее наконец-то дошло, что пару минут назад сама искала Луиса и даже вспомнила зачем. Проделав в голове нехитрые расчеты, Марисса пришла к выводу, что его приглашение очень даже кстати.
- Я подумаю, – сказала она и улыбнулась. Она совершенно не собиралась с ним заигрывать, просто он показался ей милым и веселым, просто цветы так прекрасно пахли, просто он не был похож ни на одного из парней, которые с ней учились, просто он старался не зависеть от отца, просто было так много этих «просто», и они предрасполагали к тому, чтобы она в итоге согласилась. Просто потому, что почувствовала к нему симпатию.
Он улыбнулся в ответ. «Красивая улыбка», - пронеслось у нее в голове.
За их разговором наблюдали еще три пары глаз: одна с любопытством, одна с удивлением и одна с негодованием.
- А они хорошо смотрятся вместе, - озвучила Лола общее мнение. В принципе, согласны были все. Лола искренне желала счастья Мариссе, потому что та ей нравилась как человек. Томас тоже не мог не отметить, что смотрятся они неплохо, но некоторые сомнения у него на этот счет были, а вот Пабло…тут вообще все было сложно. Он и сам-то толком не знал, что думал. Но одно можно сказать точно – если бы взгляд мог убить, то в комнате появилась бы парочка свежих трупов – Луиса, понятно почему, Лолы - потому, что озвучила такую ужасную правду, и Томаса, так, за компанию, лезет все время, куда его не просят. Но все же не признать Пабло не мог – из них бы действительно получилась красивая пара. И это злило его еще больше. Нет, он абсолютно не ревновал, по крайней мере вот уже несколько минут пытался себя в этом убедить. И Марисса здесь совершенно не при чем. Ему не нравится Луис, вот и все. Он какой-то скользкий тип, а Спиритто его вообще не интересует. Ему просто интересно, о чем можно разговаривать с таким придурком, как этот Васкес, да еще все время мило улыбаться. Как будто…И тут страшная догадка обрушилась на него, заставляя его сердце замереть, а потом забиться с удвоенной силой где-то в районе горла. «Да ты его любишь, понимаешь? ЛЮБИШЬ! ЛЮБИШЬ! ЛЮБИШЬ! ЛЮБИШЬ!» эхом проносился у него в голове ее утренний разговор с Лухан. «Не может быть, только не это, все, что угодно, только не это!» - видимо эти мысли отразились у Пабло на лице, потому что он почувствовал, как кто-то беспокойно дергает его за руку.
- Любимый, ты в порядке? Что с тобой? Ты словно приведение увидел.
- А? Что? Ты что-то сказала?
- Я спрашиваю, с тобой все хорошо? Ты вдруг резко побледнел.
- Да, все хорошо. Лола, прости, мне надо идти, Гвидо просил его найти, у него что-то случилось, а я совсем забыл. Встретимся позже.
И толком не попрощавшись со своей пассией, Пабло вылетел из игровой.
- Томас, что с ним? – спросила Лола.
- Любит очень…
- Кого?
- Гвидо, видишь, как вспомнил, так сразу и помчался.
И Томас отправился на поиски Лухан.


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 20:26 | Сообщение # 2
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
- Ну что, как твои успехи? – Лухан и Марисса сидели во дворе на лавочке.
- Не поверишь, удача сегодня на моей стороне. Он сам пригласил меня на дискотеку и даже подарил вот это – Марисса показал букет. Сказал, что они такие же красивые и терпкие, как я, - при этом она мечтательно улыбнулась.
- О, подруга, да я смотрю, ты тоже к нему неравнодушна, а говорила, что он тебя не привлекает совсем.
- Ну, я немного заблуждалась на его счет. Он довольно милый, да и на папенькиного сыночка не очень смахивает. Но это еще ни о чем не говорит.
- Нет, кроме того, что ты уже полчаса сидишь и улыбаешься как дура.
- Прекрати. Хорошо, мне кажется, он мне понравился.
- Вот так быстро, всего после пятиминутного разговора?
- Дело не в минутах. Просто до этого я как-то совсем не обращала на него внимание. А сегодня пришлось обратить. И ты знаешь, чем-то он меня притягивает. Не знаю чем, но притягивает. Такого не было даже к…Вообщем не было такого.
- Ну и Слава Богу «Может, ты хоть отвлечешься, а там, кто знает…»
Тут они услышали дикий крик, пронзивший всю улицу:
- Мариссита, солнышко мое, наконец-то я тебя нашла.
- О Боже, а я уже думала, что что-то случилось. Моя мамочка не вспоминала обо мне уже 3 часа 10 минут. Привет, мам. Сделай одолжение, не кричи на всю улицу.
- Прости моя дорогая, просто я так соскучилась, дай я тебя поцелую.
- У тебя что-то случилось или ты просто так заскочила, подействовать мне на нервы?
- Вообще-то мне надо с тобой поговорить.
- Только не увлекайся. Ладно, Лухан, мы пойдем поговорим. Если что, вызывай скорую, я имею все шансы быть задушенной в объятиях собственной мамули.
Лухан лишь улыбнулась. Все-таки Марисса любит Соню, что бы она там не говорила. Не признается ни за что, но любит.
Только Лухан собиралась погрузиться полностью в свои мысли, как кто-то ее окликнул.
Открыв глаза и еще слабо соображая, что происходит, она увидела чей-то силуэт, направляющийся в ее сторону. При дальнейшем рассмотрении силуэт приобрел черты Эскурры. «А ему-то что от меня понадобилось?»
- Лухан, мне надо с тобой поговорить, это очень важно.
- Ты уверен, что у нас есть общие темы для разговора?
Еще утром, она была уверена, что они были, но после сегодняшних событий Лухан начала сомневаться.
- Да, уверен. Это касается Мариссы и Пабло.
- И что с ними не так?
- Мне кажется, ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю.
- Тебе кажется.
- Ладно, в таком случае объясняю – мне кажется, они до сих пор не равнодушны друг к другу.
- Не знаю, что тебе там наговорил Бустаманте, но Марисса себя прекрасно чувствует и без него.
Да, если бы этот разговор состоялся пару часов назад Лухан бы возможно согласилась бы с Томасом и принялась помогать двум дуракам. Но было что-то во взгляде подруги, когда она говорила о Луисе, что заставило Лухан передумать. Может действительно у них получится? А от Бустаманте только одни неприятности.
- Пабло вообще не знает, что я с тобой говорю на эту тему. И если узнает – убьет. Но я по нему вижу, что он очень переживает.
- Томас, понятия не имею, что там у Пабло случилось и почему он переживает, но меня это мало волнует.
Она уже встала и собралась уходить, но то, что она услышала, заставило ее остановиться.
- Он любит ее, я точно знаю, хоть и не признается. Просто с ума сходит. И я она тоже его любит. Мы слышали ваш разговор в кафе. Лухан, им надо помочь, разве ты не помнишь, какие они были счастливые?
Пару секунд Лухан колебалась, но потом все-таки решила.
- Марисса любит не его. Мы не о нем говорили в кафе. Извини.
Пабло никогда ей не нравился. Он не внушал доверия. Она приняла его только потому, что Марисса была от него без ума. Но, как и предсказывала Лухан, ничего хорошего из этого не получилось. Луис ей нравится гораздо больше. Тем более Марисса явно на него запала. Так что прости, Бустаманте, ты в пролете.
Томас явно не ожидал такого ответа. Он был уверен, что он прав. Он знал наверняка, что его друг по уши влюблен в «эту сумасшедшую», хоть и молчит. Лола ему вообще по сути до лампочки. Просто с ней проще не думать о ненормальной девушке с огненно-красными волосами. И он также был уверен, что Марисса отвечает ему взаимностью. И этот разговор…Про кого тогда они могли говорить? Нет, только не это, неужели Васкес? Но ответ напрашивался сам собой. И все-таки что-то не давало Томасу покоя.ё
- Лухан, я прошу тебя, не говори никому о нашем разговоре.
- Не беспокойся, я же не изверг.
- Спасибо.
Лухан развернулась и пошла искать Маркоса.
«Что-то мне подсказывает, что мы еще вернемся к этому разговору», - думал Томас. Удивительно, но чем дальше от него отходила Лухан, тем больше в ней крепла точно такая же уверенность.

На эту дискотеку Бустаманте собирался еще дольше, чем Мия. Все джинсы почему-то оказались вышедшими из моды, рубашки - дурацкими, футболки - просто жутью, а когда Гвидо предложил ему идти в трусах, выяснилось, что таковых красивых тоже не наблюдается. Короче, за этот вечер Пабло успел всех достать до такой степени, что Лассен вылетел из комнаты со словами «Уж лучше пойду сразу в психбольницу», а Рокко сжалился и предложил свои вещи, за что тут же был удостоен гневной тирады с просьбой идти в пешее эротическое путешествие. Единственным человеком, хранившим спокойствие, был Томас. Оставалось только удивляться, как у него это получалось. Видимо, общение с Пилар шло ему на пользу.
- Может, ты наконец перестанешь разбрасываться вещами, вспомнишь, что ты парень, а не истеричка, и оденешься?
- Томас, ну чего ты меня достаешь все время? Что я тебе сделал?
- Я тебя не достаю, просто надоело смотреть, как ты носишься из угла в угол в одних трусах, выбирая между двумя абсолютно одинаковыми голубыми футболками.
- Прости, я и правда что-то вспылил. Не знаю, что со мной такое.
- Я бы, конечно, объяснил тебе, но боюсь, мне тогда придется составить компанию Рокко в его путешествии.
Эскурра ожидал, что его друг опять разозлится и начнет орать, что уже влюбился в Лолу и вообще не надо его лечить и лезть в его личную жизнь, но Пабло неожиданно спокойно сел на кровать, закрыл голову руками и сказал:
- Не понимаю, что она со мной делает. Правда, не понимаю. Это какое-то наваждение. Все время о ней думаю. Теперь еще этот Луис проклятый.
- Пабло, тебя что сейчас бесит больше – то, что она любит именно Луиса, или что любит просто не тебя?
- Не знаю, правда, не знаю. Ну почему именно этот Луис? У нас же в колледже полно парней!
- Ну, на него все девчонки вешаются.
- Но она не все!
- Знаю, но на тебя тоже все девчонки вешаются, и она исключением не стала.
- Она не вешалась! Никогда!
- Допустим, за Луисом она тоже не бегает. Просто он ей нравится. Точно такая же ситуация.
- Но я же ее любил.
- Наконец-то ты это признал. Ну и что? Может, Луис тоже от нее без ума.
- Зашибись. И что мне теперь делать?
«Бороться» хотелось сказать Томасу, но, вспомнив сегодняшний разговор с Лухан, он не решился произнести это вслух. «А нужен он ей вообще со своей борьбой? Скорее всего нет».
- Забудь, Пабло, просто выкини из головы. Видимо, вы несовместимы. К тому же, ты сам твердишь о том, какая Лола замечательная.
- Тебя не поймешь: то мне жизненно необходимо с ней поговорить, то забыть о ней. Ты сам-то определись.
- Я передумал. Посмотрел на вас трезвым взглядом со стороны и решил, что раз вы расстались, значит так тому и быть. «Бред какой-то несу»
- Ладно, ты, наверное, прав. Надо заставить себя перестать о ней думать, а то сойду с ума. Пошли, а то мы уже опаздываем.
- Может, все-таки оденешься? Я конечно понимаю, что большая половина девочек с ума сойдет от счастья, лицезря тебя в трусах, но парни не все оценят.
- Черт, совсем забыл. Я буду готов через 2 минуты.

В клубе было просто шикарно. Как только они вошли, сразу стало понятно, почему это самый лучший клуб города. Огромные залы, их было несколько, везде разная музыка на любой вкус, большой танцпол, совсем не душно - кондиционеры работали просто на ура, удобные диваны ну и, конечно, фантастический ассортимент в баре. Естественно, большая часть парней направились именно туда. Исключение составляли Маркос, который не пил в принципе, Рокко, который был увлечен съемкой всего происходящего на камеру, и Луис, который ждал Мариссу. Со всеми она не явилась, но он на это и не надеялся. Она была слишком непредсказуема. За то недолгое время, что он пробыл в новом колледже, кое-что относительно людей он понял. Во-первых, Пабло считался местным красавчиком и супер-парнем. Он ему сразу не понравился. Такой же самоуверенный, красивый и эгоистичный, как и сам Луис. Вместе им было просто не выжить. Лидером всегда должен быть кто-то один. Васкес уступать не собирался. Во-вторых, он понял, то среди девчонок тоже была королева. Конечно, сам Бог велел – папочка президент какой-то крутой компании по пошиву модной одежды, тем более единственный ребенок в семье. Есть, где развернуться капризам. Но, узнав Мию поближе, понял, что она не такая уж плохая, даже наоборот, довольна милая, добрая и отнюдь не глупая. Как-то раз у него даже промелькнула мысль за ней приударить, но он понял, что там все глухо – если ты не Мануэль, то путь к сердцу Мии заказан. Остальные были довольно обычные и ничем для него не примечательные, разве что Франциско был неплохим парнем, довольно интересным и без всяких амбиций. Короче, идеальный вариант для общения. Но вот ни одна девушка по-прежнему не привлекала его внимания. Хотелось чего-то необычного и трудного. Ужасно надоели эти бесконечные идиотки, которые так и вешались на шею. И тут он увидел ее. До сих пор он помнил этот момент. Он стоял тогда в приемной директора и пытался дозвониться отцу, когда из кабинета вылетело нечто с огненно-красными волосами и криками, что ей абсолютно все равно, и пусть ее отчисляют, но она будет защищать свои права до последнего, даже позовет адвоката, если потребуется. У Дуноффа при последнем ее высказывании глаза чуть не вывалились из орбит. Она еще что-то говорила, но он уже не слушал, просто любовался. Потом выяснилось, что это Марисса Спиритто, чуть ли не главная бунтарка колледжа и основная головная боль директора. Оказывается, когда-то она крутила любовь с Пабло, почему они расстались, ему было неизвестно, но он знал, что любовь была сильная. Это только еще больше подогрело его интерес к девушке. Она была необычная, неординарная, иногда немного дикая, но его это только притягивало. Да еще и мысль о том, чтобы отбить девушку у Пабло подстегивала его еще больше. То, что Пабло до сих пор что-то чувствует к Мариссе, не вызывало сомнений – иногда он бросал на нее такие взгляды, что все сразу становилось понятно. Единственное, чего Луис никак не мог понять, так это почему Марисса не замечает этих взглядов? И что она сама чувствует к Пабло? Эта девушка для него оставалась загадкой. Пока…
И вот сейчас он стоит у входа уже полчаса и ждет рыжеволосую чертовку. В глубине души он был уверен, что она придет. Но все-таки оставались некоторые сомнения. Она ведь Марисса Спиритто, и от нее можно ожидать чего угодно.
И вот, наконец, у клуба останавливается такси, из которого выходит она. Надо признать, выглядела она действительно шикарно. Поэтому Луис даже не сразу сориентировался.
- Привет, ты так и будешь здесь стоять или пригласишь меня войти?
- А, да, конечно, просто ты так сногсшибательно выглядишь, что я про все на свете забыл.
- Виртуозно врешь, молодец. Куда идти, прямо?
- Я не вру, это правда. Ты восхитительна. Да, прямо. Твои все уже приехали.
- Не сомневалась, что они уже тут. Готова поспорить, что парни уже оккупировали бар.
- Угадала. Ну что, составишь им компанию или сразу отправимся на танцпол?
- Сразу танцевать. Не вижу смысла в том, чтобы напиться как свинья, а потом целое утро вспоминать, на самом ли деле такое происходило или все это просто дурной сон.
Честно говоря, Луис был бы не против выпить чего-нибудь, но раз она так категорично настроена, а он так долго добивался ее внимания….Поэтому сразу пошел танцевать вместе со своей дамой.
Мия, конечно, пребывала в полной уверенности, что лучше нее танцоров не бывает в природе, но в данном случае с ней можно было поспорить. В этот вечер в ударе была не только Колуччи, но и Спиритто, Пас, а также Митре. Если с первыми тремя все понятно, то вот насчет последней требуются некоторые объяснения. Дело в том, что она все-таки решила принять для храбрости какой-нибудь горячительный напиток и не нашла ничего лучше, как спросить совета у Гвидо. Тот в свои лучшие дни мог бы дать фору любому заправскому алкоголику, поэтому, не долго думая, порекомендовал Фели жутко крепкую бодягу. Что это было, она не поняла, но дало в голову мгновенно. Теперь она вытанцовывала такие па, что любая балерина ей позавидовала бы. Вытащить ее с танцпола тоже не представлялось возможным, поэтому приходилось просто наслаждаться зрелищем. Правда, многие уже были ничуть не трезвее Митре, и ее зажигательные танцы заметили только избранные.
Гораздо больший интерес для некоторых представляла парочка Спирито-Васкес, которые практически все время танцевали, причем довольно неплохо. Пабло в начале практически не сводил с них глаз, потягивая пиво из своего стакана, естественно, перебрал, нашел Лолу и всецело поглотился поцелуями. Томас весь вечер не отходил от Пилар, Рокко снимал танцы Вико, короче тоже был при деле. Единственным, кому не повезло, был Лассен. Он слонялся без дела из одного зала в другой совершенно не зная, чем ему заняться. Дело в том, что сеньор Васкес снял весь клуб исключительно для EWS, посторонних не было. Следовательно, симпатичных девушек тоже – в этом Гвидо был полностью уверен. Короче он ходил туда - сюда, надеясь, видимо, на чудо. Например, что какая-нибудь красотка случайно забредет в этот клуб и сразу увидит единственного достойного парня (Лассена, конечно). А дальше любовь с первого взгляда ну или на худой конец пара танцев. И чудо случилось. А может и не чудо. Просто ему надоело шататься просто так по зданию, и он решил подышать свежим воздухом.
На ступеньках клуба сидела Лаура, поджав под себя ноги, и о чем-то думала.
- Что ты здесь делаешь? Все же веселятся внутри.
- Мне что-то невесело.
- Почему? Не против, если я сяду рядом?
- Нет, садись. Честно говоря, я не люблю шумные гулянки.
Видимо, в этот момент Гвидо сделал такое удивленное лицо, что Лауре пришлось объяснить:
- Не люблю современные танцы, к тому же, абсолютно не пью, а для того, чтобы танцевать под некоторую музыку, обязательно влить в себя как минимум литр чистого спирта. В здравом уме это слушать невозможно.
Гвидо не сдержался и рассмеялся.
- Да ладно, не вся музыка такая ужасная.
- Нет, не вся, но большая ее часть. К тому же не люблю пьяные компании.
- Ну не все же пьяны. Я, например, совершенно не пил.
Тут, надо признать, Лассен слукавил, выпил он прилично, но не достаточно, для того, чтобы ему ударило в голову. И почему-то захотелось покрасоваться перед Лаурой.
- Чтобы Гвидо и не пил, очень странно. Да ладно, я же все понимаю, - сказала она и грустно улыбнулась. Ему вдруг стало жизненно необходимо ее развеселить.
- А какую музыку ты любишь?
- Ты такую даже не слушаешь.
- Ну а вдруг. Ты же меня совсем не знаешь.
- Классику. Я люблю классику. Шопен, Бах, Моцарт.
Где-то эти имена Гвидо слышал, но вот где именно, сказать затруднялся. Но, чтобы не упасть в грязь лицом, виду не подал.
- Давай потанцуем, - неожиданно предложил он
- Но здесь нет музыки.
- А зачем она нам? Ты просто представь, что ты слушаешь своего любимого Баха или Шопена, а я подстроюсь.
- Да нет, глупая идея.
- Почему? Давай просто попробуем. Не получится, так не получится. Ну же, давай, - и он потянул ее вверх, заставляя встать. Она несмело подошла к нему и положила свою руку ему на плечо. Вторую он нежно взял в свою.
- А теперь закрой глаза и представь, что ты там, где тебе приятнее всего, а вокруг звучит этот Бах.
И она представила. Они начали танцевать. Вот так просто, без всякой музыки, на улице перед клубом. Гвидо чувствовал себя наконец-то счастливым. Ведь парой минут ранее он искал любовь с первого взгляда или на худой конец пару танцев. И ведь нашел. Что именно? Что-то ему подсказывало, что не просто танцы. А Лаура по-прежнему танцевала с закрытыми глазами, только представлять ей ничего не надо было, самое приятное место оказалось здесь, перед клубом, где они сейчас танцевали.

В колледж ученики вернулись только под утро. Естественно, ужасно счастливые и довольные. За редким исключением. К последним относились Мия, потому что ей пришлось тащить на себе пьяную Фели, которая до сих пор не могла отойти от напитка, порекомендованного ей Лассеном. Она как раз дошла до всем известной стадии «Как я всех люблю, дайте я вас расцелую», поэтому передвигалась с трудом. Лестница вообще показалась ей препятствием непреодолимым. Но тут на помощь пришли Мануэль и Франциско. Вдвоем они как-то справились со своим грузом и доставили сеньориту Митре в ее комнату. Томасу тоже пришлось несладко. Гвидо куда-то пропал, он не видел его с середины ночи, поэтому Пабло, который был ничуть не лучше Фели, оставался полностью на Томасе. С ним было сложнее. Он тоже твердил о своей любви, правда не к Томасу, а к какой-то ненормальной, но понимал его речи только Эскурра - громко говорить Паблито был не в состоянии, да и ворочал языком еле-еле. Лола вызвалась помочь, но Томас запротестовал и наказал ей идти спать в свою комнату. Он, дескать, сам справится. Через пару минут он о сказанном пожалел, потому что его друг в пьяном состоянии оказался вообще неподъемным. Короче, кое-как он все-таки доставил Пабло в комнату. На этом приключения не закончились. Рокко, будь он не ладен, решил похвастаться перед ребятами своим шикарным видео, снятым в клубе. Томас пытался ему объяснить, что ему сейчас, мягко говоря, совсем не до видео, но Фуэнтэс Эчагуа был непреклонен. И надо было ему показать именно тот момент, где Марисса зажигает с этим Луисом. Алкоголь вдруг дал Пабло в голову со всей силы, и тот решил, что так больше не может продолжаться, и он должен, просто обязан, с Мариссой поговорить. Луис ей не пара, она достойна лучшего, например, его, Бустаманте. Он резко вскочил с кровати и понесся в сторону двери. Не с первого раза вписался в поворот, но выйти все-таки ему удалось. Томас даже не сразу понял, что произошло. А когда до него, наконец, дошло, бросился со всех ног догонять своего неугомонного друга, пока тот не наделал глупостей. Найти его оказалось не так-то просто. Непонятно откуда у Бустаманте взялись такие силы, но он убежал в непонятном направлении, определить которое Томас не смог. Когда он уже отчаялся найти друга в этих многочисленный коридорах, то совершенно неожиданно на него наткнулся. Это было в женском крыле напротив комнаты Мии. Там как раз стояли Марисса с Луисом и самозабвенно целовались. Ошарашенный Пабло находился рядом и глупо хлопал глазами не в силах ничего произнести. Томас тихо подошел к другу и потянул его за рукав. Пабло не двинулся с места, еле прошептав «Отвали, Томас». Но его слова услышали голубки. Марисса, оторвавшись от Луиса, удивленно посмотрела на своих одноклассников, потом на Луиса, потом опять на одноклассников, хмыкнула, подошла к Пабло и сказала:
- Я же тебе говорила, супермен, заканчивай пить, а то это плохо кончится. Вон как от тебя разит, аж глаза слезятся. И вообще, что вы забыли в женском крыле?
- Насколько я вижу, мы тут не одни особи мужского пола. Я, между прочим, тоже иду к своей девушке.
- Тебя к особям, тем более мужского пола, можно отнести только с большущей натяжкой, милый. Иди куда шел, зачем здесь стоять?
- А мы что, вам мешаем?
«Нда, ничего глупее ты спросить не мог», - подумал Томас.
- Да, представь себе, очень мешаете, - в разговор встрял Луис.
- Тебя вообще не спрашивали, - Пабло начал беситься.
- Слушай, Бустаманте, вали отсюда, пока я тебе не врезал, а то ты что-то стал слишком много болтать, - похоже, Луис тоже был на грани.
Пабло как раз хотел что-то ответить, а Томас уже прикидывал, сколько зеленки и перекиси потребуется взять для Пабло в аптечке, но тут в коридор вышла Лола, услышавшая их разговор.
- Пабло, милый, что ты здесь делаешь? Тебя же накажут.
- Мне плевать, я так соскучился, любовь моя, что не смог удержаться и пришел к тебе.
«Безбожно врет», - опять же мысли Эскурры.
- Любимый, я тоже очень-очень соскучилась. Но тебе нельзя находиться в коридоре, тебя могут увидеть. Вас, кстати, тоже, - сказала она, обращаясь к Томасу и Луису. - Так что вам надо уходить.
- Не проблема, - сказал Бустаманте, нахально улыбнулся, обхватил Лолу за талию и направился к ней в комнату. - Насколько я знаю, Бьянка уехала домой, значит, твоя комната пуста. Сегодня я ночую у тебя.
- Ты ненормальный, - улыбнувшись, прокомментировала Лола, но сопротивляться не стала.
Томас только покачал головой, Марисса же готова была просто убить блондина. Ну надо же, вот только с Луисом все стало так замечательно и прекрасно, она уже и думать забыла о доморощенном супермене, как на тебе, приперся, от Луиса ее оторвал, да еще настроение сумел испортить, и к Лоле ночевать пошел. Не известно, что из всего этого списка ее злило больше.
- Ладно, мне тоже пора спать, спокойной ночи, Луис, спасибо за сегодняшний вечер.
- Надеюсь, он был не последним, - сказал он и поцеловал ее уже на прощанье, - сладких снов, любимая.
Она улыбнулась в ответ и зашла к себе в комнату.
- Ну, как дела? - спросила Лухан, которая уже давно поджидала Мариссу.
- Божественно, - ответила та и плюхнулась на кровать, раскинув руки в стороны. Лухан, я, кажется, влюбилась.
- Да ну, так быстро?
- Сама не понимаю, что со мной твориться.
- И где же вы были? Мы уезжали без вас. Кстати, ты пропустила такое шоу! Супермен на пару с Фелиситас не могли залезть в автобус, потому что оба были пьяные вдрызг! Ты бы видела, как мальчики пыжились, чтобы водрузить ее в транспорт. Это было что-то! Так где вы были?
- Мы гуляли и разговаривали. Лухан, он такой необыкновенный, просто сказка. Я даже не думала, что так бывает. И он меня понимает просто с полуслова. Представляешь, непонятно откуда он ночью достал мне сахарную вату, потому что я очень захотела!
- Значит, влюбилась… Дай Бог, чтобы на этот раз удачно. А как же Бустаманте?
- Никак, он меня совершенно не интересует. К тому же, он пребывает в полной уверенности, что в кафе я говорила про Луиса – он наткнулся на нас в женском крыле.
- А что он там делал? – Лухан как-то занервничала.
- Не знаю, вроде к Лоле пришел. Она же одна сегодня ночует. Решил составить подружке компанию, – сказав это, Марисса резко развернулась и опрокинула вазу с цветами, которые ей подарил ее новый парень.
- Черт, ну что такое, теперь убирать придется.
- Да ладно, не расстраивайся, ты же все равно любишь исключительно ландыши.
- Да, только их у нас достать невозможно, тем более в это время.
- Попроси Луиса, он тебе что угодно достанет.
- Не хочу, эти тоже красивые.
- Ну смотри. Интересно было бы посмотреть, где бы он их искал. Кстати, ты Лауру случайно не видела?
- Ее что, до сих пор нет?
- Нет, в автобусе ее с нами тоже не было. Странно.
- Может, она поехала домой? Давай ей позвоним?
- А если нет? Только доведем до истерики ее мать и все.
- Тогда давай спросим у Лолы. Она же ее сестра.
- Лола? Да они же практически не общаются. Она вряд ли знает.
- Нет-нет-нет, надо обязательно у нее узнать, - слишком горячо заспорила Марисса.
- Хорошо, пойду спрошу, раз ты так настаиваешь.
По дороге Лухан наткнулась на Томаса.
- Привет, а ты почему не спишь, да еще и на женской половине прохлаждаешься?
- Ищу Гвидо. Ты не видела его?
- Нет, но мы тоже Лауру потеряли. Не знаем, куда она могла подеваться.
За этим разговором они дошли до комнаты Лолы.
- Надеюсь, они еще не спят?
- Учитывая состояние, в котором был Пабло, он должен сейчас десятый сон видеть.
- Тогда зачем ты сюда шел? Чтобы его разбудить?
- Если Гвидо и правда пропал, то тогда нам надо поднимать все связи мэра, чтобы найти его до рассвета, иначе Блас ему такое устроит, что мама не горюй.
- Томас, как ты думаешь, а не может ли он быть с…
- Не знаю, но это нам даже на руку – убьем двух зайцев.
Лухан постучала в дверь. Спустя пару минут на пороге, зевая, показалась Лола.
- Что случилось?
- Лола, ты случайно не знаешь, где Лаура?
- Нет, какая мне вообще разница, ее дела меня не интересуют. В комнате, наверное, спит.
- Вот именно, что ее там нет.
- Что? Как нет? А где она?
- Может, дома осталась?
- Исключено, родители уехали на неделю отдыхать, ключи у них, в дом не попасть.
- Тогда где она может быть?
От их разговора проснулся Пабло.
- Что, мать вашу, произошло такого экстренного в 6 утра, что надо устраивать совет под дверью комнаты?
- Пабло, Гвидо и Лауры нет, они пропали.
- Ну нет и нет. Придут к утру. Чего беспокоиться? Гвидо взрослый мальчик. Справится.
- Уже утро. До занятий осталось два часа. Если за это время они не объявятся, им крышка.
- Да придут они, успокойся.
- Гвидо целый вечер стрелял у меня деньги. У него их совсем нет. Может, им вообще не на что уехать?
- А вдруг с ними что-то случилось, Пабло? - уже и Лола начала беспокоится.
- Да что за бред, а? Вы что все с ума посходили? Они взрослые люди. Пусть делают что хотят, когда хотят и где хотят.
- Ты на что это намекаешь, Бустаманте? – Лухан непроизвольно сжала кулаки.
- Ни на что. Отвали, Линарес. Голова от вас и так раскалывается.
- Это она у тебя от алкоголя раскалывается, идиот, - сообщила Пабло подошедшая Марисса. - Я договорилась с Луисом, он готов вернуться в клуб и попробовать поискать их там.
Этого Бустаманте пережить уже не мог.
- Собирайся, Томас, поедем искать Гвидо.
- Куда ты в таком состоянии попрешься? Ты же на ногах пару минут назад еле стоял.
- Нормально я на них стою.
- Но ты только что кричал, что это не наше дело, - Томас никак не мог врубиться в причину такой быстрой смены настроения.
- Блин, дорогой, ты достал. Это же Гвидо, наш друг, черт возьми. Он мог попасть куда угодно. Поехали!
-Пабло, я с вами, - Лола уже направилась одеваться.
- Никуда ты не поешь, нечего тебе там делать, мы сами справимся.
- Но Марисса же едет, к тому же Лаура моя сестра.
- Марисса вольна делать все, что ей заблагорассудиться, это ее дело, - при этом Пабло выразительно посмотрел на Мариссу, она в ответ на это лишь криво улыбнулась. – ТЫ, - он слелал ударение на этом слове, - слишком дорога мне, и я очень за тебя беспокоюсь, а завтра занятия, тебе надо как следует выспаться.
«За ближайшие два часа это вряд ли возможно. Мог что-нибудь другое придумать», - подумал Томас.
- Так что оставайся, любимая. Я сразу тебе позвоню, как только мы что-нибудь узнаем, - И поцеловав Лолу, Пабло пошел в комнату собираться.

- Да, папа, я беру машину. Как это нельзя? Мне очень надо. Что значит «не разрешаешь»? Я все равно возьму, мне плевать. Ну папа, мне правда надо. Пожалуйста. У нас тут непредвиденные обстоятельства, что тебе жалко что ли? Знаю, что просил сначала клуб. Да, а теперь это прошу. Подумаешь, вата. Ну попросил я Андреаса ее купить. Он же твой помощник, ты ему за это деньги платишь. Когда он охраняет меня, то выполняет мои поручения. А что мне надо было делать? Самому бегать и искать эту дурацкую сахарную вату? Ладно, проехали. Так можно я возьму машину? Спасибо, пап, - и Луис повесил трубку.
- Привет, ну что, едем? – спросила подошедшая Марисса. За ней шли Лухан, Томас и Пабло.
- Мы все едем? – Луис сделал ударение на слово все.
- Нас везти абсолютно необязательно, мы в состоянии добраться до места, - Пабло был ужасно недоволен сложившейся ситуацией.
- Пабло, прекрати пререкаться. Да, дорогой, мы все едем. У нас, как-никак, общая проблема.
- Тогда прошу в машину.
- У тебя своя машина? – поинтересовался Томас.
- Да, работал прошлый год на фирме у отца, кое-что заработал, кое-что он мне добавил и вот купил.
- Ничего себе, да на такую машину нужно работать годами, - присвистнул Эскурра.
- Ты продолжаешь работать? – осведомился Бустаманте.
- Да, а что здесь удивительного?
- А как же учеба?
- А что учеба? Это вполне можно совместить, разве нет? – Луис посмотрел на Мариссу и улыбнулся. - Выходные-то свободны, а у меня гибкий график. Не хочу сидеть на шее у родителей. Да и хозяин фирмы мне не последняя родня, – и он самодовольно улыбнулся.
«Совмещаешь ты, как же, так я и поверил», Пабло все больше и больше злился на Гвидо, за то, что тот втянул его в эту авантюру.
Наконец они подъехали к клубу. Естественно, что никакого Гвидо, а уж тем более Лауры, там не намечалось.
- Где их теперь искать? Может, они в парке?
- Бустаманте, ты что, последние мозги пропил? В каком парке? Что бы они там, по-твоему, делали?
- Ну раз ты такая умная, может предложишь конструктивную идейку?
- Предлагаю осмотреть ближайшие кафе. Если уж сидеть, то там.
- Да у Гвидо денег нет никаких, какое кафе?
- Но Лаура-то не такая дурная, как ваш друг. У нее всегда все есть.
- Ладно, тогда я пойду спрошу сначала у охранников, не видели ли они их, а потом решим, что делать, - и Луис удалился в сторону клуба.
Пабло смотрел ему вслед и никак не мог понять, что она в нем нашла. Причем довольно быстро нашла. Он до сих пор думал над словами Томаса, что же его больше напрягает: то, что она в принципе с кем-то встречается или то, что ее выбор пал именно на Луиса. Одно он знал точно – он все еще о ней думает, а по прошлому опыту можно сказать, что ничем хорошим это не кончится. «Когда же мое сердце перестанет так бешено биться при одном только твоем виде?»
Марисса тем временем смотрела совсем в другую сторону, но мыслила примерно в том же направлении: «И куда Лаура подевалась, да еще и с Гвидо? Нашла себе компанию. Хотя, может, он ей нравится? Нда, ну и вкус. Вот Па…Луис – другое дело. Такой милый, привлекательный, веселый, у него такие красивые голубые глаза…Стоп, они у него зеленые, причем здесь голубой? О, нет, опять не то, да когда же это кончится? Когда же мое сердце перестанет так бешено биться при одном только твоем виде?»
- Охранник сказал, что видел, как они пошли вниз по улице, - голос Луиса вывел Бустаманте и Спиритто из транса. - Так что предлагаю Пабло, Лухан и Томасу прочесать все кафешки с этой стороны улицы, а мы с Мари примемся за другую.
- Отлично!
- Может, вы и Лухан возьмете с собой?
- Ну….в принципе….- Луис явно был не в восторге от идеи Бустаманте
- Нет, я очень хочу поговорить с Пабло, поэтому пойду с ними, - Лухан решила двум влюбленным дать возможность побыть вдвоем.
Марисса разгадала намерения подруги, улыбнулась, но все же переспросила:
- Ты уверена?
- Абсолютно.
И они разошлись по разным сторонам.
- Ну и о чем ты хотела со мной поговорить? – нахально начал Пабло. - О том, какой я идиот, или придумала что-то новенькое?
- Пабло, прекрати ей хамить, - вступился Томас. - Она же не виновата, что у вас все так получилось.
- Томас, я тебя прошу, давайте не будем ругаться, - Лухан уже начала жалеть, что согласилась пойти с ними.
- Я зайду в это кафе, а вы постойте снаружи, - Пабло явно не хотел разговаривать ни с другом, ни тем более с Лухан.
Когда он скрылся за дверью, Томас сказал:
- По поводу нашего разговора….я…
- Прекрасно все понимаю. Но ты тоже должен меня понять. Я, прежде всего, заинтересована в счастье подруги. И Луис мне импонирует гораздо больше. Так что давай не будем больше возвращаться к этой теме.
В это время вышел Пабло, он был ужасно зол.
- Официант сказал, что видел их. Они были здесь 2 часа назад. Гвидо - урод. Мог бы хоть позвонить. Я же сказал, что у них все нормально, обязательно было тащиться сюда?- И он пошел вперед, обгоняя своих напарников.
- Чего ты так разнервничался-то? Сам сказал, что он твой друг и его надо ехать спасать.- Лухан уже тоже теряла терпение.
Томас легонько дернул ее за рукав, указывая на противоположную сторону улицы, где Марисса и Луис обнимались и мило ворковали.
- Понятно, - тихо пробормотала Линарес.
В этот момент Луис, который стоял как раз лицом к ним, посмотрел вслед Пабло и ухмыльнулся. Ухмылка показалась Лухан такой злой и хитрой, что она невольно поежилась, радуясь, что Марисса этого не заметила. Буквально через секунду его лицо приобрело свое нормальное выражение, и от прежней гримасы не осталось и следа. «Может, померещилось?», - подумала она и бросилась догонять ребят.


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 20:28 | Сообщение # 3
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
На улицах постепенно появлялся народ, спешащий на работу. И не удивительно, было уже 8 утра. Через час у них первый урок. Литература. Если Гвидо не будет, Кармен из них все соки выпьет, но узнает, почему он отсутствует. Там и Блас подключится. Ну а дальше… дальше даже думать не хочется. В принципе, ничего нового не случится. Гитлер как всегда начнет орать, что позорят имя его славного колледжа, Блас расплывется в гадкой ухмылке, означающей, что он придумал новое изощренное наказание, вызовут родителей. Проблема состояла в том, что на прошлой неделе они и так уже жутко нашкодили, и директор обещал в случае еще одного выговора оставить весь курс в колледже на выходные. Учитывая то, что в эти выходные последняя репетиция перед концертом, получать замечания ой как не хотелось.
Оставалось еще парочка кафе, где они еще не успели побывать. Пабло как раз переходил дорогу – он шел впереди всех – когда внезапно увидел на другой стороне два тела. Иначе это было не назвать: на траве под огромным деревом полусидел, облокотясь на ствол, Гвидо, а на его коленях лежала Лаура. Они мило спали.
- Нет, ну как это называется, а?? Вот скажите мне? Они совсем обнаглели? Я его сейчас убью!!!!!!!
- Пабло, остынь, не горячись, надо вначале их разбудить и узнать, что же случилось.
- Гвидо, друг, просыпайся! Гвидо!
Но тот не подавал никаких признаков жизни.
- Лаура, пора вставать, литературу проспишь, - девочки тоже подключились к процессу пробуждения.
Но Лаура даже не шелохнулась
-Странно, - пробормотала Марисса, - обычно действует. Лаура Арегги, подъем!!!!!!!! - Ноль эмоций.
- Гвидо, мать твою, я тебе сейчас все кости переломаю, сволочь ты эдакая. Мы тебя тут ищем, а он дрыхнет, урод несчастный! - Пабло уже готов был ударить Гвидошу ногой, но Томас его удержал.
- Да, ребята, очень нежные у вас отношения, - хмыкнула Спиритто. - Ладно, как будить-то будем?
-Есть идеи?
Тут Марисса наклонилась к самому уху Гвидо и нежно, но в то же время громко сказала:
-Дорогой, ты опять снился мне всю ночь напролет, я так тебя люблю.
Удивительно, но подействовало. После этой фразы Гвидо резко открыл глаза, как после ночного кошмара, и еще минут 5 тупо озирался, пытаясь понять, где он находится.
- Ах, проснулся, урод. Я тебя сейчас накостыляю!
-Пабло, Пабло, что я тебе сделал, а? И вообще, прекрати орать, без тебя голова и так раскалывается.
В этот момент глаза открыла и Лаура.
- Где это я? Гвидо, ты тут?
- Да, дорогая, где же мне еще быть?
- Дорогая? Дорогая?! Лаура, о чем это он? - Марисса едва сдерживалась, чтобы не заорать.
- О, Марисса, доброе утро. А где мы?
- На улице неизвестно где. Литература через 40 минут. Мы рискуем.
- О Боже! Гвидо, мы проспали! Кармен нас убьет! – на лице Лауры читался такой дикий ужас, что даже Пабло стало ее жаль.
- Не переживай, на машине мы доедем за 10 минут, сейчас я ее пригоню.
Пока Луис возился с машиной, ребята потребовали от ночных странников полного отчета. Оказалось, что после их танца на улице они решили прогуляться. Гуляли они везде и все время разговаривали. Выяснилось, что у них довольно много общих тем и совместных интересов. Потом они замерзли и зашли в кафе.
- И не стыдно по кафе ходить за счет девушки, а, ловелас хренов? – Пабло еще был зол на Гвидо.
- Ничего не за ее счет. У меня были свои карманные. Ты за кого меня вообще принимаешь?
- А у меня зачем тогда стрелял? – теперь очередь возмущаться перекочевала к Томасу.
- Так за тем и стрелял, чтобы были.
- Ну ты даешь!
Короче, после кафе они решили, что пора ехать в колледж, до автобуса оставалось еще полчаса и парочка не нашла ничего лучше, как подождать автобус под деревом рядом с остановкой. Там их и нашли. К концу рассказа как раз приехал Луис, и веселая компания отправилась в колледж, нарушая все мыслимые и немыслимые правила дорожного движения.

Надо отдать должное водительскому мастерству Васкеса – в аварию не попали, да еще и к Кармен успели. Литература прошла примерно так же, как предыдущая, за тем лишь исключением, что к доске сегодня вызывали Лауру, а не Пабло. Видимо, Кармен решила себя порадовать и послушать наконец нечто вразумительное. Ой, как она ошиблась! Учитывая то, где вчера находился весь курс, прибавив к этому ночное приключение Арегги и Лассена, можно получить двойку и большие, словно блюдца, глаза учительницы. Лаура была абсолютно не готова. Нет, она, конечно, пыталась рассказать хоть что-то, базируясь на знаниях прошлых тем. Но на литературе это не так-то просто. К примеру, биография Лопе де Веги ну никак не поможет в рассказе о творчестве Сервантеса. Короче, Кармен была просто в шоке. Если бы остальные слушали, они бы тоже были удивлены. Но весь класс словно вымер. Половина спала, другая старалась не делать лишних движений и не произносить лишних фраз, потому что все это отдавалось в голове дикой болью. Эта тягомотина даже закончилась на 20 минут раньше – никто не был в состоянии воспринимать предмет.

- Ну давай, рассказывай, - Марисса швырнула конспекты на пол и плюхнулась на свою кровать.
- Да, желательно в подробностях, - поддержала подругу Линарес.
- Да о чем рассказывать-то?
- Лаура, не делай невинные глаза, о Гвидо конечно. Что у вас с ним? – Марисса придвинулась поближе к подруге.
- Ничего особенного.
- Ничего особенного??? Сбежать с парнем с вечеринки, спать в его объятиях, да еще и заставить своих подруг бегать по всему городу и искать вас – это, по-твоему, ничего особенного?
- Я уже сто раз извинилась. Мы же не специально, - судя по ее тону, Лаура действительно была очень расстроена из-за случившегося утром.
- Ладно, мы тебя простим, если ты нам все расскажешь.
- Да нечего особенно рассказывать. Просто мне кажется, что Гвидо мне нравится. Очень.
- Даааа, подруга, дела. И как тебя только угораздило? Это же Лассен – полный придурок и бабник. Да и вообще, он какой-то страшненький.
- Марисса, ты абсолютно не права. Он очень милый. И совсем даже не тупой. С ним очень интересно. Мы практически всю ночь проболтали. Он такой добрый, галантный, внимательный….- Лаура мечтательно закатила глаза, видимо вспоминая вчерашнее свидание.
- Похоже, подружка, ты влюбилась.
- Лухан, что за глупости? За один вечер это просто невозможно.
- Да что вы с Мариссой привязались к срокам? Влюбиться можно с первого взгляда и для этого абсолютно необязательно лицезреть друг друга годами. Это как взрыв, понимаете? И вот ты уже не можешь спокойно спать, есть да и вообще жить, потому что все время думаешь о нем, хочешь к нему. И совершенно не важно, что у него куча недостатков, что он разбрасывает свои носки где ни попадя, болеет за другую футбольную команду, а некоторые его друзья – очень странные личности. Но ты со всем этим миришься…
- …Потому, что без него уже не можешь…- закончила за подругу Лаура, и они обе улыбнулись.
- А взрыв обязателен? – вопрос Мариссы вернул влюбленных девушек на землю.
- В смысле?
- В прямом. Этот ваш взрыв обязателен? Если его нет, то что, отношения обречены на провал сразу же? Я не согласна.
- Нет, я просто хочу сказать, что когда влюбляешься, весь мир переворачивается с ног на голову. Это состояние очень трудно описать, его надо просто почувствовать.
- Спасибо, хватит. Думаю, с меня достаточно.
- Марисса, если один раз тебе не повезло, это же не значит, что жизнь закончилась. Луис очень милый парень. Я уверена, у вас все будет хорошо, - Лаура чувствовала некоторую неловкость. Она была просто на седьмом небе от счастья, а у ее подруги на душе явно скребли кошки.
- Согласна, он гораздо лучше, чем…- Лухан осеклась, - просто лучше. Он самый подходящий для тебя. Я уверена.
Чем больше говорили подруги, тем хуже становилось Мариссе. Они правы, и она это прекрасно понимала. Она изо всех сил старалась себя убедить, что Луис отличный вариант. Он безусловно ей нравился. Привлекателен, остроумен, неглуп. Но что-то все-таки было не так. Чего-то не хватало. Теперь она начала понимать, чего именно. Какого-то дурацкого взрыва. Никто даже не может толком объяснить, что это такое, но он кардинально все меняет. Луис понравился ей не сразу. Честно говоря, если бы не тот глупый случай в кафе, она вообще бы про него не вспомнила. По сути Марисса просто заставила себя обратить на него свое внимание. Ей повезло, что у него оказалось довольно приличная стопка достоинств. Но у нее не дрожали коленки при виде его, кожа не покрывалась мурашками при одном лишь его прикосновении, а от его поцелуев в животе не летали бабочки. И все бы ничего, ну подумаешь, бабочки. Можно было себя утешать тем, что они есть, просто она этого пока не понимает. Но она слишком хорошо знала эти ощущения, потому что на свете был лишь один человек, который пробуждал в ней стаю этих перепончатокрылых и заставлял сердце бешено колотиться.
Марисса вдруг почувствовала, что глаза начало щипать. Портить настроение Лухан, и уж тем более такой счастливой Лауре, хотелось меньше всего. Поэтому неожиданно «вспомнив» о запланированной с Луисом встрече, она вылетела из комнаты.

- Гвидо, ты полный говнюк!
- Пабло, прекрати, я ведь попросил прощения. Кто ж знал, что все так получится. Между прочим, я совершенно не понимаю, зачем ты поперся меня искать.
- Не обращай на него внимания. Последнее время он сам не свой, - Томас, конечно, тоже несколько злился на Гвидо, но все-таки был рад за него, поэтому старался свести к минимуму нападки Пабло.
- Что случилось, друг? – Гвидо участливо похлопал Пабло по спине.
- Гвидо, отстань, если ты хочешь и дальше нравиться Лауре.
- А что такого может случиться с моей дикой привлекательностью?
- Я могу ее изрядно подпортить парочкой фингалов.
- У тебя неприятности с Лолой?
- Да при чем здесь она вообще? У нас с ней все замечательно. Она же не пропадает ночью черт знает где и с кем.
- Ты же теперь знаешь где и с кем.
- Лучше бы не знал. Тоже мне, нашел партию. Неужели в радиусе твоего поля зрения не оказалось никого больше, и ты решил выбрать подружку Спиритто?
- Так вот в чем дело. Все ясно. Ну, тогда послушай, что я тебе скажу…- Томас, стоявший в это время за спиной Пабло, стал отчаянно жестикулировать, призывая Гвидо замолчать, но тот от этого только еще больше заводился. - Во-первых, - начал Лассен, - не смей никогда говорить о Лауре ничего плохого. Она мне очень нравится, ясно? Во-вторых, прекрати злиться. Может, ты бесишься от того, - Гвидо выдержал картинную паузу, - что Марисса влюбилась в меня?
Томас просто прыснул. Пабло, собравшийся уже бить Гвидо морду, тоже не удержался и повалился на кровать, сотрясаясь от смеха.
- Чего вы ржете? Что смешного-то?
- Гвидо, ну ты даешь, - Томас просто задыхался от хохота. - Что за бред?
- Почему бред? Она же сама сказала.
- Да она пошутила, сколько можно об этом думать?
В этот момент в комнату со словами «Гвидо, Лаура тебя уже полчаса ищет» вошел Мануэль. Естественно, Лассен тут же пулей вылетел из комнаты.
- А вы чего так угораете?
Лухан уже битый час искала подругу. Нашлась она на черной лестнице.
- Вот ты где. Давно тут сидишь?
- Что ты здесь делаешь?
- Тебя ищу. Странное место для свиданий.
- Дело в том, что…
- Я так и поняла. К тому же, Луис сам тебя искал. Ты что, плакала? Что случилось?
- Я не знаю, что мне делать, - Марисса была очень подавлена. Несмотря на то, что она все время старалась выглядеть сильной и уверяла всех, что может справиться с любой проблемой, она все же очень нуждалась в поддержке. Поэтому, когда Лухан ее обняла, она дала волю слезам. Плакала она долго. Казалось, вместе со своими слезами она хочет отделаться от своих чувств, так прочно засевших в ее душе и доставляющих ей столько боли и страданий.
- Дорогая, что стряслось? Все вроде было хорошо. Что-то с Луисом?
Марисса лишь кивнула.
- Я его убью. Что он тебе сделал?
- Бабочек нет, - сквозь слезы еле проговорила подруга.
- Что? Каких бабочек?
- Никаких нет, я его целую, а их нет.
До Лухан очень медленно стал доходить смысл ее слов.
- Ты хочешь сказать, что он тебе не нравится?
- Нравится, но не так, как хотелось бы.
- Я тебя не совсем понимаю.
- Я себя вообще не понимаю, просто мне иногда кажется, что я делаю ошибку.
- Глупости, Марисса. Ну что тут неправильного? К тому же, вы всего-то ничего вместе. Может, еще слишком мало времени прошло для того, чтобы бабочки залетали?
- Не знаю, Лухан, не знаю. Дело даже не только в бабочках. Я подсознательно чувствую, что я что-то упускаю из виду. Меня что-то мучает, понимаешь? И дело вовсе не в том, что он мне не нравится. Мне кажется, что я поступаю неправильно, иду против себя же.
- Мы обязательно что-нибудь придумаем. Может, тебе поговорить с ним?
- И что я ему скажу? «Дорогой, меня что-то смущает, но я не могу понять, что именно»?
- Ты права, это не вариант. Попробуй присмотреться к нему. Может, тебе это просто кажется, и на самом деле все не так уж плохо?
- Хорошо, посмотрим.
Лухан обняла подругу. Теперь ей и самой начало казаться, что что-то не так, а, вспомнив взгляд, которым Луис смотрел на Пабло сегодня утром, она стала думать, что беспокойство Мариссы не такое уж и беспочвенное. Теперь она готова была поклясться, что тогда ей не привиделось. Хотя, может это слова подруги так подействовали на нее? Но не может же им обоим казаться одно и то же? Даже если закрыть на это глаза, все равно ничего хорошего не получается. Проблема с бабочками до сих пор остается открытой. Конечно, с Луисом Мари совсем недавно, и, возможно, чувства еще проснуться. Хотя, кого она обманывает? Она не верила в то, что говорила. Может, Томас все-таки был прав, и ей надо было согласиться? Нет, не может же она так беспардонно лезть в чужую жизнь? У нее нет на это никаких прав. Но подруга сама сказала, что сомневается… Нет, все-таки надо подождать. Посмотрим, что будет дальше. Скорее всего, все образуется. А если нет, то она знает, где найти Томаса.

- Объяснишь мне, наконец, зачем тебе понадобилось тащить в клуб половину своего колледжа, и зачем ты брал машину сегодня?
- Папа, я же тебе говорил, что мне нравится одна девушка, у нее возникли проблемы, и я возил ее их решать. А клуб…ну надо же было мне произвести впечатление на сокурсников.
- И как, произвел?
- Более чем.
- А что за девушка? Ты так сильно на нее запал?
- Она необыкновенная.
- Сын, что с тобой? Я тебя не узнаю. Ты влюбился?
- Не говори глупостей, пап, просто она не похожа на других, совсем не похожа. К тому же, она практически единственная из всех девчонок довольно долго не обращала на меня внимание.
- Так это спортивный интерес?
- Не совсем. Я еще сам не понял, что это.

День подходил к концу, и в скором времени ночь должна была вступить в свои законные права. В холле почти никого не было, все ученики разбрелись по комнатам. Лишь некоторые отличники до сих пор сидели в библиотеке, поглощая информацию к предстоящему уроку. Среди них была и Лаура, очень расстроившаяся после сегодняшней литературы. Она решила прочитать все книги, имеющиеся в библиотеке, в которых хоть как-то затронута тема следующего занятия. Напротив своей возлюбленной сидел Гвидо с чашкой горячего чая и бутербродами и уже час умолял ее съесть хоть что-то, «потому что все время учиться просто нельзя. Это вредно для организма». Еще одной категорией людей, до сих пор не спавших в своих уютных кроватях, были влюбленные парочки, не занятые учебой. Например, Мия с Мануэлем уже целый час не могли распрощаться друг с другом и целовались перед лестницей, за что получили по 10 замечаний от проходившего мимо Бласса. Лухан с Маркусом, памятуя прошлый горький опыт, когда староста заставил их раскладывать карты в кладовке по алфавиту, целовались под лестницей, совершенно не заботясь о том, что завтра рано вставать. Не спал и Пабло. В последнее время, он часто уходил ночью в прачечную, где сочинял музыку для новых песен. Но сегодня вдохновение не пришло, поэтому, пришлось лежать в кровати, изучая потолок и думая обо всем подряд. Постепенно все подряд приобрело довольно четкие черты девушки с шоколадными глазами, рыжими волосами и необузданным характером. Он опять думал о ней. Да что там, он никогда не переставал этого делать, даже когда начал встречаться с Лолой. Он никак не мог выкинуть ее из головы. Даже Томас заметил. Но только совершенно непонятно, почему она так прочно там засела. Хотя, здесь он лукавил. Ответ на этот вопрос пришел как-то сам собой. И абсолютно неважно, что завтра утром он как всегда начнет уверять друзей, что она ему безразлична, что он считает ее неуравновешенной истеричкой, запустит в Томаса очередной подушкой или чем-нибудь потяжелее за то, что тот сомневается в искренности его слов. Абсолютно неважно, что завтра утром он будет обнимать Лолу, хотя мысли его будут далеко. И уж тем более не важно, что завтра, встретив её, он опять скажет какую-нибудь колкость, и не одну, она ответит, и они в тысячный раз поругаются. Все это будет завтра утром, когда опять надо будет притворяться, уже за одно это он ненавидел данное время суток. А сейчас ночь, поэтому можно, никого не боясь, признаться себе в том, что он ее любит, ужасно любит, до дрожи в коленках. И его бесит не то, что Луис его обставил, а то, что она просто не его, что она любит другого. И он мог бы ее отпустить, если бы был уверен, что она счастлива. Но такой уверенности не было. Пабло не мог объяснить, почему так решил. Просто взгляд ее выдавал. Он не был таким сияющим, как у счастливого человека. А уж как ее глаза умеют сиять, он знал очень хорошо. И к тому же, этот Луис…он не внушал доверия. Почему, он не знал, это происходило на уровне подсознания. Короче говоря, он нашел массу доводов «против» их союза и ни одного «за». Последним «против» стала его сегодняшняя ссора с Лолой.
Он решил, что ему надо поговорить с Мариссой.

Очередное утро начиналось как всегда весело. В женском крыле раздавались крики Мии о том, что она ничего не успевает, потому что проспала; Фелиситас, до сих пор не отошедшая от пьянки, лежала на кровати, спрятав голову под подушку, чтобы не слышать свою орущую подругу; Вико куда-то ушла еще с утра; Лухан вот уже двадцать минут безрезультатно пыталась поднять Мариссу с кровати, сопровождая свои действия уговорами, угрозами и воплями. На фоне всей этой какофонии Лаура каким-то образом умудрялась повторять историю.
У мальчиков было гораздо спокойнее. Гвидо больше часа заседал в ванной, наводя марафет и готовясь к встрече с Лаурой, Рокко вообще не было, видимо, по тем же причинам, что и Вико, Томас делал попытки продрать глаза – надо сказать, получалось неважно. Единственным, кто ничем не занимался, был Пабло. Он сидел на кровати с отрешенным видом, уставившись в одну точку. Эскурра, открывший наконец свои очи, уставился на друга.
- Что у тебя опять случилось?
- Ты что-то сказал?
- Да.
- Что?
- Спросил, где ты витаешь.
Пабло, как будто, его не слышал. Он был где-то далеко отсюда, очень далеко. Томас уже отчаялся добиться от друга вразумительного ответа, как тот неожиданно произнес:
- Я хочу с ней поговорить.
- С Лолой? Извиниться за вчерашнее?
- Нет, мне перед ней не за что извиняться.
- Как это? А за то, что наорал на нее ни с того, ни с сего?
- Она меня достала, вечно ко мне лезет и достает глупыми вопросами.
- Тогда о чем ты хочешь с ней поговорить?
- Не с ней, с Мариссой
- А с ней-то что? Она опять сделала тебе какую-нибудь гадость, и ты пойдешь разбираться?
- Я, наверное, ее люблю и хочу ей об этом сообщить.
Послышался звук падающего тела – Томас упал с кровати.
- Что? Мне послышалось?
- Нет.
- Ты сошел с ума.
- Если мне не изменяет память, ты сам толкал меня на этот разговор, не так ли?
- Да, но это было давно и…
- Пару дней назад.
- Не важно, главное, что я уже так не думаю.
- И что же изменилось?
Действительно, что? Ну не говорить же Пабло, что Лухан ему популярно все объяснила.
- У нее есть парень, зачем лезть в их отношения?
- Вот в том-то и дело, что этот парень мне не нравится.
- Тебе не будет нравиться любой ее парень, так что теперь прикажешь делать?
- Нет, не любой. Не смотри на меня так. Хорошо, любой. Но Луис особенно. Тебе не кажется, что он какой-то скользкий тип?
- У тебя паранойя.
- Нет, но я обязательно все про него узнаю.
- Марисса ни за что не поверит твоим домыслам.
- Знаю, поэтому разговор с ней придется отложить на некоторое время. Но я своего добьюсь.
И, окрыленной своей идеей, Пабло выбежал из комнаты.
- Это просто дурдом «Ромашки», а не колледж, - проворчал Томас, поднимаясь с пола.

Кое-кто был полностью солидарен с Томасом.
- Это не колледж, а черт знает что! Просто дурдом! Блас, куда вы смотрели? Почему весь холл заставлен цветами? Кто разрешил?
Дунофф уже полчаса бегал вокруг десятков ваз с алыми розами и размахивал руками. Так он изображала крайнюю степень недовольства.
- Что это такое, я вас спрашиваю????
- Я не знаю, сеньор Дунофф, я сам только что увидел.
- Кто мог это сделать?
- Я не знаю.
- Не знаете? Вы же староста курса и должны знать о намерениях учеников еще до того, как они об этом подумают.
Гитлер просто кипел. Еще чуть-чуть и у него повалит пар из ушей.
- Я не знаю, но обязательно выясню.
Выяснять не пришлось. В этот момент в холл зашел работник цветочного магазина с последней большущей вазой. К ней была прикреплена огромная табличка «Марисса, я тебя люблю».
- Спиритто, ну конечно, я мог бы сразу догадаться. Блас, звони Соне, то есть сеньоре Рей. Я хочу ее видеть. Срочно! И вызови ко мне Спиритто! Шевелись, Блас!
- В этот момент по лестнице как раз спускалась, хотя нет – летела, вышеназванная особа. Она чуть не сшибла директора, толкнула Бласа и сама чуть не упала.
- Смотрите, директор, какая прелесть! Правда, они божественны?
- Спиритто, что вы себе позволяете?
- А что такое? Я просто нюхаю цветы. В нашем колледже это запрещено? Может, мне еще и не дышать?
- Спиритто!!!!!
- Не орите, я прекрасно слышу. Так в чем дело?
За то время, что они пререкались, в холле собралось довольно внушительное количество народа. Всем хотелось посмотреть, откуда идет такой чудесный аромат.
- Ой, это, наверное, мои поклонники прислали, - сквозь толпу учеников пробиралась Риваролла, - Какая красота, они такие внимательные…
- Отвали, крашеная дура, это мои цветы.
- Что? Да кто на тебя посмотрит?
- Я посмотрю, - к ним, с гордо поднятой головой, шествовал Луис. - Любимая, это тебе. Надеюсь, понравилось.
- Шутишь, они божественны!
- Молчааааааааааааать!!!!!!!! Что вы себе позволяете, Васкес? Что вы здесь устроили? Как это называется? Не колледж, а черт знает что!
- Это вы верно подметили.
- Молчать, Спиритто! Я мечтаю увидеть сегодня ваших родителей, и … уберите здесь все.
- Да вы посмотрите, сколько их. Куда же мы их уберем?
- Спиритто, меня это не волнует. Делайте, что я сказал!!
Дунофф развернулся и поспешно удалился.
- Старый маразматик. Что теперь делать с розами?
- Любимая, не расстраивайся, если хочешь, я попрошу, чтобы их забрали обратно.
- Нет, ты что! Я их не отдам. Надо перенести их ко мне в комнату.
- Но они же все не влезут.
- Ну, тогда, хотя бы, в женское крыло. Кстати, спасибо большое, - и Марисса нежно поцеловала своего молодого человека.
А народу все прибывало и прибывало. Последними в холл спустились Пабло и Гвидо. Первый потому, что у него состоялся неприятный разговор с Лолой, второй - потому, что не как не мог решить, какой парфюм больше понравится Лауре.
- Мануэль, посмотри, какие цветы. Мариссе очень повезло. Луис так о ней заботится, - щебетала Мия.
- Да, цветы просто превосходны, - сказала Фели, дожевывая последний шоколадный батончик.
- Ах, как я ей завидую, - сказала какая-то пятикурсница. - Васкес – просто красавчик.
У Пабло непроизвольно сжались кулаки. Этот гад времени зря не теряет. Но он ему еще покажет, не будь он Пабло Бустаманте.
Прозвенел звонок, и всем пришлось тащиться на уроки. У четвертого курса сейчас как раз была история.
- Кто хочет рассказать про эпоху великих географических открытий?
Хотела только Лаура.
- Как насчет Лассена?
- Ууу, Гвидо, сочувствую, лучше откажись, меньше позора, - посоветовал другу Пабло.
- О чем ты?
- Ты же абсолютно не готов.
- Лассен, вы идете, или вам опять ставить два?
- Зачем два? Я уже иду.
Гвидо медленно дошел до доски, посмотрел на Хильду, перевел взгляд на Лауру, обворожительно улыбнулся и начал:
- Эпоха великих географических открытий – это период в истории человечества, начинающийся в 15 веке и продолжающийся вплоть до 17, в ходе которого европейцы стали изучать мировой океан в поисках новых торговых партнеров. Предпосылкой послужило завоевание Балкан и Малой Азии османами, что затруднило для Европы доступ к прежним торговым путям. Кроме того, зародилась мысль о возможности западного пути. Эта мысль была основана на представлении о шарообразности Земли, которое стало распространяться в эпоху европейского Возрождения.
Хильда выронила ручку, Марисса уронила челюсть, Пабло с Томасом упали на парты от удивления, Лухан закашлялась, Рокко присвистнул, и только Лаура улыбалась. Гвидо было просто не заткнуть. Он вещал про морские торговые пути пол-урока. Хильде ничего не оставалось, кроме как поставить ему пять.
- Лассен, а ты умнее, чем я думала. Теперь я понимаю, что ты делаешь со своими друзьями – ты убиваешь их интеллектом.
- Марисса, если ты хочешь высказаться, я дам тебе такую возможность. Выйди к доске и расскажи нам про Колумба.
- Э, нет, сеньорита Хильда, я, пожалуй, тут посижу.
- Спиритто, к доске я сказала.
Марисса встала и поплелась к доске.
- Ну что, может быть, ты поможешь Гвидо в его нелегком деле и тоже убьешь нас интеллектом? – Пабло откровенно развеселился.
- Что, супермен, признаешь, что Лассен раз в десять умнее?
- Если у тебя получится сразить меня, я признаю все, что угодно, дорогая.
«Она тебя уже давно сразила, причем, совсем не интеллектом. Так что молчал бы», - Томасу уже давно действовали на нервы их каждодневные пререкания.
- Ради такого, Бустаманте, я готова постараться.
- Бустаманте, прекратите балаган. Идите к доске и помогайте Спиритто.
- Ну, что ты теперь скажешь? Может, что-нибудь про Колумба? – веселилась теперь уже Марисса.
- Нет, право начать я уступаю даме.
- Прошу, Марисса. Я внимательно слушаю, - Хильда выразительно на нее посмотрела.
- Папа Колумба решил назвать сына Христофор. Родился он, не папа, а сын, разумеется, где-то приблизительно в 15 веке.
- А можно дату поточнее?
- Это вопрос к Бустаманте. Я начала, а он пусть продолжает.
Надо было тянуть время, потому что ни Пабло, ни Марисса понятия не имели, что там с Колумбом случилось. А единицы не хотелось. Оба адекватно понимали – они не наговорят даже на двойку.
- Эээ, как правильно заметила Марисса, папа Колумба, кстати, тоже Колумб…
- Бустаманте, это мы уже слышали. Хватит нести чушь! Давайте по существу.
- Так я и хочу по существу, но вы меня перебиваете. Родился он в середине 15 века. Вы же просили поконкретней.
- Да, очень конкретно, - съязвила Марисса
- А ты вообще лучше молчи. Так вот, он известен тем, что открыл Америку.
- Это все, что вы можете сказать по этому поводу?
- Разве мало? Между прочим, Америка ого-го какая большая, там, знаете, сколько народу живет? – Марисса решила помочь своему собрату по несчастью.
- Спиритто, угомонитесь. И сколько же его там живет?
- Ну, эээээ…. точно все равно не скажешь, ведь каждый час обязательно рождается новый человек, а кто-нибудь умирает.
- Бустаманте, вам есть что добавить?
- К рождению новых людей?
- Нет, в этой области он не силен, - Мариссе уже начал нравится урок.
- А ты хочешь проверить? Могу устроить.
- Так, все, хватит с меня этого цирка. На следующем уроке я хочу услышать от вас подробнейший доклад о Колумбе и населении Америки.
- Что? Я не буду делать с ним никакой доклад. С какой стати? Он даже не знает, как книга выглядит.
- А ты как раз мне покажешь, раз ты такая умная.
- Все, садитесь на место. Двойка каждому.
После уроков недовольная Марисса выплескивала все свое негодование на Лухан:
- Нет, ты представляешь? Мало того, что я должна теперь торчать в библиотеке, так еще и этого доморощенного козла терпеть! За что?
- Может, это не так уж и плохо?
- Что ж тут хорошего? Не вижу ни одного плюса.
- А я вижу, причем целых два.
- Может, поделишься?
- Например, ты узнаешь, кто такой Колумб.
- Лухан, я это итак знаю. Он Америку открыл, Марисса закатила глаза.
- Нда, твоим знаниям позавидовала бы любая энциклопедия, - хмыкнула Линарес.
- Прекрати, еще не хватало и от тебя выслушивать всю важность такого предмета как история.
- Хорошо, не злись, лучше, скажи, что у вас там с Луисом.
- Не знаю. Он такой милый. Столько роз мне подарил. Я такого количества даже в цветочном магазине не видела. Может, мои сомнения на самом деле беспочвенны? – она выглядела немного растерянной.
- Это не сомнения, это чувства. Вернее, их отсутствие.
- Не знаю, вроде, он мне нравится. Очень. Ладно, вздохнула бунтарка, - посмотрим, что будет дальше.
- А как же бабочки? Появились?
- Да черт с ними, с этими бабочками. Без них тоже хорошо.
В это время Лухан наткнулась взглядом на проходившего мимо Маркоса.
- Э, Марисса…
- Да иди уже к своему Ромео.
- Мы с тобой потом договорим, хорошо?
- Да, обязательно. Иди.
И Лухан помчалась целовать своего единственного и неповторимого.
Тут Марисса поняла, что упустила одну деталь:
- Стой!!! А какой второй плюс? – прокричала она на весь коридор.
Но подруга уже скрылась из виду.

- Гвидо, ты что, записался в ряды злостных ботаников? Ты нас сегодня просто покорил.
- Ну, до вас мне как-то дела нет, а вот Лаура, вроде, тоже была мной довольна.
- Да, друг, мы тебя теряем, протянул Бустаманте, - ты совсем спятил.
- Пабло, прекрати. Вот когда ты влюбишься, ты меня поймешь. Я ради любимой готов на все, даже выучить историю, - с жаром ответил Лассен.
- О, какие жертвы. Ты прав, куда уж мне до тебя.
- Пабло, правда, перестань. Когда ты успел все это прочитать? – Томас решил подойти к вопросу с практической стороны. Если уж Гвидо, не особенно напрягаясь, смог выучить эту муть, то он тоже наверняка справится.
- Да просто Лаура вчера до полуночи проторчала в библиотеке, штудируя учебники по литературе. Я сидел рядом, делать было нечего, а там как раз лежала какая-то книжка. Оказалось, история. Я начал читать, потом увлекся. Там, между прочим, так интересно, на его лице появилось такое довольное выражение лица, словно он говорил не об учебнике истории, а, по меньшей мере, о журнале с голыми красотками.
- Да что ты! - наигранно удивился Пабло.
- Если хочешь, я тебе могу следующую тему рассказать, - тот явно загорелся идеей.
- Ты и ее выучил? Тебе черепушка-то не жмет? Глядишь, у тебя средний балл скоро будет даже выше среднего.
Томас с Пабло заржали.
- Эх вы, придурки, прекратите завидовать. Мой может, и будет, зато насчет ваших я что-то очень сомневаюсь.
- Боюсь, что после того, как я сделаю доклад про Колумба, я еще с тобой посоревнуюсь, - вздохнул блондин.
- Точно, тебе же предстоят веселые выходные вместе со Спиритто и историей. Даже не знаю, что хуже.
- Если ты не заткнешься, Лассен, хуже будет тебе, - послышался звонкий голос Мариссы, которая стояла в дверном проеме.
- И как только Лаура с тобой общается, ты же такая грубая.
- Я тоже недоумеваю, дорогой, как она общается с тобой – не осталась в долгу Марисса. - Эволюция вообще предпочла обойти тебя стороной.
- Ты пришла с Гвидо препираться или по делу? - голос Пабло был на удивление спокоен.
- По делу, даже по двум. И все к тебе, супермен.
- Пабло, у тебя сегодня просто непруха какая-то. То с Лолой поругался, то, вот теперь, Спиритто заявилась.
- Лассен, я смотрю, пятерка по истории наполнила тебя храбростью.
- Ладно, вы тут разбирайтесь со своими делами, а мы пошли, - сказал Томас, - Гвидо, МЫ ПОШЛИ, - ему пришлось еще раз повторить, так как Лассен напрочь отказывался удаляться.
- А почему это мы должны уходить из своей комнаты? Она тут заявилась, видите ли…, - дальше его голос стих, потому что Томас все-таки уволок его прочь.
- Что случилось? – первым разговор начал Пабло.
- Ты поругался с Лолой? - «Черт, зачем я спросила, дура».
- Да, тебя это сильно интересует? - «В чем подвох?».
- Вообще нет, просто так спросила. - «Разве?» - Я, собственно, вот зачем пришла. Во-первых, мне только звонили из клуба – наше выступление переносят на неделю.
- Почему? Что случилось? – забеспокоился кудрявый.
- У них там какой-то ремонт, поэтому клуб вообще некоторое время работать не будет.
- И во-вторых?
- Во-вторых, я пришла поговорить по поводу нашей совместной работы. Предлагаю разделить ее на части – одну делаешь ты, другую я - тогда нам не придется видеться. Как тебе идея?
- Никак. А если Хильда спросит меня, про что твоя часть, мне на ходу придумывать?
- Не надо придумывать ничего. Обменяемся перед уроком и все прочтем. Так как?
Похоже, она искренне радовалась своей идее. Еще бы, видеть его так близко было бы ужасным мучением. Она с мольбой посмотрела на него. Пабло не понимал ее истинных причин нежелания работать в паре, но ему ничего не оставалось делать, как согласиться. Конечно, он мог бы отказаться и просто назло ей маячить перед глазами на протяжении всей подготовки этого несчастного доклада, но он этого делать не стал. Он просто устал от сложившейся ситуации. Он хочет быть с ней. Прошлой ночью Пабло отчетливо это понял. Но он не был уверен, что она хочет того же. К тому же, она все равно занята Луисом, по крайней мере, пока, а видеть ее с ним – сплошное наказание. Так что, им действительно лучше не встречаться.
- Хорошо, я согласен. Урок в четверг, предлагаю обменяться материалом в среду. Надеюсь, ты успеешь в срок?
- Это скорее мне надо волноваться, - хмыкнула рыжая.
- Значит, до среды.
- Договорились.
И она скрылась за дверью.

«Поссорился с Лолой, интересно почему? Хотя, какая, собственно, разница. Ну, поругались, с кем не бывает. Помирятся еще. И вообще, меня это абсолютно не волнует. Ни капельки. Совершенно. Да, точно, именно так. Или нет? Какого черта я сомневаюсь? Мне должно быть абсолютно все равно. Должно быть…». Углубившись в свои мысли, Марисса не заметила, как добралась до женского крыла. Вдруг она услышала всхлип, доносившийся из приоткрытой двери. Лола. Марисса подошла поближе.
- Он меня бросил. Представляешь, Бьянка, бросил! – Лола ревела на плече у подруги. На нее было жалко смотреть. Она сидела, сгорбившись, по ее лицу растеклась тушь, глаза были красными и опухшими, и вся она дрожала. Ее вид был настолько несчастным, что Марисса, которую Лола почему-то раздражала последние пару недель, пожалела ее.
- Ну, как же так? Что я сделала не так?
- Ты уверена, что это не очередная ссора?
- Уверена, он сам сказал, что между нами все кончено, и вообще это все было ошибкой.
- Успокойся, пожалуйста, - Бьянка, как умела, успокаивала свою подругу, - я уверена, у вас все еще наладится.
- Нет, это конец. Я точно знаю. Мне кажется, он любит другую.
На этой фразе ноги Мариссы подкосились, и она схватилась за стену, чтобы не упасть на пол и не выдать тем самым свое присутствие. Любит другую? Кого? А может?.. Нет, не может. Бред, бред, бред.
- С чего ты взяла? – продолжала свой допрос Бьянка.
- Я у него спросила, - еле выдавила из себя Лола.
- И он сказал, что уходит к другой?
- Нет, наоборот, он сказал, что никакой другой нет, но я ему не верю, понимаешь?
- Не понимаю. Совсем не понимаю, - казалось, Бьянка готова была разрыдаться вместе с ней. Ей была ужасно жаль подругу, но она понятия не имела, как ей помочь.
- Я просто хорошо его знаю. Он так замялся, и было видно, что этот вопрос его смутил. Я по глазам видела, что он врал, когда говорил, что мы не подходим друг другу, и в этом вся причина, - ее голос снова слился с рыданиями. - Не только в этом. Я это чувствую. И это что-то мучает его уже довольно долго. Я давно заметила, но не стала говорить об этом.
- Может, ты все-таки заблуждаешься, и это - обычная ссора?
- Нет, я уверена. Теперь мне остается только узнать, кто она.
- Но, если это действительно так, зачем тебе это надо?
Ответ Лолы Марисса уже не слушала. Какая-то неведомая сила заставила ее отлипнуть от стены и пойти к себе в комнату. Еле-еле передвигая ногами, она достигла, наконец, своей цели и упала на кровать. К ее радости, комната была пуста.




Сообщение отредактировал katya_shev@ - Вторник, 03.05.2011, 20:31
 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 20:32 | Сообщение # 4
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
Это было как нельзя кстати. Ей хотелось сейчас побыть одной и осмыслить все то, что она только что услышала.
Он бросил Лолу. Это факт. Довольно неожиданный факт. Ссоры у них были, но не такие серьезные. Марисса знала достаточно об их отношениях, даже больше, чем думала. Свой нездоровый интерес к этой паре она объясняла исключительно беспокойством за Лолу, которая была младшей сестрой ее подруги. И ничем больше. Возможно, эта причина казалась неубедительной, но для нее этого было вполне достаточно. Она наблюдала за ними издалека всегда, как только они появлялись в ее поле зрения. Это было не специально, как будто на уровне бессознательных рефлексов. Просто когда Марисса видела их вместе, она уже больше ничего вокруг не замечала, кроме, разве что, непонятного давящего чувства где-то в районе груди, из-за которого было трудно дышать, которое разливалось по всему телу, приковывая ноги к полу и заставляя ее тело каменеть. С каждым его взглядом, таким светящимся и счастливым, которым он смотрел на другую, в ее сердце вонзались тысячи игл, стремясь разорвать его, и без того уже растерзанное. Конечно, когда она была с подругами, она держалась изо всех сил, боясь показать, что же на самом деле творится в ее душе. Она убеждала их, и в первую очередь себя, что у нее все в порядке, она находится в поиске своего принца на белом коне, да хоть на велосипеде – средство передвижения роли не играет – и вообще знать не знает, кто такой Пабло Бустаманте. Надо отдать ей должное – иногда ей удавалось убедить подруг, а в очень удачные дни - и себя тоже. Но, как только она оставалась один на один со своими мыслями, та стена, которую она так упрямо возводила между собой и воспоминаниями, с грохотом рушилась, и сквозь эти руины тут же просачивались горечь, обида и боль. Но самым страшным было чувство пустоты на том месте, где, по ее мнению, должно было быть сердце. И эта пустота пугала ее, потому что с ее приходом Мариссе не хотелось делать ничего – ни спать, ни есть, ни жить вообще. И она абсолютно не представляла, чем эту пустоту можно заполнить. Разве что Луис мог бы ей в этом помочь, но уверенности не было…

-Милый, я совершенно не представляю, что делать. Марисса в последнее время такая подавленная, - Лухан с Маркосом прогуливались вокруг колледжа. Погода была просто превосходная, как раз один из немногих дней в году, когда не надо лезть на стену от жары и духоты, солнце не палит настолько, что ты чувствуешь себя, по меньшей мере, курицей-гриль, но в то же время, достаточно жарко для того, чтобы облачиться в шорты и футболки и забыть про уроки и учителей.
- Что с ней случилось? – честно говоря, Маркосу сейчас меньше всего хотелось обсуждать всякого рода проблемы и так и подмывало заняться куда более интересными вещами, но Марисса была и его подругой, поэтому пришлось вникать в, так сказать, чужой геморрой.
- Я чувствую, что она несчастна, но ничего не могу с этим поделать, в глоссе любимой Маркос уловил отчаяние.
- Несчастна? А как же Луис? Дело в нем?
- Как тебе сказать…и в нем тоже. Кстати, как он тебе? – В последнее время Лухан стал очень беспокоить новый парень ее подруги. Почему она и сама не знала, но он стал казаться ей подозрительным еще с того момента, когда он странно посмотрел на Пабло. Столько злобы во взгляде она еще никогда не видела. Тогда она убедила себя, что ей привиделось. Но знаменитый червь сомнения начал потихоньку свое грязное дело, и она уже не была так в этом уверена. А на мнение своего молодого человека Лухан полагалась полностью. На первый взгляд молчаливый, он очень хорошо умел видеть людей и тонко распознавать черты характера другого человека. Если Луис кажется ему хорошим парнем, то, следовательно, ей не о чем беспокоится, и все ее страхи беспочвенны, а она немного съехала с катушек из-за учебы – вот и мерещится всякая муть. Если же нет – придется что-то придумать.
- Не могу сказать тебе ничего определенного. Я с ним практически не знаком. Разговаривали пару раз, но это были такие ничего незначащие разговоры, что по ним судить о человеке просто смешно. В принципе довольно неплохой парень и Мариссе, я вижу, он нравится…- У Лухан отлегло от сердца, - …но могу тебе сказать с уверенностью – он мне неприятен.
- Почему? – Лухан напряглась.
- У меня такое чувство, что он скользкий тип. Хотя, повторюсь, я ничего о нем не знаю, он не вызывает доверия. Что-то в нем меня отталкивает. Не знаю, что именно.
Приехали. Этого Лухан и боялась. С одной стороны прекрасно, что крыша у нее на месте, уезжать никуда не собирается, с катушек она не съезжала и вообще не является пациентом психиатра. Но, с другой – это означало новую опасность для Мариссы. Хотя, может, им все это кажется, и оснований для беспокойства нет вообще? Но, как известно, с ума сходят поодиночке. А их получается уже двое…
Тут она увидела Луиса, сидящего на скамейке спиной к ней и разговаривающего по мобильному. Отправив Маркоса за водой, она незаметно подкралась к нему, чтобы подслушать. Она знала, что ее молодой человек не одобрит таких поступков. Лухан сама не одобряла и даже с трудом могла объяснить, если вообще могла, зачем она это делает.
- Да, пап, спасибо большое. Я твой должник….Нет, угадал. Цветы ей очень понравились, она была просто в восторге… Но зачем так много? Нет-нет, я не против, она тоже, наоборот… В следующий раз ты меня хоть предупреди, что их будет так много… Да, пап, я понимаю,… да, ты все прекрасно сделал. Еще раз спасибо. Нет, ни с кем я ее знакомить не собираюсь. Точно. Деньги у меня есть, мне пока не надо… Если что, я воспользуюсь кредиткой. Все, пап, мне пора бежать, скоро начнется урок.
М-да, в принципе ничего особенного в том, что папочка помог сыночку в покупке цветов, не было. Луис был в колледже, откуда довольно проблематично заказать цветы. К тому же, их надо оплатить, а откуда у ученика такие деньги при себе? Стоп, он же говорил, что работает, зачем тогда его папа хотел втюхать ему денег? Он же сказал, что зарабатывает сам. Хотя, мало ли, какие у них отношения в семье? Может, Васкес-старший хочет, чтобы у его сына карманы от денег просто лопались, так ему спокойнее. Продолжить ход своих мыслей Лухан не успела, потому что заметила приближающегося Маркоса. Пришлось поспешно покидать свое убежище и бежать к любимому.

- Марисса, ты спишь?
- Нет, Лухан, просто дремала. А ты где была?
- Да мы с Маркосом гуляли. Погода просто чудесная. Может, тебе тоже сходить проветриться?
- Нет, спасибо, не хочу,- ее голос казался каким-то безжизненным.
- Опять нет настроения? – на лице Линарес появилось беспокойство.
- Да.
- Почему?
- Ты лучше меня знаешь, - равнодушно бросила Спиритто.
- Что опять стряслось?
- Он бросил Лолу.
- Что?! Прямо взял и бросил? Сам? Когда?! – Лухан бросилась к кровати Мариссы. Выглядела она куда более возбужденней подруги.
- Да, прямо взял и бросил. Сам. Судя по всему, сегодня.
- И что ты теперь намерена делать?
- Ничего. Абсолютно ничего, - вдруг Марисса переменилась в лице, и на смену грусти пришла улыбка. Эту резкую смену настроения ее подруга знала и очень хорошо изучила. Так Мариссе было проще справляться с не вовремя нахлынувшими чувствами и воспоминаниями. - У меня теперь есть Луис. Ты только посмотри, сколько роз! Он, должно быть, истратил на них все свои заработанные у отца деньги.
- То есть?
- Ну, я не удержалась и спросила, сколько же все это стоит. Он сначала не хотел мне говорить, но потом признался, что на них ушли почти все деньги, которые он откладывал, работая на фирме у отца. Лухан, что у тебя с лицом?
- Ничего. Прямо так и сказал? – осторожно поинтересовалась та.
- Да, а еще добавил, что это того стоило. Знаешь, я ведь очень обрадовалась этим цветам. А для него нет ничего прекрасней моей улыбки. Он так говорит. Представь, он выбирал их несколько дней. Лично ездил в магазин и выбирал. Такой дурачок…
Марисса еще что-то говорила, но Лухан ее уже не слушала. Понятно. Значит, решил покрасоваться. Не удивительно, если он вообще нигде не работает. Прав был Маркос, скользкий тип этот Васкес. Надо за ним понаблюдать. Ее парень не ободряет таких методов, но она точно знает, кто одобрит.

- Нет, ребята, вы обязаны мне помочь, вы же мои друзья.
Гвидо целый вечер вертелся перед зеркалом и не мог выбрать, какую рубашку лучше одеть – белую или зеленую, чем ужасно раздражал своих сожителей.
- Отстань, Гвидо, выбери сам. В конце концов, это всего лишь рубашка, - Томас что-то оживленно набирал на телефоне, видимо, очередную смс Пилар, и Лассен со своей одеждой волновал его меньше всего.
- Пабло, этот нехороший человек ничего не замечает вокруг, кроме своей девушки, - Гвидо приблизился к Томасу, - к тому же пишет абсолютно неграмотно. У тебя вот здесь ошибка, это слово пишется не так,- новоявленный гений ткнул пальцем в экран.
- Отвали, пока я тебе не врезал, - спокойствие, которое в последние дни было присуще Томасу, начало медленно, но верно испаряться. Один влюбленный идиот – это еще куда ни шло, но вот два – явный перебор.
- Пабло, ты только посмотри на него! – жаловался Гвидо. - Мало того, что помогать не хочет, так еще и огрызается, когда ему же помощь предлагают. Так что, друг, какая лучше – белая или зеленая?
- Белая, - буркнул Бустаманте. Он уже битый час сидел над докладом, который им с Мариссой нужно продемонстрировать на следующем уроке истории. Как выяснилось, Колумб абсолютно не прельщал Пабло, более того, он находил эту тему настолько скучной, что даже Кармен с ее литературой казалась манной небесной. Какая разница, как назывались корабли, на которых плавал этот Колумб? Главное, что он доплыл и что они на воде держались. Но доклад готовить было нужно, чтобы хоть тут не ударить в грязь лицом. К тому же, оценки у него и так оставляли желать лучшего. Серхио обещал оставить его на выходные в колледже и забрать разрешение на выход, если он не ликвидирует долги к концу недели. Новый «хвост» в планы Пабло ну совсем не вписывался, тем более, концерт на носу, нужно репетировать…
Его мысли прервал Лассен, который все же решил не отступаться и до конца выяснить, точно ли белая рубашка ему больше подходит.
- Все-таки и форма у нас белая, и рубашка тоже. Получается, буду выглядеть как обычно. А я, наоборот, сегодня должен быть особенным. К тому же, зеленая рубашка оттеняет мои глаза. Ребята, как вы думаете?
- Я думаю, что еще чуть-чуть и тебе придется идти голым, потому что никакая рубашка не сможет оттенить твой будущий фингал, - Томми уже откровенно негодовал.
- Томас, я бы еще понял, если бы Пабло злился, у него как всегда сплошные проблемы с девушками, но ты-то?!
- Это какие-такие у меня проблемы, а?
- Очень даже определенные, - Гвидо явно задался целью достать всех без исключения.
- Все, вы мне надоели, - крикнул Томас и выбежал, хлопнув дверью.
- Слушай, умник, ты меня уже достал. У Лауры, видимо, стальные нервы. Городишь всякую чушь, - теперь пришла очередь Пабло закипать.
- Это не чушь. И вместо того, чтобы сидеть здесь, шел бы их решать. Твои проблемы сейчас как раз сидят в кафе. Я их лично видел. Вместе с Лухан.
- Я сейчас в тебя чем-нибудь кину! Идиот!
Пабло размахнулся и бросил в Гвидо учебник. Кладезь информации про Колумба и прочих мореплавателей пролетела мимо успевшего увернуться Лассена и попала прямо в руки Лухан, которая как раз открывала дверь.
- Даже книги долго не могут находиться в вашей комнате, у вас, видимо, аура плохая, - Линарес вертела злополучную книгу в руках.
- Зачем пришла? – не очень-то любезно поинтересовался сынок мэра.
- Мне нужен Томас, где он?
- Томас? Нафиг он тебе сдался? – Гвидо был озадачен. Неужели Лухан решила бросить Маркоса, потому что влюбилась в более достойного мужчину, то есть Эскурру? Не задумываясь, Лассен тут де поделился своими мыслями с Линарес.
- Какой же ты кретин. Он мне нужен по делу.
Гвидо хотел что-то возразить, но Пабло, которому, мягко говоря, было по-барабану, что это за дело, его опередил:
- Его здесь нет.
- Это я вижу. Где он?
- Понятия не имею. Весь колледж в твоем распоряжении. Когда найдешь, скажи, что он забыл мобильник, а то Пилар уже нашла прорву орфографических ошибок и хочет ему об этом сообщить.
Действительно, телефон Томми уже минут пять пищал, не переставая.
- И все-таки, ты точно уверена, что у вас с Маркосом все в порядке? – Гвидо решил на всякий случай уточнить.
- Совсем придурок, - прокомментировала Линарес и скрылась за дверью.

Томас нашелся довольно быстро. Он как раз пытался разгромить Франциско на бильярде. Проблема заключалась только в том, что в комнате отдыха помимо так нужного сейчас Эскурры находилась еще и Марисса. Ее Лухан несколькими минутами ранее оставила в столовой под предлогом того, что ей срочно нужно ехать с Маркосом к его маме, потому что у той что-то случилось. Не могла же она совершить путешествие туда и обратно за пару минут? Ладно, придется ждать, пока Томми наиграется в эти шарики, и желательно, чтобы Марисса ее не заметила.

В это время Марисса сидела и просто смотрела в одну точку. Чего-то хотелось, но она никак не могла понять, чего именно.
- Привет, милая, - услышала она голос над собой, - а я везде тебя ищу.
- Как видишь, я здесь. – Марисса натянуто улыбнулась своему парню. Почему-то видеть его сейчас хотелось меньше всего.
- Какие планы? Может, сходим куда-нибудь? Погода просто чудесная.
- Сегодня же не выходной, у меня нет разрешения, - устало проговорила она.
- С каких пор тебе нужны разрешения?
- Луис, я же тебе говорила. У нас скоро концерт, и если мы получим еще парочку замечаний, Гитлер обещал запереть нас в колледже на все выходные. А нам нужно репетировать.
- Вы же в будни где-то репетируете?
- Да, в прачечной, но это совсем не то, понимаешь? Там даже аппаратуры нет.
- Прекрати, не будь злюкой. Давай погуляем? Никто и не узнает, мы незаметно покинем эти ужасные стены.
Марисса почувствовала, что начинает закипать. Луис вдруг стал ее очень сильно раздражать. Она же ему все объяснила, почему же он так настаивает? Вот привязался на ее голову с этой дурацкой прогулкой… Не пойдет она никуда, неужели не понятно?
- Я тебе уже сказала, нет.
- Да что с тобой такое?!!!
Просто отлично! Он намеревался отвести ее в шикарный ресторан, как раз заботливый папочка перечислил на карточку приличные средства, а она отказывается. Что с ней происходит? В последнее время она какая-то странная. Совсем не похожа на ту Мариссу, которая ему так понравилась. И вообще, не очень-то ему хочется сейчас сидеть с ней и слушать рассказы про ее проблемы. В том, что что-то произошло, он не сомневался. Но он ужасно не любил всякого рода выяснения отношений, и, как только до этого доходило, он тут же расставался со своими пассиями. Это было его правило. Луис не лез в чужие жизни слишком глубоко и ненавидел, когда лезли в его. И правил своих он менять не собирался, но это все же не просто очередная пассия, это ведь Марисса…
- Все в порядке, и прекрати на меня орать, - резко и отчужденно проговорила она.
- Милая, извини, я просто очень волнуюсь за тебя, - его тон резко переменился и стал опять мягким и нежным. - В последнее время ты какая-то не такая. Расскажи мне, что случилось, может, я смогу тебе чем-нибудь помочь?
Она посмотрела ему прямо в глаза. Глаза – зеркало души. В них отражается вся сущность человека, его душа, его мысли. Когда-то она умела читать по глазам. Она видела любовь, бесконечную любовь и нежность в тех любимых голубых, как небо, глазах, она тонула в них, растворяясь без остатка. Боже, как же она их любила… В этих же зеленых, что смотрели сейчас на нее, она не видела ничего. Ни любви, ни ненависти, ни радости, ни грусти. Ничего. Совершенно пустые глаза. Марисса вздрогнула.
- Что-то не так, любовь моя?
- Нет, Луис, все так, все просто замечательно. Не бери в голову, - быстро затараторила она, - просто я устала, а тут еще доклад по истории. Кстати, я сейчас как раз собиралась им заняться. Прости, мне надо бежать. Увидимся позже.
Ну и что, черт возьми, такое? Опять какие-то непонятные сложности. А столик в ресторане пропадает. Такой ресторан. Один из самых дорогих в Буэнос-Айресе. Нет, это не дело. Он собирался утроить сегодня романтический ужин, он его утроит. И Луис начал рыться в своей телефонной книжке.

Марисса сидела в библиотеке и смотрела невидящим взором в энциклопедию. Она отправилась сюда, чтобы хоть как-то оправдать свое странное поведение. Вообще-то, она не собиралась сбегать от Луиса, она даже хотела с ним поговорить, поделиться тем, что ее гложет, это, в конце концов, и его проблемы тоже. Но не смогла. Посмотрела в его глаза и не смогла потому, что не увидела в них того, чего хотела, не увидела вообще ничего, только вспомнила про голубые…Нет-нет-нет, об этом думать ей вообще противопоказано. Лучше сосредоточится на истории и Колумбе. Или на Соне, она как раз просила ее позвонить, как только будет свободная минутка. Хотя, сеньора Рей может и подождать, у ее дочери еще куча дел: надо еще решить, что делать с репетицией, концерт на носу, а они даже не думали прогонять программу, потом, надо выхлопотать у Колуччи разрешение для барби на выходные. Эта блондинка что-то натворила, за что ее отец-сухарь запретил ей покидать пределы родного колледжа чуть ли не месяц. Старый изверг. А у них, между прочим, в субботу репетиция на квартире Бустаманте. Без Мии, к сожалению, никуда. Да и Лухан какая-то странная в последнее время, отрешенная что ли, может с Маркосом проблемы? Надо с ней поговорить. И с Лаурой тоже. Не может быть, что у них все серьезно с Гвидо. И эта история, черт возьми, совсем не в тему. А завтра еще и литература. Опять.
В общем, мысли в этой рыжей голове проносились со скоростью света. Их стало так много, что Марисса сама вряд ли могла сказать, о чем конкретно думает в данный момент. Она не успевала ухватиться за мысль прежде, чем та покинет ее голову, и на смену ей придет другая. И все это было лишь для того, чтобы не думать о голубых глазах, воспоминания о которых так не к месту лезли в голову.
По закону жанра именно в тот момент, когда ей больше всего не хотелось о них думать, когда любые оттенки голубого действовали на нее приблизительно так же, как красная тряпка на быка, на горизонте появился их обладатель собственной персоной. Прочитав все же ту книжку, которой он недавно швырялся в Гвидо, и не найдя там всей необходимой информации, он решил просветиться в наиболее подходящем для этого месте – библиотеке. Он тоже меньше всего хотел встретить там ту, мысли о которой он не мог выпроводить из своей головы вот уже пару часов.
- Привет, - он сказал это еле слышно, без всякой грубости или надменности – обычных его спутниц.
- Привет, - так же тихо ответила она.
Встретиться именно сейчас было шоком для обоих. Именно в эту минуту они были очень уязвимы не только перед окружающими, но, в первую очередь, друг перед другом. Каждый боялся, что начнут сыпаться ставшие уже такими привычными остроты и оскорбления, а сил отражать удары просто не было. Марисса была удивлена спокойным тоном Пабло, а тот, в свою очередь, был шокирован ее ответом. Временное шаткое равновесие достигнуто, и ни одной стороне не хотелось его нарушать, поэтому они довольно долго просидели в полном молчании.
- Я решил докладом нашим заняться, - все же решился нарушить тишину Пабло.
- Я вот тоже пытаюсь.
- Вижу, успехи у тебя неважные.
- Это почему? – искренне удивилась она.
- Книга кверху ногами лежит.
- И правда, - Марисса чуть улыбнулась краешками губ и посмотрела ему прямо в глаза. В те самые голубые глаза.
Пабло смотрел на нее как зачарованный. Она казалась ему прекраснее всех на свете, единственной, кто ему был нужен. Он слабо понимал, что происходит, а когда, наконец, дошло, он уже целовал самого дорого для него человека. Марисса тоже не сразу поняла, что случилось. Просто ей вдруг стало так хорошо, так спокойно, как не было уже давно, очень давно. Целовались они долго, минут пять, а может десять, никого это не волновало. Когда они уже практически шли на мировой рекорд, над ними раздался вопль:
- Я так и знала! Почему ты не сказал мне сразу, что нашел другую, зачем надо было придумывать какую-то муть про несовместимость характеров?!!
Марисса, услышав чужой голос, тут же отстранилась от Пабло и посмотрела на так некстати появившуюся Лолу. Та была просто вне себя он ярости. Ее глаза метали молнии, руки сжались в кулаки, а нервы, похоже, сдали.
- Лола, что тебе от меня нужно? Мы же все выяснили, - Пабло очень неохотно оторвался от Мариссы и посмотрел на свою уже бывшую подружку.
- Ничего мы не выяснили! Ты ради нее меня бросил? Да? Отвечай! – Лола кричала и размахивала руками.
- Я, пожалуй, пойду, а вы тут разбирайтесь, - Спиритто чувствовала себя нашкодившим ребенком, которого застукали на месте преступления.
- Нет, Марисса, подожди, нам с тобой надо поговорить, - Пабло готов был убить Лолу прямо сейчас. Он схватил Спиритто за руку, но она очень умело вырвалась и понеслась к выходу.
- Это мне надо с тобой поговорить, - Лола была настроена весьма решительно.
- Да о чем нам с тобой разговаривать?! Что ты еще хочешь услышать?! – в отчаянии крукнул он. - Что я бросил тебя из-за Мариссы? Тебе от этого станет легче?!– Пабло тоже разошелся не на шутку.
Дальше Лола не слушала. Она побежала вон из библиотеки, крикнув на ходу, как сильно она ненавидит всех Бустаманте. Пабло обессилено приземлился на стул. Он терпеть не мог выяснять отношения с девушками. Со всеми, кроме одной. Теперь ему, по всей видимости, предстояло это любимое занятие. Надо идти срочно ее искать.

Томас как раз направлялся в мужское крыло, когда неожиданно на него кто-то налетел.
- Ну, наконец-то, я уж думала, заночевать тут придется.
- Лухан? Ты в порядке?
- Если учесть, что я пряталась возле лестницы как минимум два часа, чтобы Марисса меня не заметила, то да, я в порядке.
- И зачем ты тут сидела?
- Не поверишь - тебя ждала.
- Ты права, верится с трудом. Зачем?
- Мне надо с тобой поговорить. Думаю, ты догадываешься о чем.
Сказать, что Томас был удивлен – это ничего не сказать. Ну вот, как он и предполагал, они с Лухан вернулись к этому разговору, правда, гораздо раньше, чем он рассчитывал. Хотя, может она совсем не об этом хочет с ним поговорить. С другой стороны, о чем же еще? Явно не о погоде. Так что же все-таки случилось? «Болван, перестань стоять, как истукан, и сам у нее спроси», - разозлился Томас сам на себя.
- Ты о Мариссе и Пабло? – осторожно начал Эскурра.
- Именно о них. Мы так и будем стоять на лестнице или отойдем в более удобное для разговоров место?
- Пошли в нашу комнату, там все равно никого нет, и не намечается в ближайшее время.
Заметив недовольный взгляд Лухан, Томас добавил:
- У тебя есть предложение получше?
Марисса на всех парах неслась в комнату.
«Черт, черт, черт, что же я наделала? Дура! Что теперь будет? Опять поддалась на его провокации. Хотя, он вроде и не провоцировал… Все как-то само получилось. Это и пугает. Так не должно быть, мне необходимо держать себя под контролем. А чем он ближе, тем хуже мне это удается. Вывод: нельзя его подпускать к себе и на метр. Как? Не прикреплять же, в самом деле, на себя табличку «Не подходить, опасна для социума»? Хотя, в таком случае он будет первым, кто подойдет. Что же делать? Может, попросить Луиса, чтобы он с ним поговорил? Черт, Луис! Совсем о нем забыла! У меня же есть парень, а я целуюсь с чужим, да еще и в таком месте, где нас любой может застукать. Марисса, ты полная идиотка. Но он же не чужой парень, он теперь вообще ничей», - и она невольно улыбнулась такой приятной мысли.
- Так, стоп. Надо успокоиться, - сказал она уже вслух, взглянув на себя в зеркало. – Я больше о тебе не думаю, Бустаманте. Никогда.

- Кажется, ты был прав.
- Да ну, серьезно?
- Томас, прекрати издеваться, лучше давай подумаем, что делать.
- И что же тебя заставило изменить свое мнение?
- Понимаешь, все дело в Луисе. Он какой-то странный, - и Лухан рассказала ему все, что ее тревожило.
- Ты уверена, что дело только в Луисе?
- Нет, не только. И в Мариссе тоже. Мне кажется, она его любит. Вернее, не кажется, я просто уверена. Но она в этом \не признается Пабло ни за что в жизни. Он, я так понимаю, придерживается той же позиции?
- Он собирался пойти к ней, но я его отговорил.
- Зачем?
- Послушал твоего совета.
- Вот дьявол!
- Ладно, давай придумаем, что делать. Предлагаешь следить за Васкесом?
- Честно говоря, я об этом не думала, но идея ничего. А что с Пабло?
- Я поговорю с ним. Правда, он, наверное, решит, что я псих, но это уже не важно. А ты поговори с Мариссой. Надо их подтолкнуть.
- Договорились. Только, Томас, давай договоримся, что все это останется между нами?
- А что это вы тут делаете? – внезапно появившийся Гвидо так и остался стоять у входа, не в силах от удивления перешагнуть порог.
- Разговариваем, не видно? Ладно, Томас, мы друг друга поняли. Увидимся завтра. Лассен, что стоишь у самой двери, дай пройти. Ты, между прочим, не Дюймовочка.
- Томас, а что она здесь делала? – Гвидо все еще подпирал косяк.
- Может, ты уже отлипнешь от двери и войдешь в комнату?
- Ты не ответил на вопрос.
- Ничего особенного. Просто ей было кое-что непонятно в математике.
- А ты у нас новоявленный Пифагор, да?
- Нет, просто мне Пилар недавно объясняла то же самое. Она у меня много знает, - с гордостью в голосе проговорил Томас.
- А она знает, что ты подрабатываешь учителем?
- Гвидо, прекрати, я люблю Пилар, у Лухан есть молодой человек. Что тебя смущает?
- То, что вы одни ночью в нашей комнате непонятно чем занимаетесь.
- Сейчас еще даже девяти нет. Просто ей некому было помочь. Маркус куда-то уехал, Лаура теперь все свободное время проводит с тобой, а Марисса с Луисом.
- Они все еще встречаются? Я думал, она дала ему отворот-поворот.
- С чего ты взял?
- Мы с Лаурой решили пойти в кафе. Вернее, я захотел сделать ей сюрприз. Ну, знаешь, сводить ее в какое-нибудь умопомрачительное место. – Гвидо понесло. - Ты слышал, у нас недавно открылся очень крутой ресторан, туда просто так не попасть? У меня есть один знакомый, помнишь, тот….
- Гвидо, можно ближе к делу?- нетерпеливо прервал Томас. Судя по одухотворенному взгляду Лассена, тот мог еще полчаса вещать про всякие глупости.
- Короче, в ресторан мы так и не попали, но когда проходили мимо, я увидел в окне Васкеса с какой-то девушкой. Ничего такая, скажу я тебе. Но Лаура все равно лучше.
- Это давно было?
- Примерно два часа назад.
- Как ресторан называется? – напирал Томас.
- Зачем тебе? – выражение лица Лассена говорило о его крайней озадаченности.
- Блин, Гвидо, хочу Пилар туда сводить, - Эскурра начал медленно, но верно закипать.
- О, друг, туда просто так не пускают, только за бабки или по знакомству.
- Отлично!
- А ты сможешь и для меня столик выбить?
- Хоть два, скажи какой ресторан.
- «Росси» называется. Эй, Томас, куда ты так побежал? – последние слова растворились в воздухе, так и не достигнув своего адресата.


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 20:33 | Сообщение # 5
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
- Ты и правда считаешь, что у нас есть шанс их застукать? – спросила Лухан, сидя уже в такси. Одному Богу известно, как им с Томасом удалось выйти из колледжа на ночь глядя. Просто повезло: Блас, видимо, обходил просторы их «элитного заведения» в поисках злостных нарушителей порядка, поэтому возле выхода не маячил, а охранник очень быстро поверил в то, что какие странные типы пытаются проникнуть в здание через окно на первом этаже и побежал ловить «преступников».
- Не знаю, проверим. Если там и правда так классно, как говорит Гвидо, то вполне возможно, что нам повезет.
До места они добрались за 10 минут. Обошли ресторан два раза, за столиком возле окна Васкеса и его пассии не было. Внутрь их не пустили, даже несмотря на крики Томаса «Да вы хоть знаете, чей я сын?!» и «Вам это просто так с рук не сойдет!!!!». Лухан еле его успокоила. Они просидели еще час на ступеньках возле ресторана в надежде на то, что интересующие их личности пересели или сам Гвидо просто перепутал столы.
- Их там точно нет - они бы уже вышли. Не могут нормальные люди заседать в ресторане больше трех часов. Их бы уже сам повар выкинул.
- Наверное, ты права. Не успели, - грустно проговорил Томас, нехотя поднимаясь с бордюра, на котором он сидел.
- Ладно, не расстраивайся, в следующий раз обязательно повезет. – Лухан участливо похлопала своего новоявленного друга по плечу. - Поехали в колледж, а то уже скоро полночь.

«Где, факины дети, ходит Лухан? Даже Лаура уже пришла, а Линарес все нет. Через пару минут Блас будет делать обход. Нет, парочка подушек, запиханных под одеяло, вполне сойдут за человека, если не приглядываться, а старосте можно наплести, что она устала и легла час назад и будить ее не надо. Но это же Блас, с ним никогда нельзя быть уверенным в успехе даже идеального на первый взгляд плана», - мысли в голове Спиритто как всегда проносились со скоростью света.
Раздался стук в дверь. Марисса недоуменно посмотрела на Лауру.
- Неужели наш любимый староста стал таким вежливым? – сказала Марисса, открывая дверь.
- Это не Блас, это я, - на пороге стоял Бустаманте собственной персоной.
- Что тебе нужно? Если Эредиа тебя увидит, то нам всем крышка.
- У меня к тебе серьезный разговор.
- А этот серьезный разговор не может подождать до утра? Я, честно говоря, очень устала и собиралась лечь.
- Нет, подождать он никак не может. Марисса, я… - договорить он не успел, потому что поблизости раздался голос Бласа.
- Вот черт, Бустаманте, я же предупреждала. Быстро залезай под кровать.
- Куда? Нет, я не согласен. Зная тебя, могу с уверенностью сказать, что ты там ни разу пыль не вытирала.
- Ну надо же, какие мы неженки. Меньше надо шляться по женскому крылу ночью, тогда не придется проверять на собственной шкуре, насколько я аккуратна. Ладно, фиг с тобой, залезай на кровать Лухан, только быстро. И одеялом сверху накройся!
Только Пабло успел спрятать свои конечности под одеяло, как вошел Блас.
- Что тут у вас?
- И тебе привет, дорогой староста. Зачем пожаловал?
- Что значит зачем? Плановый обход, Спиритто. Или ты уже забыла?
- Как же, тебя забудешь, - буркнула та.
- Но-но, поаккуратней. А то, наверное, не очень приятно будет ночью убирать картохранилище, - улыбка гиены исказила его лицо. - У вас все на месте, надеюсь? – при этом он сделал ударение на последнем слове.
- Как видишь, - невозмутимо проговорила Марисса. Если она и испугалась, то виду не показала.
- А что с Линарес? – Эредиа кивнул в сторону кровати, на которой, скрючившись, лежал голубоглазый блондин.
- Сегодня весь день плохо себя чувствовала, решила пораньше лечь, так что ты потише говори, а то она проснется, бедняжка.
- Она тоже? И давно она спит? – Блас как-то подозрительно посмотрел на кровать.
- Уже пару часов, и проспит еще столько же, если мы не будем ей мешать, - раздраженно ответила рыжая.
- Странно, Эскурра сегодня тоже захворал. Эпидемия?
- Эскурра? – Спиритто почесала голову, делая вид, что пытается усиленно вспомнить эту фамилию. - Это Томас что ли? А, ну так у нас же сегодня была физкультура, видимо, простудились. Нас, между прочим, заставляли заниматься под дождем. Вот ты, Блас, отжимался когда-нибудь под дождем? Это всем еще повезло, что я мамочке своей не позвонила. Ты только представь, на что способна Соня Рэй, узнай она, чем приходится заниматься ее бедной дочери…
- Ладно, Спиритто, спокойной ночи, - Бласу порядком надоело выслушивать «от этой явно неуравновешенной» ученицы всякие жалобы. Он лишь последний раз окинул взглядом Пабло в одеяле и удалился.
- Фу, пронесло. Бустаманте, можешь вылезать и валить к себе, потому что Блас с обходом направился как раз к вам – Марисса сдернула одеяло с кровати подруги.
- Он у нас уже был, еле упросили не «будить» Томаса, который непонятно где шляется, как и Лухан.
- Она как раз понятно где – с Маркосом. Непонятно только, зачем ты пожаловал.
- Я же сказал – поговорить.
- О чем?
- Мы здесь будем разговаривать? – Пабло покосился на Лауру.
- Я вас оставлю. Пабло, Гвидо у себя?
- Да, где ж ему еще быть? Литературу повторяет, - на этой фразе Арегги улыбнулась.
- Пойду составлю ему компанию, - и она быстро удалилась.
- А еще подруга называется, - прошипела ей вслед Марисса, закрывая дверь. - Так о чем мы будем говорить? – невозмутимо-высокомерным голосом проговорила она, поворачиваясь к Пабло.
- О том, что произошло сегодня в библиотеке, - такой же невозмутимый ответ.
- О том, как мы читали книжки про Колумба? Ты там что-то не понял? – высокомерие уступило место сарказму.
- Ты прекрасно знаешь, что я не о Колумбе говорю, а о том, что было после.
- Я не хочу это обсуждать, - бросила девушка.
- Почему же? – усмехнулся он.
- Тут не о чем говорить, ясно? – истеричные нотки в ее голосе явно дали Пабло понять, что она говорит совсем не то, что думает на самом деле.
- Нет, есть о чем. И ты со мной согласна, иначе не ответила бы на поцелуй. Ты чувствуешь то же, что и я.
- Что за глупости ты несешь? Выметайся вон из моей комнаты!!!
Ситуация Мариссе не нравилась категорически. Пабло выглядел чересчур уверенным в себе и своей правоте (и не безосновательно), в то время как ей явно не хватало спокойствия. Ее недавнее обещание, данное самой себе, мгновенно растаяло, стоило только его увидеть. Пабло же, почувствовав ее колебания, стал напирать все сильнее.
- Никуда я не пойду, пока все не выясню! Почему ты не хочешь принимать очевидное?
- Лично мне совсем не очевидно то, о чем ты говоришь с такой уверенностью, - она приняла последние попытки к отступлению.
- Брось, Марисса, неужели тебе не надоели эти игры? Сколько это может продолжаться?
- Бустаманте, ты нарываешься. Я хочу спасть, а не выслушивать про какие-то игры. Тебе напомнить, в какой стороне дверь?
- Я же сказал, что не сдвинусь с места, пока мы все не выясним. Черт возьми, ты можешь мне поверить?! Я абсолютно честен с тобой, - Пабло уже кричал.
- И в чем же заключается твоя честность? Во что я должна поверить, а, Пабло? – Марисса тоже перешла на гораздо более высокие ноты.
- Ты ведь тоже чувствуешь, что между нами что-то происходит… давно происходит.
- И что же? – ее голос уже не срывался на крик, скорее, больше походил на шепот. Ей до чертиков надоело с ним ругаться. Ей вообще все надоело. Надоело, что он преследует ее везде – и в мыслях, и наяву. Надоело, что никак не может заставить себя выкинуть его из головы. И вот, сейчас он стоит перед ней и, наверное, скажет то, что она так хотела услышать.
- Марисса, я… я не знаю…понимаешь, я давно хотел сказать тебе, что … Я не чувствовал никогда ничего подобного. Ни к кому. Я все время думаю о тебе, вспоминаю нас, представляю, как все могло бы получиться. И мне никак не избавиться от этих видений. И я знаю, нет, я уверен, что ты тоже до сих пор не можешь меня забыть. Я люблю тебя, слышишь?
Спиритто была не в силах произнести ни слова. Она боялась даже дышать. Ей казалось, что душа покинула тело и унеслась высоко-высоко, даже выше пресловутого седьмого неба. Вдруг перед ней пронеслись воспоминания, такие ненавистные, но так бережно хранимые. Пару минут она была как будто в трансе, и Пабло уже начал беспокоиться. Воспоминания быстро сменяли друг друга, как вдруг одно задержалось чуть дольше остальных и просто столкнуло Мариссу с тех заоблачных высот, на которых она находилась. «Он тебя предал, понимаешь?» - эти слова говорила ей Лухан после той жуткой ссоры, когда они расстались на третьем курсе. Пожалуй, Марисса их никогда не забудет. Подруга была права. Он действительно ее предал. И предаст вновь. Потому, что он Бустаманте. А все Бустаманте одинаковы. Она не должна больше ему верить. Не должна. Не может. Еще одного раза она больше не выдержит, не переживет. Она дала себе обещание, черт возьми.
- Пабло, - губы еле ворочались и совсем не слушались хозяйку, с них норовили сорваться совсем другие слова, но она продолжала, - однажды я уже это сделала, и ничего хорошего из этого не получилось. Я больше не хочу иметь с тобой ничего общего. Там, в библиотеке, был всего лишь порыв, глупый ничего не значащий порыв. Дань прошлому, так сказать. И я прошу прощения, такое больше не повториться. Никогда. У меня есть молодой человек, и я его люблю. Действительно люблю. Мы счастливы, у нас все замечательно, и я не собираюсь это разрушать. Ты – пройденный этап, к которому я больше не желаю возвращаться.
- Я тебе не верю. Ты лжешь, - от былой уверенности Пабло не осталось и следа.
- Нет, не лгу. «Пожалуйста, уйди, я больше не могу»
На Пабло было жалко смотреть. Голубые глаза, которые еще недавно светились счастьем и надеждой, разом потухли. Он не мог поверить в то, что это говорит ему она, его любимая Марисса. Хотя чего он ожидал? Что она по-прежнему любит его? По-прежнему думает о нем и броситься тут же на шею? Конечно нет! У нее теперь есть Луис и она счастлива. Но почему тогда глаза такие грустные? Да что он привязался к этим глазам? Это просто галлюцинации. Как можно в глазах увидеть грусть? Он просто себе это придумал, за что горько поплатился. Она без ума от Луиса, и Бустаманте ей теперь хуже занозы в заднице. Так что лучшее, что он может сейчас сделать – это развернуться и уйти.
Мариссе же каждое слово давалось с большим трудом. Очень сложно было врать человеку, которого так сильно любишь. Да, она до сих пор его любит и никогда не переставала любить. Но слишком дорого ей обходится это чувство. Один раз она обожглась и больше такой ошибки не повторит. Просто не сможет. Сердце не выдержит. Лучшее, что она может сейчас сделать, это дать ему уйти, на сей раз навсегда.
- Посмотри мне в глаза, - неожиданно для самого себя произнес Пабло.
- Что?
- Посмотри мне в глаза и повтори то же самое.
- Пабло, что за цирк?!
- Не можешь? – он схватил ее за руку. – Посмотри!
Этого она не выдержит точно. Кому-то из них надо срочно уйти. Он, по всей вероятности, уходить не собирается. Что ж, значит, уйдет она. Как и в библиотеке, Марисса ловко вывернулась из его рук и побежала вон из комнаты. Она пронеслась через все женское крыло, спустилась по лестнице и замерла от изумления. Пабло, следовавший за ней, врезался ей в спину.
- Вы?!!! – хором вымолвила «сладкая парочка».
- Я же говорила, что опоздаем. Блас уже, небось, попивает кофе и придумывает нам наказание, - шепотом произнесла недовольная Линарес. Горе-разведчики вернулись с «задания» и как раз пытались так же незамечено пробраться внутрь, как им удалось это сделать, когда они ехали в ресторан. Настроение Лухан было хуже некуда, а вот Эскурра, напротив, излучал радость и позитив.
- Лухан, не будь такой пессимисткой. Я уверен, что наши что-нибудь придумали, - воодушевленно проговорил он и на секунду отвлекся от нового супер-задания, а именно – острожного открытия двери.
Раздался жуткий скрип.
- Черт, Томас, ты можешь потише, а? – раздраженно прошипела его напарница.
- Я же не виноват, что дверь так скрипит, - пытался оправдать себя Томас, - Дунофф, видимо, экономит на масле.
Лухан уже хотела бросить еще одно едкое замечание, но ее прервало громкое «Вы?!!!», разнесшееся по всему просторному холлу EWS и заглушившее скрип двери. На Лухан и Томаса с удивлением и возмущением уставились две пары глаз.

- Что здесь происходит? – Марисса первая оправилась от шока.
- Ээээ, привет. А ты почему не спишь? – Лухан не могла придумать ничего правдоподобного. Судя по всему, Томас тоже. А Пабло – так тот просто хлопал глазами, даже не силясь ничего понять. На минуту воцарилась мертвая тишина.
- Лухан, еще раз повторяю вопрос, - все тот же требовательный тон нарушил общее молчание.
- Мы встретились с Лухан у дверей колледжа. Ей было никак не попасть внутрь. Я помог ей отвлечь охранника, чтобы незамеченными попасть в здание. К сожалению, с последним у нас явные проблемы, за что вам отдельное спасибо, - Эскурра все-таки сориентировался в ситуации и получил благодарный взгляд Лухан, у которой по-прежнему была напряженка с идеями.
- То есть вы встретились только у колледжа? – Марисса с подозрением покосилась на парочку.
- Естественно! Что мне, по-твоему, делать с Томасом вдвоем, да еще и ночью? – картинному удивлению и возмущение Лухан просто не было предела.
- Вот-вот, полностью согласен. Что мне с ней делать? – поддакнул Томми. - И вообще, мы не обязаны перед вами отчитываться.
- Перед ними не обязаны, а передо мной – да, - противный голос любимого старосты заставил всю четверку вздрогнуть от неожиданности. «И откуда тебя только нелегкая принесла?» Как это ни удивительно, мысли как минимум четырех из пяти людей, находящихся на данный момент в холле, совпадали.
- Ну, и где это вы были, Эскурра, поздним вечером да еще и в компании Линарес? – допрос явно доставлял старосте неимоверное удовольствие.
- Мы просто сидели на улице, дышали свежим воздухом. Знаете, там так хорошо, погода просто божественная, - на этот раз сориентировалась Лухан, не сказать, чтобы очень удачно, но все же…
- Линарес, не рассказывайте мне сказки, - резко оборвал ее Блас, - десять замечаний каждому!
«Еще хорошо отделались, Блас сегодня явно в хорошем настроении», - обрадовался Томми.
- А завтра жду вас в учительской после уроков – озвучу наказание лично – он сделал ударение на последнем слове. «А так все хорошо начиналось. Когда же у этого козла иссякнет фантазия?»…- Теперь живо все спать! И кстати, - проговорил Эредия, уже удаляясь, - когда пойдете завтра в учительскую, захватите с собой Спиритто и Бустаманте.
- А мы-то тут при чем? – Марисса сделала жалкую попытку отбиться.
- Нечего разгуливать ночью по колледжу, да еще и в компании молодых людей, Спиритто.
- А мне одной страшно, - нагло продолжала рыжая, сложив руки на груди.
- Значит, сидите в комнате. Все, разговор окончен, живо по комнатам!

Как только дверь женской спальни захлопнулась, Марисса тут же начала свой допрос с пристрастием.
- Я так и не поняла, что вы делали с Томасом ночью под дверями колледжа, - ей все еще с трудом верилось в историю, рассказанную Эскуррой.
- Он же тебе все объяснил. Мне было в одиночку не пройти мимо охранника. Ему тоже. Взаимовыгодное сотрудничество.
- И каким образом вы отвлекли охранника, а?
Лухан пришлось сделать грустный вывод о том, что подруга не верит во всю ту муть, что они с Томасом наплели. Неудивительно. Она бы тоже не поверила. Но другого выхода не оставалось. Голова все так же не работала, ни одной умной идеи не промелькнуло в ней за последние пару минут, а подруга отступать явно не собиралась. Учитывая упрямство Мари, они рисковали просидеть так до утра, выясняя, куда девался охранник. «Томас, твою мать, твоя помощь мне бы очень понадобилась». Несмотря на то, что она числилась в лучших подругах у главной бунтарки колледжа, Линарес еще ни разу не покидала пределы этого «славного» заведения без разрешения опекуна, не говоря уже о том, чтобы возвращаться туда ночью. Эскурра явно преуспел в этом больше. Но его с ней не было. Времени на подготовку тоже. Поэтому она не придумала ничего лучше, кроме как сказать правду.
- А охранника там не было.
- Что? – ответ поверг Мариссу в еще больший шок, чем все сказанное выше. – А куда он делся?
- Не знаю, может, отошел пописать? В конце концов, найдется мало учеников, которые захотят сбежать куда-нибудь на ночь глядя.
- Да ну? Ты это серьезно?
- Да, абсолютно. Томас придумал какой-то там гениальный план, чтобы отвлечь внимание охранника, но он нам не понадобился, потому что тот по счастливой случайности покинул свой пост. – Это была чистая правда. Им с Эскуррой повезло, причем второй раз подряд. Видимо, кто-то из них родился под счастливой звездой. Сидя на кровати под пристальным взглядом подруги, Лухан пришла к выводу, что счастливчиком был Томас.
- Почему было не позвонить мне? И вообще, куда ты ходила? – Спиритто, видимо, примеряла на себя роль Бласа.
Лухан лишь устало вздохнула и ответила:
- У нас с Маркосом завтра что-то вроде юбилея – я решила купить ему что-нибудь в подарок, а времени больше не было. Вот и пришлось сегодня после уроков тащиться в магазин.
- Юбилей? Почему я о нем ничего не знаю? – судя по удивленным глазам, Марисса вообще перестала что-либо понимать.
- Я не хотела никому говорить, к тому же у тебя и своих проблем полно.
- И что ты купила?
Опять прокол. Черт.
- Эм, ничего. Понимаешь, не нашла то, что искала. Решила, подарю потом. Все, Марисса, давай спать, я очень устала.
- Нет, подожди, - Спиритто запрыгнула на кровать подруги, - и как вы собираетесь отмечать, а? Ну-ка, колись! – казалось, она уже напрочь забыла о том, что подозревала подругу в совместных делишках с другом блондинистой заразы и полностью переключилась на выдуманный праздник.
- Ничего особенного, может, устроим пикник, - вяло отмахнулась Лухан.
- Пикник? Это же здорово! Вы уже нашли место?
-Не знаю, этим Маркос занимается. Мы будем сегодня спать или нет? Может, подождем, пока заявится Блас и не придумает новое изощренное наказание?
- Да черт с ним, - из Мариссы уже градом сыпали идеи, - предлагаю вам пойти в центральный парк – отличное место для пикника.
- Да, спасибо, думаю, туда мы и пойдем. Лучше скажи мне, как у тебя дела с Луисом, а?
- Давай спать, я тоже ужасно устала, - Марисса слезла с кровати подруги, выключила свет и накрылась одеялом с головой. Лухан довольно улыбнулась. «Ну, наконец-то».

- Пабло, отвали, - Томас ввалился в комнату только с одной мыслью – скорее лечь спать.
- Не могу отвалить, как ни проси, не могу. Один нашел себе спутницу жизни в лице первой ботанички класса, а второй шляется непонятно где с ее подругой. Что происходит?
Вид у Пабло был ужасно потерянный и раздосадованный.
- Вы дадите мне поспать, а? – раздался сонный голос недовольного Лассена.
- Гвидо, вот ты знаешь, где, а главное, с кем, был твой любимый друг?
- Ну и с кем сегодня был Пабло Бустаманте? – нехотя протянул Гвидо, так и не открыв глаз.
- Да не я, а Томас, дубина.
- Так ты за этим меня разбудил?! – по голосу чувствовалось, что он считает Пабло, мягко говоря, не совсем здоровым. - С Пилар, с кем же еще? Это только ты у нас определиться не можешь, - подкол в отместку за нарушенный сон.
- Не угадал, с Линарес, - Пабло пропустил последнюю фразу мимо ушей и победно улыбнулся.
- Что?! С кем?! – от неожиданности Гвидо вскочил на кровати, ударился лбом о кровать Рокко, нависающую над ним, громко выругался и уставился на Томаса.
- Вот-вот, и я о том же, - довольный произведенным эффектом ухмылялся Пабло.
- Опять с Линарес? – ошалело промямлил несчастный.
- Что значит опять? - не понял голубоглазый.
«Убить Лассена теперь стоит первым пунктом в списке завтрашних дел», - подумал Томас.
- Я же уже объяснял,- устало начал он,- мы встретились у колледжа случайно. Мне нужно было отлучиться по делам в город, немного не рассчитал со временем и вернулся позже, чем предполагал. У ворот увидел Лухан с такой же проблемой. И что вы вообще привязались? – нервно закончил он свои объяснения.
- Как зовут дела? – кто-то, видимо, забыл, что ужасно хотел отправиться в объятия Морфея.
- Алехандро.
- Что??? – Гвидо опять ударился о кровать Рокко, чем разбудил последнего. – У тебя было свидание с парнем?!
- Лассен, не завидуй и ложись спать, - Рокко тоже был не очень доволен, что его разбудили.
- Да я тебе сейчас так врежу, что…
- Гвидо, не кипятись, я тебя прошу, - остановил Томас уже пунцово-красного от гнева друга.- Алехандро – мой приятель. У него возникли проблемы, требовалась моя помощь. Вот и все. Теперь я могу лечь спать спокойно, и вы не будете думать, что у меня роман с Лухан или что я гей?
- Но ты ведь не гей? – на всякий случай робко уточнил Лассен, за что в него тут же был пущен кроссовок. – Ладно, не гей.
И вертя кроссовок в руках, добавил:
- Фууу…Но помыться тебе все же стоит.

- Я вчера поговорил с Мариссой.
- Что? Как поговорил? И что ты ей сказал?
Томас и Пабло сидели в своей комнате. Гвидо не было – он слинял куда-то с самого утра, не забыв при этом разбудить всех остальных, и что-то быстро протрещал про сюрприз и Лауру. Объяснить толком он не смог, так как испугался взгляда товарищей, которые его радость не разделяли, и спешно ретировался. Не прошло и получаса, как свалил и Рокко. Он, слава Богу, никогда ничего никому не объяснял. «Голубки» остались вдвоем.
- Все, что собирался.
- Можно поконкретней? – Томас нетерпеливо заерзал на стуле.
- О своих чувствах сказал, - во время разговора блондин все время смотрел на свои кроссовки, как будто надеялся найти там ответы на мучающие его вопросы.
- А она? – в глазах Томаса забрезжила надежда, а в голосе явственно слышалось облегчение.
- А что она? Послала меня, она же Спиритто. Отправила тупого придурка Бустаманте ко всем чертям, не забыв при этом сообщить, что она счастлива со своим нынешним парнем и все, что между нами было, считает настоящей ошибкой. Короче, ничего непредсказуемого не случилось.
Надежда мигом испарилась, оставив после себя лишь легкий привкус отчаяния. Тяжелый груз, который брюнет уже успел скинуть со своих плеч, вновь взгромоздился на свое прежнее место.
- Что за черт? Пабло, ты уверен, что она имела в виду именно это?
- Томас, ты что, дебил?! Нет, конечно, она хотела сказать, что жить без меня не может и любит безумно, но нехило ошиблась, когда говорила. Так?! – Пабло наконец-то оторвался от созерцания своих ног и поднял голову.
- Ладно, не кипятись. Я неудачно выразился.
Оба замолчали. Томас теребил в руках учебник, а Пабло сидел, тупо уставившись в одну точку. Он всегда жутко боялся. Только не ее, вернее, не совсем ее, а скорее своих чувств. Ведь до этого он никогда ни в кого не влюблялся. Наоборот, все влюблялись в первого красавца школы.
Расстались они опять же из-за него. Сначала все было просто прекрасно, а потом на первый план снова вышел этот черств страх, который появлялся словно из ниоткуда и довольно оперативно пускал свои корни в и без того уязвимую душу Пабло. И он испугался обрести, в конце концов, то, чего так долго и страстно желал – любовь Мариссы. И именно из-за него все так глупо и нелепо закончилось. С тех пор она опять объявила ему негласную войну, забыв сообщить правила. Хотя, он не был до конца уверен, что они вообще существуют. Она хотела, чтобы и он тоже ощутил на своей шкуре то, что она чувствовала тогда. Пабло никогда не забудет взгляд любимых шоколадных глаз во время их последнего разговора. Он плохо помнил, что именно он говорил, но этот взгляд навсегда останется в его памяти. Он снится ему почти каждую ночь, отчего Бустаманте просыпается в холодном поту. Вспомнив свои сны, блондин вздрогнул и вышел из астрала, в котором находился, и обратил внимание на Томаса, что-то разглядывающего на страницах учебника.
- И что теперь? – первым подал голос Томас.
- Ничего.
Увидев удивленный взгляд друга, он пояснил:
- Бесполезно, ты разве не видишь? Хочет быть с Луисом – пожалуйста. Пусть будет так.
- Но если…
- Никаких если, Томас, - оборвал его Бустаманте. – Я решил. Не будем больше к этому возвращаться.
Томас так и остался стоять с раскрытым ртом, обескураженный и удивленный.
Когда они только встретились на первом курсе, то сразу нашли общий язык. И неудивительно – дети богатых родителей, у которых вечно не хватает времени на своих чад. Зато денег, в отличие от родительского внимания, просто в избытке, и их полностью хватало, чтобы с лихвой окупить все увлечения богатых наследников и их последствия. Оба были очень привлекательны и даже красивы, остроумны и становились душой абсолютно любой компании. Они вместе клеили девчонок, вместе напивались в барах, вместе прогуливали занятия или сбегали из колледжа. Правда, не во всем их взгляды совпадали. Томас всегда был чуточку взрослее, серьезнее и дальновиднее. Поэтому сейчас, слушая Пабло, он отказывался что-либо понимать.
- Пабло, друг, если ты ее любишь, то должен за нее бороться, разве не так? – предпринял он слабую попытку образумить друга.
- Томас, не лезь, со своими проблемами я разберусь сам, - резко бросил блондин и покинул комнату.
- Да вижу я, как ты сам уже разобрался, Ромео хренов, - проворчал Эскурра уже в пустоту.

- Ты уже знаешь новости? – после разговора с Пабло Томас отправился на поиски Лухан и встретился с ней в коридоре.
- Да, слышала, - как-то без энтузиазма ответила Линарес, - это черт знает что такое. И что теперь делать?
- Не знаю, Лухан, не знаю, но мы обязательно что-нибудь придумаем, - это был или оптимизм, или полнейший самообман.
- Я с ней сама поговорю, - после недолгого молчания произнесла Линарес. – В конце концов, я ее подруга и сумею на нее повлиять.
- Не думаю, - скептически заметил Томас.
- Посмотрим, - задумчиво протянула девушка.


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 20:36 | Сообщение # 6
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
- Как дела с Луисом? – после уроков Лухан и Марисса решили отдохнуть и направились играть в бильярд. Рыжая все время была какая-то рассеянная, никак не могла сконцентрироваться на шарах и кие, поэтому через пару минут партию пришлось прекратить. Несмотря на настрой подруги, Линарес все же решила разведать обстановку.
- Нормально, - буркнула Спиритто.
- А почему тогда такая кислая?
- Кто?
- Ну не я же.
- Да уж, ты последнее время так и светишься, - съязвила Марисса, и ей тут же стало стыдно. В конце концов, Лухан же не виновата, что у нее все так паршиво и с новым парнем ничего не ладится. Вернее, у него-то с ней все ладится, а вот у нее с ним… Короче, полный дурдом. Как обычно.
- Правда? – Линарес пропустила последнюю реплику Мариссы мимо ушей. – Не знаю, не замечала. Так что с Васкесом? По глазам вижу, вы поругались.
- Ничего мы не ругались. Просто… не знаю, Лухан, я ничего не знаю, - Марисса с досады швырнула кий в сторону.
- Марисса, - осторожно начала подруга, - может все же стоит послушать Пабло и …
- Нет! – слишком резко крикнула Спиритто. – Я тебе уже сотню раз говорила. Сколько можно?! Нас с ним ничего не связывает. Он – отвратительный, самовлюбленный, мерзкий эгоист, я его ненавижу! Умоляю, не нужно больше затрагивать тему Пабло Бустаманте. Никогда!
Закончив свою гневную речь, рыжая выбежала из игровой, не забыв при этом со всего размаха хлопнуть дверью.
Лухан в растерянности стояла около все того же бильярдного стола, когда увидела Томаса, сидящего в противоположном конце зала. В ответ на ее взгляд он только хмыкнул и развел руками, как бы говоря, что ее идея «поговорить самой» потерпела полное фиаско.

Начало следующего дня ничего хорошего не предвещало. Скучнейшая математика, нудная экономика, дурацкая литература с Лопе де Вегой, Сервантесом и еще кем-то. Кармен была, как всегда, не в настроении. Но, вопреки ожиданиям, досталось Лассену, а никак не Бустаманте. Злобная мегера без всякого намека на личную жизнь разошлась настолько, что заставила Гвидо написать рецензию на тему «Влияния творчества Сервантеса на мировую литературу»
- Но это значит, что мне придется перечитать все книги этого Сервантеса дурацкого, - заныл несчастный.
- Это же такое удовольствие, Лассен, читать «Дон-Кихота» - довольно протянула Кармен. И уже жестко добавила:
- Садитесь!

- Бедный Гвидо, как он успеет выполнить задание к следующему уроку? – участливо спросила Линарес.
Марисса, Лухан и Лаура сидели в кафетерии после урока. Последняя, естественно, была очень обеспокоена случившемся.
- Я ему помогу, будем сегодня всю ночь заниматься, - самоотверженно ответила Лаура.
- Что? – Марисса аж поперхнулась. – Ты с ума сошла? Заняться нечем?
Лаура бросила на подругу укоряющий взгляд.
- Марисса, это очень серьезно задание, - тоном самой усердной ученицы произнесла она. – Я вообще слабо представляю, как это можно все до завтра успеть. Хуже не придумаешь. Разве что у Бустаманте ситуация еще гаже. И вообще, посмотрела бы я на тебя, если бы твоему любимому парню задали такую работенку. Небось, первая побежала бы ему помогать, наплевав на свои проблемы.
- Ну, если представить… - тут в голове у Мариссы пронеслись картины того, как они с Пабло, сидя вечером в его комнате, пытаются прочесть хоть пару глав книги в перерывах между куда более интересными занятиями... - любимому помогла бы, - мечтательно пропела она, но тут же себя одернула.
- А зачем представлять? – издевательски произнесла Лухан.
Марисса задохнулась от возмущения.
- Да что…
Договорить она не успела - к девочкам подбежал Луис.
- Привет, родная, - он поцеловал до сих пор хлопающую ртом Мариссу. - Что-то случилось?
- Нет, все в порядке, - за подругу ответила Линарес, поскольку та еще с трудом соображала. – Как у тебя дела?
- Отвратительно. Милая, понимаешь, - обратился он к Мариссе, - мне сегодня по статистике задали перелопатить целую гору каких-то статей. Там и вдесятером за сто лет не управится, не то, что одному. Так что у нас с тобой сегодня не получится провести вечер вместе.
- Ничего страшного, дорогой, в другой раз. Статистика важнее.
- Ой, нам с Лухан пора, - спохватилась тактичная Лаура, решившая оставить влюбленных одних.
- Правда? А куда? – Линарес позицию подруги явно не разделяла.
- По делам, - строго произнесла Лаура тоном, не терпящим возражений.
- Иду, иду. Не надо на меня так смотреть. Я просто запамятовала.
Они уже подходили к выходу из кафе, когда Лухан неожиданно обернулась и посмотрела на Мариссу:
- Делай выводы.
- О чем это она? – Луис, естественно, ничего не понял.
- Да так, не обращай внимания, - устало произнесла его половина.

В это время в комнате мальчиков разворачивались нешуточные страсти.
- Твою мать, мне с долгами и до конца тысячелетия не управится! Кармен – старая шизофреничка, - Пабло просто лез на стену от негодования.
- Может, найдем ей мужика? – Гвидо как всегда просто пестрил гениальными идеями.
- Я сам быстрее с долгами расквитаюсь, чем ты найдешь такого дурака.
- А что ты предлагаешь?
- Может, убить ее? Взорвать к чертовой бабушке. А что, - мечтательно протянул Пабло, - узнать точные координаты и с помощью спутника направить ракету на ее дом.
- Ракету? Она всего лишь женщина, - саркастически заметил Гвидо.
- А Усама-бен-Ладен – всего лишь мужчина, зато очень многие бы послали не один десяток ракет к его логову. Гребаная литература! – Пабло в ярости пнул учебник ногой.
- Еще чуть-чуть и ты на людей бросаться начнешь, - «участливо» произнес Томми.
- Томас, блин, какой ты наблюдательный! – съязвил в ответ Пабло. - Лучше бы помог!
- Вон у Гвидо вообще полный капец, но он же не ноет.
- Тоже мне, капец, - фыркнул Пабло, - посмотри вон на мои долги!
- Не буду я на них смотреть, у меня и своих хватает, - хохотнул Томас,- пойдем лучше в бильярд поиграем?
- Придурки, - громогласно объявил Лассен, когда за ребятами закрылась дверь. – У нас с тобой, «Сервантес» есть ровно день, поехали, - тут же добавил он, забираясь с книжкой на кровать.

- Соня, просыпайся, пропустишь все самое интересное.
- Лухан, отстань, дай сон досмотреть! – послышалось неясное бормотание из-под одеяла.
- Марисса, какой сон?! Мы опаздываем на уроки! – тут уже вмешалась Арегги.
- Лаура, отстань, сон важнее.
- Да что такого тебе сниться, что ты так не хочешь вставать?
Марисса лишь сладко улыбнулась.
- Если ты не поднимешь свой зад, я лично приведу твой голубоглазый сон сюда, чтобы ты побыстрее встала. У тебя пять минут на размышления, - пригрозила Линарес и скрылась за дверью.
Марисса открыла один глаз и недоуменно посмотрела на Лауру.
- О чем это она?
- Тебе лучше знать, - как-то загадочно ответила та.
- Ладно, неважно. Сколько времени?
- Без десяти девять.
- Что?! Почему вы меня не разбудили? Опоздаем же! – второй глаз открылся, и Спиритто молниеносно оторвала голову от подушки.
- Дали тебе возможность хоть во сне побыть счастливой.
Марисса ничего не успела ответить, как Лаура продолжила:
- Мне кажется, ты делаешь ошибку. Он действительно славный парень.
- Лаура, и ты туда же? – тоном, не предвещавшим ничего хорошего начала Мари. – Когда уже вы прекратите эти свои штучки?!
- Тогда, когда ты перестанешь пускать слюни при встрече с ним.
И, не дожидаясь ответа подруги, Лаура скрылась за дверью, оставив ее переваривать сказанное.

Отлично, она опять проспала. Как всегда. С такими темпами ее скоро впишут в книгу рекордов Гинесса, как человека, быстрее всех на планете чистящего зубы. И все из-за этого дурацкого сна, который преследует ее вот уже несколько дней подряд. Ладно уж, зачем себя обманывать, совсем даже и не дней. Вернее, сон не один, они всегда разные, но в них ей всегда хорошо и уютно, он рядом, и поэтому просыпаться совсем не хочется…
Марисса застонала. Ну сколько еще это будет продолжаться? Недели, месяцы, годы?
«Попахивает дебилизмом, подружка», - прошептала Спиритто, уставившись в зеркало. Безмятежному выражению лица, оставшемуся в качестве единственного напоминания о чудесном сне, противоречили глаза – большие, болезненно выразительные, чересчур внимательные и слишком темные – два зеркала мечущейся, отчаявшейся, испуганной души. А чертики, отличавшие ее от других, указывая на истинный характер, который был настолько взрывным, что, дав ему волю, она вполне могла прийти к саморазрушению, еще явно дремали.
Предоставив себе поблажку и последний раз вспомнив свой сон, Марисса тряхнула головой, желая сбросить с себя неприятный груз воспоминаний. Словно потакая ее желанию, легкость и беззаботность улетучились, оставив после себя горький привкус разочарования, а на плечи снова взгромоздилось уныние, весело свесив ноги, напоминая тем самым, что обосновалось оно здесь прочно и надолго. Резко ухудшилось настроение, пропало желание кого-либо видеть, что-либо делать и вообще жить. Именно в этот момент, видимо почувствовав одной очень чувствительной точкой, в душевую вошла Мия.
- Боже, ты бы хоть расчесалась, урок через пять минут. Марисса, как можно так не следить за собой? – брезгливо заметила барби.
Рыжая издала какой-то звук, больше похожий на вой.
- Чем же я так провинилась перед тобой, Господи, что ты посылаешь мне с утра пораньше эту накрашенную куклу? Мия, что ты здесь делаешь? Ищешь свою извилину, которую вчера оставила случайно в душе? Думаю, она смылась, пока ты втирала в голову шампунь. Так что подними все папочкины связи, шуруй прямиком в городскую канализацию и посмотри там. Возьми на всякий случай ищеек. Думаю, они найдут ее по запаху. Эдакая смесь Гуччи, Диор и Шанель.
- Боюсь тогда предположить, чем пахнет твоя извилина. Помойным ведром?
- Моя извилина не пахнет, а работает. Ну да откуда тебе знать?
- Послушай, ты, человекообразное существо, я даже без своей извилины в состоянии надеть рубашку так, как нужно, а не шиворот - навыворот.
Действительно, пребывая с утра в эйфории, Марисса ни на что не обращала внимания, поэтому сейчас внимательному взгляду Мии предстали все швы, а также промахи и недочеты работы швеи.
- Слушай, Колуччи, иди от греха подальше, иначе я покрашу твою блондинистую шевелюру краской, у которой в прошлом веке истек срок годности.
- Твоя агрессия ничуть тебя не красит. Уж не знаю, что Луис в тебе нашел, но он вполне может все это потерять, если ты будешь продолжать себя так же вести. Мой тебе совет…
Договорить Мия не успела - Спиритто налетела на ее и, не дав опомниться, выставила за дверь, не забыв при этом запереть ее на замок.
- Что ты делаешь, маразматичка?! Душ, вообще-то общий. Мне нужно завершить свой утренний туалет! – послышалось уже из коридора.
- Расслабься, Мия, тебе все равно от него никакого проку. Даже могила, так сказать, не исправит и даже не подкорректирует. Так что отправляйся на урок пугать одноклассников.
- Что?! Хабалка, да я тебе еще покажу, - с этими словами Колуччи начала тарабанить в дверь, грозя ее выломить и сопровождая свои крики различными эпитетами в адрес Мариссы, чтобы та не дай Бог не забыла, какая она «прекрасная» и « очаровательная».
- Что здесь происходит? – услышала Спиритто противный голос одного из свиты дьявола за дверью. Блас, как всегда, материализовался в самом неудачном месте. – Колуччи, что за странное поведение?
- Блас, - запричитала Мия, заламывая руки, - Марисса, видимо, совсем сошла с ума от своих бредовых идей. Она набросилась на меня, словно дикарка, а потом закрылась в душе. Быть мной – тяжкий труд! Блас, ну сделай же что-нибудь, - ее внешний вид говорил о том, что его хозяйка сейчас потеряет сознание.
- Спиритто, откройте немедленно! – голос Бласа предвещал очередной залет к директору.
Рыжей пришлось нехотя повиноваться.
- Блас, чего тебе? – устало произнесла она, открывая дверь.
- Спиритто, вы забыли, с кем разговариваете? Что вы тут устроили? По какому праву закрываетесь?
- Комната слишком мала для нас с Мией, поэтому, учитывая то, что я пришла сюда первая, покинуть ее должна была Колуччи. Все по справедливости.
- Что?! Да ты в своем уме, что ты несешь? – вопила оскорбленная блондинка.
- Правду, - невозмутимым тоном продолжала Марисса. – Сеньор Эредиа, вы бы задумались по поводу того, что нам нужно как-то расширить места общего пользования. Вот у моей мамы в театре ванна так ванна. Даже душ таких огромных размеров, что там вполне может оттачивать свои танцевальные па труппа балерин.
- Спиритто, - на красной от гнева шее Бласа вполне отчетливо прослеживалась пульсация сонных артерий, - после занятий к директору, ясно? - еле слышно пошипел он.
Она скорее интуитивно догадалась, что он сказал, чем услышала.
- О’кей, доставлюсь в лучшем виде.
- А сейчас на урок, живо!
- Не знаю, как Колуччи, а я привыкла учиться с чистыми зубами, так что извините, мне придется вас покинуть и доделать свой утренний туалет.
С этими словами она развернулась и направилась к раковине.
Эта своего рода утренняя разрядка помогла ей расшевелиться и забыть об отчаянии, которое, казалось, теперь еще больше дрыгает ногами, удобно устроившись у нее на шее. В который раз за утро взглянув на себя в зеркало, она увидела растрепанную девушку, по одному взгляду на которую можно было сказать, что, когда она собиралась, явно витала в облаках: пространный, направленный в пустоту взгляд, изо рта выглядывает зубная щетка, волосы торчат в разные стороны, рубашка застегнута набекрень, галстук она вообще забыла надеть, и он валялся на раковине. Просто красотка! Внезапно вспомнив, где она находится и что, вообще-то, урок уже начался, Марисса чертыхнулась настолько разборчиво, насколько позволяла все та же щетка, умылась и понеслась в класс, на ходу перестегивая пуговицы. Она была настолько увлечена своими мыслями, что абсолютно не разбирала дороги. Внезапно рыжая почувствовала, что на что-то налетела…

Пабло все утро был какой-то задумчивый. Началось все с того, что ему пришлось проснуться в несусветную рань, чтобы списать с Лассена домашнее задание по экономике. Нужно было составить примерный план чего-то там и произвести какие-то расчеты - суть задания Бустаманте так и не понял, зато признал, что Лаура – просто сокровище. Благодаря этой девушке у них появился личный справочник, с которого все можно было списывать в любое время. Когда Пабло покончил с этой тягомотиной, было еще слишком рано, а спать совсем не хотелось, настроение было паршивое, как раз самое время ловить вдохновение. Поэтому он не нашел ничего лучше, кроме как пойти в парк перед колледжем сочинять музыку. Спустя полчаса сын мэра обнаружил, что пальцы сами перебирают струны и играют какую-то мелодию, а он беспрерывно думает о Мариссе: о том, как она разговаривает, как злится, как смеется, как проявляет характер, как она любит Луиса…
- Поздравляю, Бустаманте, вам пора лечится, это смахивает на сумасшествие.
Внезапно зазвонил мобильный.
- Пабло, где тебя черти носят? Через 5 минут экономика.
- Гвидо, не ори. Я уже иду.
- Да где ты был?
- Я сказал, иду, - ответил кудрявый, игнорируя последний вопрос.
Он взглянул на часы и заторопился, потому что и правда очень опаздывал на эту гребаную экономику, а еще нужно было отнести гитару.
На самом деле Пабло очень беспокоился за группу. Через пару дней концерт, а у них совсем нет новых песен. Не плохо было бы что-нибудь придумать, так как выступают они в этот раз в какой-то популярном клубе Буэнос-Айреса, там наверняка будет полно крутых ребят, не хотелось бы ударить в грязь лицом. Музыку он напишет, стоит только еще пару раз поругаться с Мариссой – и шедевр готов. Слова остаются за Мией. Надо еще предупредить Мануэля, что какое-то время ему придется жить без своей куколки, пока та творит. Пабло был так поглощен своими мыслями, что абсолютно не следил за дорогой. Из раздумий его вывел сильный толчок…

- А, это ты, Спиритто. Естественно, кто же еще мог на меня налететь?
- Не очень-то оно доброе, супермен.
- А что такое? – наигранно удивился голубоглазый.
- Оно не очень доброе, потому что сеньорита Спиритто, в отличие от вас, помнит про наказание, обещанное за прогулки по колледжу в ночное время да еще и в неподобающем виде, а также нашу утреннюю встречу, - староста, как всегда появился очень не вовремя.
- Блас, ну я же не виновата, что не привыкла спать в бабушкиных сорочках и предпочитаю что-то более эротичное. И вообще, тебе разве Дунофф не говорил, что засматриваться на учениц, да еще и в пижамах, очень неблагородное занятие?
- Спиритто, вы сейчас договоритесь до нового наказания.
- Да-да, Блас, мы все поняли, а теперь извини, мы опаздываем на урок, - Пабло решил взять инициативу на себя, и потащил Мариссу за рукав.
- Эй, ты что себе позволяешь? – Спиритто остановилась. Она явно была не согласна с Бустаманте в его своевременном решении покинуть поле боя. - Никуда я с тобой не пойду. Тем более, я еще не все сказала этому козлу.
- Ты совсем рехнулась? Ненормальная шизофреничка.
- Пабло, застрелись, а? – презрительно проговорила Спиритто.
- Лучше бы поблагодарила, - он как будто не заметил ее последней реплики.
- Что?! Ты психически нестабилен. Я позвоню в дурдом, тебя там встретят.
- Я так понимаю, ты мне еще и скидочную карту постоянного посетителя предоставишь по старой дружбе?
- Попроси у Серхио, думаю, у него золотая.
- Очень смешная шутка. Я посмеюсь на досуге.
- Рада, что смогла поднять тебе настроение, животное. А теперь дай мне пройти, - она толкнула его, собираясь прошествовать на урок.
- Почему ты так себя ведешь? – совершенно серьезно спросил он.
- Как? – с вызовом проговорила она, и коричневые глаза блеснули.
- Как заядлая феминистка и неуравновешенная особа.
- Уж не ты ли активно пропагандируешь идею о моем сумасшествии в массы?
- Ты не оставляешь мне выбора.
- Выбор всегда есть, Паблитто.
- Меня всегда интересовало, почему мое имя из твоих уст звучит как «самое натуральное говно»?
- Может, не надо глубоко копать, и ответ лежит на поверхности? – язвительно осведомилась она, очередной раз попытавшись пройти.
- Марисса, я уже совершил ошибку. И прекрасно понимаю, что ничего нельзя изменить и исправить.
Она застыла. Резкая смена темы ей совершенно не понравилась. Отпираться и делать вид, что она не понимает, о чем идет речь, было бы крайне глупо.
- Ничего уже нельзя исправить в твоем генетическом коде. Дай пройти, - не желая бередить и без того кровоточащую рану и поднимать ворох никому не нужных воспоминаний, зло проговорила она.
- Нет, - он схватил ее за руку.
- Отпусти меня, - она уже начинала терять контроль.
- Марисса, - проговорил он, смотря ей в глаза, отчего у нее подкосились ноги, и стало трудно дышать. – Нас ждет прорва совместной работы. Обоим будет легче, если мы перестанем ругаться.
Его правота была очевидна. Но Спиритто не была бы сама собой, если бы сдалась без боя.
- И что? Боишься, что я откушу тебе голову, когда мы будем делать доклад по истории?
- Проблема в том, что у тебя не будет времени проявлять свои каннибальские наклонности. Если мы будем продолжать в том же духе, за историю так и не засядем. Хильда разозлится. Тебя и так каждую неделю стабильно исключают.
- Тебя тоже, - улыбка чуть тронула губы Мариссы.
- У меня абонемент в кабинет Гитлера. Наверное, он испытывает удовольствие от систематических встреч с мэром.
- И что ты предлагаешь? – Марисса уступила.
- Временное перемирие, - улыбнулся Пабло.
Слегка подумав, рыжая ответила:
- Согласна, - и улыбнулась в ответ.
Так они простояли бы долго, улыбаясь друг другу, но обнаружили, что они стояли прямо перед окном кабинета*, выходящим в коридор, и практически весь класс во главе с учителем за ними наблюдает. Особенно Лухан и Томас.
Сладкой парочке ничего не оставалось делать, кроме как направится в класс.

- Извините, можно?
- Спиритто, урок начался восемь минут назад, где вы были? - преподаватель экономики был явно не в восторге, что его перебили во время захватывающего рассказа про финансовый кризис в каком захолустье.
«Какая точность», - подумал Пабло.
- Я…эм…забыла в комнате тетрадь с домашним заданием, пришлось вернуться.
- Судя по всему, задание у вас не готово.
- Почему?
- Тетради, за которой вы возвращались, я не вижу.
Тут Марисса поняла, какую глупость сморозила. Она действительно так неслась на урок, что абсолютно не подумала про всякую муть типа учебника или конспекта.
- Ах, понимаете, в последнее время я стала такая рассеянная. Его ведь взяла с собой Лухан, а я совсем про это забыла.
Линарес демонстративно помахала перед носом преподавателя какой-то тетрадкой. Тот только вздохнул.
- А вы, Бустаманте, судя по всему, помогали Спиритто в поисках тетради, да?
- Нет.
- И где же вы были?
- У себя в комнате.
- И что же вас там задержало? Тоже не могли найти тетрадь?
- Нет, просто не рассчитал время.
- Как бы вы его, интересно, рассчитали, если у вас полнейшая неуспеваемость по моему предмету?
- Как, и по вашему тоже? – Пабло явно был несколько обескуражен.
- Как я рад, что за время нашего столь долгого совместного общения я еще сохранил способность вас удивлять. Садитесь, оба. И чтобы это было в последний раз. На мой предмет ученики не опаздывают. По крайней мере те, кто рассчитывает сдать экзамен. Да, и, кстати, прошу вас, решайте все свои амурные дела до звонка. Договорились?
- Что? Какие дела? Вы о чем? – Марисса как раз собиралась сесть, но потом резко передумала.
- Спиритто, по-моему, я довольно четко излагаю свои мысли.
- Нет, вы не поняли, мы действительно… - тут настала очередь Пабло вмешаться.
- Я все прекрасно понял. В следующий раз положите тетрадь на видное место, чтобы не искать ее по вашим комнатам, - оборвал преподаватель.
- Да что вы… - Марисса была возмущена до глубины души. А по Пабло просто метал гром и молнии.
- Хорошо, профессор, они больше не будут, точно, - Гвидо решил, что с ним лучше не спорить. В конце концов, он был не так далек от истины.
- Где ты был? – шёпотом спросил Томас Пабло, как только тот плюхнулся на стул.
- В комнате.
- Что вы с Мариссой делали в комнате? – так же шепотом поинтересовался Лассен.
- Да не с Мариссой я был! Мы встретились с ней в коридоре.
- Мы видели эту вашу встречу. Вы так мило ворковали, прямо как…
- Гвидо, заткнись, ты меня задрал.
- А что ты там так долго делал? - Томас решил не обращать внимания на намеки Лассена. - И вообще, когда мы проснулись, тебя не было, - встрял Гвидо.
- Гулял и сочинял новую песню.
- Ну, благо вдохновения у тебя предостаточно, - веселился Лассен.
В это время «вдохновение» подвергалось допросу Лухан примерно такого же содержания.
- Ты была с суперменом?
- Нет, ты разве не знаешь, что наш препод по экономике всегда несет чушь?
- А где тогда?
- Лухан, ну где я могла быть?! В душе. Если ты не забыла, я проспала, и у меня просто не хватило бы времени дойти до комнаты Пабло, не говоря уже о том, чтобы там с ним целоваться.
«А жаль», - подумала, вздохнув, Лухан.
Репетиция группы была назначена на сегодняшний вечер. Проблем с разрешениями на выход не возникло – мэр был уверен, что у его сынули очередное свидание с очередной длинноногой девицей, Соня потакала дочери во всем, особенно если речь шла о группе, Франко безоговорочно доверял Мануэлю, поэтому разрешение подписал еще пару недель назад. Даже для барби отец сделал исключение, и она все-таки была отпущена на квартиру Бустаманте. Проблемы возникли совершенно неожиданно, причем у того, кто меньше всего этого ожидал.
Марисса уже минут пятнадцать стоила в холле и ждала Мию, которая никак не могла решить, какой цвет в этот день ей больше подходит. Она уже решила подняться и популярно объяснить блондинке все интересующие ее вопросы, когда неожиданно, словно из-под земли, перед ней предстал ее молодой человек, о котором она совершенно забыла.
- Привет, милая. Как дела?
- Здравствуй, Луис. Все нормально.
- Кажется, ты куда-то собираешься? – не очень дружелюбно поинтересовался он.
- Да, у нас сегодня репетиция, - бросила она, мысленно умоляя Мию спуститься побыстрее, одновременно удивляясь своей реакции.
- И надолго ты уходишь? – допрос с пристрастием продолжался.
- Не знаю, как получится. На носу выступление, так что нужно все довести до совершенства.
- Почему ты меня не предупредила? Я строил планы на этот вечер, - слишком агрессивно бросил Васкес.
- Прости, дорогой, – почему-то последнее слово далось ей слишком сложно, - совсем забыла. Я тоже очень бы хотела провести с тобой время, но сегодня, видимо, никак не получится, - она изо всех сил старалась сохранять самообладание, хотя больше всего на свете она мечтала выбить этому зеленоглазому красавцу парочку зубов.
- Может, ты все-таки постараешься слинять оттуда пораньше? – небрежно поинтересовался Луис.
- Это совершенно невозможно. Ты меня слышишь? У нас концерт скоро. А у нас уговор - перед выступлениями репетируем при любом удобном случае.
- Но ведь ради меня можно сделать исключение и поступиться принципами, - ехидная улыбка «озарила» его лицо, и он провел рукой по ее щеке.
Она отшатнулась.
Его прикосновения вдруг стали резко неприятны.
- Так как? – продолжал он настаивать.
- Луис, - Марисса начала повышать голос, - не говори ерунды. Встретимся с тобой завтра.
- Да сколько можно?! В последнее время ты вечно решаешь какие-то проблемы, а на меня времени у тебя нет! – взорвался парень.
- Прекрати нести чушь. Мне хватает и Сони, поэтому твой бред я слушать не намерена. И вообще, вместо того, чтобы на меня орать, лучше бы помог своей девушке в решении ее проблем, - осадила парня рыжая.
- Да как я могу это сделать, если ты меня не подпускаешь близко? Как? – возмутился тот. -У тебя словно барьер какой-то стоит, и как только я пытаюсь его разрушить, ты убегаешь. Да для тебя какая-то группа важнее собственного парня!
- Что значит какая-то?!! – вот тут Марисса уже не выдержала. Замахнуться на святое! После всех пережитых неприятностей, группа стала для нее всем. Музыка хотя бы на время отвлекала ее от грустных переживаний и неприятных мыслей, давая надежду на светлое будущее без потерь и невзгод. После расставания с Пабло Марисса чувствовала себя спокойной и счастливой только на сцене.
- Думай, о чем говоришь! Что за глупые истерики, как у невменяемой мадемуазели перед месячными?! Как насчет включить, наконец, мозг и попробовать вести себя адекватно? Было бы очень кстати!
- Не смей со мной так говорить, - Луис схватил ее за запястье и притянул к себе. В глазах блеснул недобрый огонек.
На секунду она испугалась. Но только на секунду.
- Отвали, - Марисса оттолкнула его. - Что ты ко мне пристал?!
- Ой, больно надо мне к тебе приставать! Репетиция у нее, надо же, какая важная особа! Как будто разговариваю, по меньшей мере, с членом Rolling Stones. Все, иди давай, а то опоздаешь.
- Сам вали отсюда, нытик и параноик! И как меня вообще угораздило с тобой связаться?!
- Это меня угораздило. Но ты не волнуйся, я исправлюсь, - зло процедил Луис.
- Да пошел ты в задницу, тупой кретин!
- Дура. Марисса. Ты просто набитая дура!
Метнув напоследок гневный взгляд на Мариссу, он зашагал мужское крыло. «Как же она иногда меня выводит!»


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 21:51 | Сообщение # 7
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
- Придурок, идиот, вонючий кретин!! – Марисса уже минут десять наматывала круги по холлу. Поведение Луиса ее откровенно бесило. Но больше всего ее раздражало то, что она совсем не понимала, что его спровоцировало. Неужели Луис прав и она действительно все свое время уделяет всему подряд, только не своему парню? Да что за бред? Конечно нет! Просто так совпало, что навалилась куча проблем, еще выступление и эти бесконечные отработки двоек по разным предметам. Потом эта несчастная история. Она еще даже не садилась писать злосчастный доклад про Колумба. Пабло, наверняка, тоже. И как все успеть? А тут еще Васкес со своими необоснованными претензиями. И что с ним случилось? Вроде бы он был такой милый. Или ей только так казалось? Внезапно она осознала, что только что в первый раз назвала своего парня по фамилии.
-Кто провинился на этот раз? Опять Пабло? – грациозно спускаясь по ступенькам, спросила негласная королева колледжа.
- Где тебя черти носят, барби? Я тебя жду уже целую вечность!
- Прости, совсем замоталась и не уследила за временем, - сказала Колуччи, смотря на свое отражение в маленьком изящном зеркале.
- И зачем тебе только глаза? Чтобы красить? О предназначении твоей головы я вообще молчу. Тот, кто сможет ответить на этот вопрос, получит Нобелевскую премию, - огрызнулась Спиритто.
- У тебя что-то случилось? – неожиданно спокойно и даже ласково спросила Мия, убирая зеркало в сумочку. Хотя, это больше звучало как утверждение.
Марисса сперва опешила, но потом довольно быстро взяла себя в руки.
- Да, ты случилась. Надоело вечно тебя ждать, - срывая свой гнев на Мие, рявкнула Мари.
- Не хочешь – не говори, - равнодушно хмыкнула блондинка, хотя глаза ее выражали некоторое беспокойство. - Ладно, нам действительно пора бежать, если не хотим, чтобы мальчики разозлились.
- Единственная твоя разумная мысль за последние пару месяцев. Пойдем, такси уже ждет.

По дороге они умудрились попасть в пробку, потому что какой-то придурок пытался повернуть в неположенном месте. В результате образовался конгломерат из нескольких машин, который пытались объехать более удачливые водители. В результате девчонки опоздали более чем на два часа. Но парни их не убили и даже не разозлились. Они были поглощены новой песней, вернее мелодией, которую Пабло придумал сегодня утром в парке.
- Старик, это действительно шедевр. Если звук еще чуть-чуть обработать и подредактировать, получится вообще конфетка!
- Мануэль, ты меня захвалишь. Не боишься, что мое самомнение раздуется до небес? - пошутил Пабло.
- Чтобы это предотвратить, есть я, - девочки зашли в квартиру как раз на последних словах блондина. Марисса сразу же кинулась в атаку.
- Даже не сомневался, - отозвался тот. - Мне казалось, мы подписали мирный договор?
- Прости, просто мне теперь нечем занять свободное время, а я терпеть не могу ничегонеделание, - съязвила Спиритто.
- Ну кто бы мог подумать? – совершил Пабло ответный выпад. – Ты открываешься для меня все с новой и новой стороны.
- Временное перемирие? – бровь Мии взметнулась вверх. Она совершенно не обращала внимания на вновь начавшуюся перепалку. – Мне казалось, что единственный вопрос, не вызывающий у вас споров – это дизайн траурных венков.
На первый взгляд Мия была права. А если постараться, можно было назвать еще как минимум одну общую тему, в которой они с Пабло были едины, но время, место и характеры как-то не предрасполагали, поэтому Марисса лишь окинула блондинку недовольным взглядом, но от комментариев воздержалась.
- Ребята, вы лучше послушайте, какую музыку Пабло сочинил. – Мануэлю сейчас вообще было на все наплевать – так он был поглощен новой песней. - Я ее немного обработаю, и фурор на выступлении нам обеспечен. Правда, любовь моя, ты должна положить на музыку слова, - это уже относилось только к Мие. – Но я не знаю, каким они должны быть. Что-то необычное и красивое…
- Мануэль, хватит разводить демагогии, давайте лучше послушаем то, что ты усиленно нам пиаришь, - оборвала Марисса словесный поток восторгов. На самом деле ей не терпелось услышать, что же такого мог насочинять супермен. Ничего особенно выдающегося она не ожидала и была приятно удивлена. Мелодия и вправду была безумно красивая и какая-то еще, чему Спиритто никак не могла дать название. Да, перед Мией стала сложная задача не испортить музыку каким-нибудь банальными словами типа «я одна вдоль сквера кружу, и в него невольно вхожу», о чем она тут же сообщила блондинке.
- Но Марисса, песня же про любовь, это очевидно.
- Ничего там очевидного нет. Это пока просто мелодия. Никакой смысловой нагрузки она не несет.
- Ошибаешься, она несет гораздо больше нагрузки, чем все слова вместе взятые, - Мия явно была потрясена талантом Бустаманте, - Пабло, а может, не будем сочинять слова, чтобы не испортить? Мне кажется, и так просто чудесно.
- Но мы ведь никогда ничего подобно не исполняли. Думаю, ты все же переоцениваешь мой талант или недооцениваешь свой.
- Колуччи, ты боишься не справиться? – Марисса, в принципе, была солидарна с Мией, но признать это было выше ее достоинства.
- Нет, не боюсь. Хорошо, - миролюбиво предложила она, - давайте так: если у меня получится не испортить музыку банальщиной, мы ее поем. Если нет, Пабло просто сыграет ее на гитаре и все.
- Ну, тогда мы можем совсем ее не исполнять. Чего ради мне на сцене одному торчать?
- Нет, ты что?! – с жаром запротестовала блондинка, - эта песня должна быть представлена широкой публике. Пусть они тоже получат удовольствие.
- Действительно, Паблитто, доставь удовольствие своим поклонницам.
- Спиритто, ревность – плохое чувство.
- Не дождешься, супермен. – И она резко переменила тему. -
- Отлично, барби поняла задание. Будем надеяться, она с ним справится. А теперь давайте прогоним остальной репертуар, у нас и так мало времени осталось. Так, Мануэль, в этой песне ты должен вступать вторым, а не первым, как предполагалось, потому что….
И понеслось.
На самом деле рыжая не сомневалась в том, что Колуччи с поставленной задачей справится, но только вот признать это было сложно даже самой себе, не то, что окружающим.

В колледж они вернулись довольно поздно уставшие и изможденные. Сегодняшняя репетиция вымотала всех без исключения. У Пабло болели пальцы от безостановочной игры на гитаре, у Мануэля - вообще все тело, потому что он умудрился поскользнуться и упасть на ступеньках в квартире блондина, у Мариссы ужасно ныла спина от многочасового сидения на табуретке. Лишь Мия, с головой ушедшая в придумывание стихов, не обращала внимания на состояние своего организма. Разошлись по комнатам, не прощаясь – усталость была настолько сильной, что даже говорить что-то было не под силу.
Коснувшись кровати, трое счастливчиков сразу же отключились. Четвертому повезло меньше.
- Пабло, ну наконец-то. Ты чего так долго? – друзья встретили его в полной боевой готовности и с диким желанием услышать подробный отчет о репетиции.
- Отстаньте, я ужасно устал. Поговорим завтра, - отмахнулся Бустаманте и завалился на кровать, подобрав под голову руки.
- Хорошо-хорошо. Но все-таки не могу не отметить, что, несмотря на усталость, ты выглядишь довольным, - подколол друга Томас.
- Ребятам понравилась музыка, которую я сегодня сочинил, - сейчас Пабло напоминал чеширского кота.
- Сыграй, а? – взмолился Эскурра.
- Я правда слишком устал, давай потом.
- Ну уж нет. Мы тут тебя несколько часов прождали. Я уже не знал, чем себя занять – в библиотеке интересующих меня книг нет, экономику я выучил еще вчера, а лаборатория оказалась закрыта, поэтому химию пришлось перенести на завтра. Так что ты просто обязан мне отплатить.
- Гвидо, ночью к нам залетали инопланетяне и сделали тебе пересадку мозгов? – искренне удивился Пабло, и ребята дружно засмеялись.
- Я не дам тебе заснуть, учти! – пригрозил Лассен.
- Вы и мертвого уговорите, - проговорил, все еще смеясь, Пабло, направляясь за гитарой.
На них песня произвела не меньшее впечатление, чем на участников группы.
- Это - как минимум – новый хит, - Томас был просто в восторге.
- А как максимум? – хохотнул Пабло.
- Любовь девушки, которой это все посвящено.
- Это просто музыка, никому она не посвящена, - блондин быстро убрал гитару в чехол.
- Разве? – Гвидо был солидарен с Томасом.
- Да, - сказал Пабло, не глядя на друзей, - все, я сплю.
Он разделся, лег на кровать и демонстративно отвернулся от товарищей.
Парни многозначительно переглянулись.
- Кстати, Томас, ты знаешь, что Кармен на следующей неделе собирается устроить тест по всему пройденному материалу – проверить, как мы его усвоили? – зашептал довольно громко Гвидо.
- Что?!! Она обалдела?! Ты уверен? – Эскурра чуть не подавился соком, который спер в столовой.
- Да, абсолютно. Я думал, все уже знают.
- Нет, ты первый, от кого я слышу такую ценную информацию, - скривился Томас.
- А я был уверен, что и Марисса тоже в курсе, она была сегодня такая злая.
- Злая?
- Ну да. Она так кричала на Луиса сегодня вечером, что я просто испугался. Думал, она разозлилась, когда узнала про задание Кармен. Странно. Неужели просто ссора?
- Ссора? С чего ты взял? – Эскурра оторвал голову от подушки.
- Томас, они так орали, ты себе не представляешь, - Гвидо картинно заломил руки. - Она назвала его нытиком и параноиком и послала ко всем чертям.
Томас, воспользовавшись тем, что Пабло лежит спиной к ним, встал с кровати и тихо подошел к Лассену.
- Что ты творишь? – зашептал он ему на ухо, - спасибо, конечно, что ты нам помогаешь, но не переигрывай! И не надо придумывать всякие небылицы.
- Я ничего и не придумываю. Правда, видел своими глазами, - зашептал в ответ Лассен.
- Да ну?
- А я тебе о чем, - Гвидо пихнул Томаса в сторону его кровати, жестом призывая его занять исходное положение.
- Ну, надо же, какой кошмар, - Эскурра благополучно добрался до койки и уже вещал оттуда нормальным голосом.
- И не говори. Сам в шоке. Смотри-ка, похоже, Пабло действительно очень устал. Уже спит, - Гвидо подмигнул Томасу, - давай тоже ложиться, завтра рано вставать.
А Пабло еще пару часов никак не мог уснуть.

- Пабло, Пабло! Эй, супермен, пора вставать. Открывай глазки.
- Ммммм, отвали, Томас.
- Я не Томас, Слава Богу.
Где-то рядом послышалось недовольное сопение Эскурры.
- А кто ты? – гениальный вопрос.
- Твой самый большой кошмар, - не менее гениальный ответ.
- У меня их нет, отстань. Я сплю.
- Они у каждого есть, у тебя особенно. Давай, чудовище, отрывай свою блондинистую голову от подушки.
- Марисса, если хочешь добиться результата, надо быть понежнее, - промямлил Гвидо слащавым голосом. – Мы хотим спать, разбирайтесь быстрее.
- Марисса?!!!!! – сон Пабло как рукой сняло. – Что ты здесь делаешь?
- Бужу тебя, - невозмутимо ответила самая большая фантазия мэрского отпрыска.
- Это я уже понял. Зачем? – За одну секунду он оторвался от подушки и впилился в нее взглядом клинического олигофрена.
- Ох, так и знала, что ты забудешь все на свете, – ехидно заметила рыжая. - У нас сегодня доклад по истории. Хотелось бы увидеть твою часть этого недоразумения, как договаривались.
- Так дело только в Хильде? - разочарованно протянул Лассен и осекся, потому что наткнулся на две пары недоумевающих глаз. – Что? Сами разбирайтесь, - и, отмахнувшись, отвернулся к стене.
- Не обращай внимания, он после того, как начал встречаться с Лаурой, думает только о ней, а она все остальное серого вещества у него не хватает. Сейчас, подожди, я найду этот чертов доклад.
- Хорошо, жду тебя в кафе через 5 минут.
Как только Марисса скрылась за дверью, Пабло заметался по комнате как сумасшедший.
- Гвидо, ты не видел мой доклад по истории?
- А ты его вообще сделал? – послышался сонный голос.
- Конечно, еще позавчера. Там такая стопка листов, между прочим внушительная. Неужели не видел?
- Пабло отвали, дай поспать.
- Какой спать, идиот! – Бустаманте со всей силы затряс Лассена, и тот чуть не упал с кровати. – Помогай давай!
От его воплей проснулись Томас и Рокко.
- Достали, придурки. Семь утра – не самое подходящее время, чтобы говорить о Хильде и ее предмете, - Фуэнтес Эчагуа явно был недоволен.
- Тебя забыли спросить, - гаркнул Гвидо, - спи дальше, и пусть тебе приснится парикмахер.
- Эй ты, безмозглый, прикуси-ка свой не в меру распустившийся язык, а!
- Как ты меня назвал?!!
Их спор заглушил победный крик Бустаманте
- НАШЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЛ!!!!!!!!!
- Поздравляю, Ромео, теперь мы можем поспать? – осведомился Рокко.
- Да делайте вы все, что хотите, - великодушно разрешил Пабло, скача на одной ноге и пытаясь натянуть штанину на вторую.
- У меня друзья – идиоты, - недовольно пробурчал Эскурра, за что тут же получил чем-то по голове.
- Я ушел, - успел выкрикнуть Пабло прежде, чем скрылся за дверью.
- Интересно, сумасшествие передается по воздуху? – пробурчал Рокко, переворачиваясь на другой бок и пряча голову под подушкой.
- Слышишь, ты, мечта стилиста, заткнись и спи! - гаркнул Лассен.
- Видимо, все же передается, - ответил Фуэнтес.
Гвидо хотел что-то ответить, но Томас его опередил:
- Нет, он не идиот и не сумасшедший. Он просто влюблен.
- Боже, что же будет с нами, когда они все-таки помирятся? – вопрос Гвидо повис в воздухе, потому что соседи по комнате уже спали.

Бустаманте был в кафе меньше, чем через пять минут.
- Супермен, признайся, у тебя есть пропеллер?
Увидев его недоуменный взгляд, ей пришлось пояснить:
- Я едва успела заказать себе сок, как ты уже здесь.
- Будем считать это моей особенностью, договорились? – и он лучезарно улыбнулся. Она не сдержалась и тоже улыбнулась в ответ.
- Ну, где там твой доклад?
- Вот он, - и Пабло плюхнул на стол стопку изрядно помятых листов.
- Боже, что ты с ним делал? Неужели нельзя было поаккуратнее?
- Ничего, что бы тебе не понравилось, - парировал блондин. - К тому же, какая разница, как они выглядят? Нам все равно нужно только рассказать.
- В этом-то и проблема, - буркнула Марисса, рассматривая работу Пабло.
- А где твоя часть? – опомнился Бустаманте.
- Вот она, - рыжая протянула ему пару тройку листов, которые выглядели ничуть не лучше. Он засмеялся
- И ты еще мне что-то говорила? Тебе не стыдно? – беззлобно возмутился он.
- Нет, а что с ними не так? – наигранно удивилась она.
- Ты неисправима.
- А меня надо исправлять? – спросила Марисса, глядя в доклад и перебирая листы.
- Честно?
- Уж будь любезен, - не отрывая взгляда от листов, буркнула она.
- Я бы оставил все, как есть.
Марисса подняла голову и столкнулась с Пабло взглядом. «Ну почему он так дьявольски хорош?» - успело пронестись у нее в голове, прежде чем время остановилось, а она как будто выпала из реальности. Все вокруг затуманилось, расплылось, и только Пабло Марисса видела удивительно ясно и четко. Его голубые глаза, в которых уже начала растворяться, так и манили рыжую. Ну, о каком Луисе может идти речь, если у нее по-прежнему перехватывает дыхание от одной лишь его улыбки, а когда он дотрагивается до ее руки, внутри каждый раз взрывается цепочка крошечных фейерверков?
Она могла бы просидеть в таком положении еще лет сто, но, как известно, всему когда-нибудь приходит конец. Иногда довольно нелепый.
- Марисса, нам надо поговорить! – заявил с порога входящий в кафе Луис.
Мари вздрогнула, выходя из транса. «Принесла нелегкая».
- Нет, я занята. Тем более, вчера мы наговорились на сотню лет вперед, - холодно произнесла она. Пабло слегка расслабился.
- Мари, милая, прости меня, не знаю, что на меня нашло. Я переборщил, но и ты тоже была неправа, согласись, - ответил он, косясь на Пабло.
Васкес выглядел настолько несчастным, что она решила не спорить с ним. Тем более ужасно хотелось побыстрее закончить этот разговор и отправить его восвояси.
- Луис, мы поговорим с тобой потом, я сейчас очень занята, - угрюмо произнесла она.
- Мари…
- Ты не слышал, что тебе сказала девушка? Иди отсюда, – вышел из себя Пабло. Он, понятное дело, тоже был ужасно зол на Васкеса за его несвоевременное появление.
- Если кому-то из нас и надо уйти, так это тебе. Тебя разве родители не учили хорошим манерам? – ответный выпад.
- Тебя они вообще, судя по всему, ничему не учили.
- Хватит! – Мариссе уже порядком надоел этот цирк. К тому же настроение было изрядно подпорчено. – Луис, у меня через час история, мне надо подготовиться.
- Наш разговор не займет много времени, обещаю.
- Я же сказала, нет. У тебя плохо со слухом?
- Просто выслушай меня, и я от тебя отстану, клянусь. Я уложусь в пару минут, - он умоляюще сложил руки и попытался одарить ее как можно более жалостливым взглядом.
Смог ли Луис растопить сердце самой бесшабашной девушки колледжа, или просто сказалось нежелание Мариссы спорить в это утро – неизвестно, но она сдалась.
- Хорошо, но только ненадолго. Пабло, прочти пока мою часть доклада, а я вернусь через пару минут, - и она вышла из-за стола.
Пабло проводил их недовольным взглядом и пообещал себе убить Луиса при первой же возможности. Естественно, ни через пять, ни через десять, ни даже через сорок минут Марисса не явилась. Да Пабло и не ждал. Он забрал оба доклада и направился в класс. Ее часть он даже не удосужился просмотреть. Просто сидел за партой, уставившись в одну точку. О том, где сейчас его любимая девушка и чем она занимается, он предпочитал не думать. Ребята уже стекались в кабинет – до урока оставалось совсем недолго.
- А где Марисса? – из раздумий его вывел веселый голос Томаса. – Вы же, вроде, собирались историю читать.
- Понятия не имею, где она шляется, - рявкнул Пабло.
- Ничего не понял. Она не придет? А как же доклад?
- Вот он, - Пабло кивнул на кучу смятых листов, валявшихся на парте.
- Уф, - облегченно вздохнул Эскурра, - значит, она его все-таки сделала.
- Как видишь.
- А почему ты такой недовольный? Там полный бред? Или она тему перепутала?
- Не знаю, я его даже не смотрел, - монотонно ответил Пабло.
- Совсем ничего не понимаю.
- Томас, будь другом, отвали от меня, а? – огрызнулся Бустаманте.
- Хорошо, извини, - Эскурра лишь развел руками, но предпочел больше не лезть к другу с расспросами.
Марисса зашла в класс одной из последних. Как ни силился Пабло, по ее выражению лица он не смог понять, чем же в итоге закончился их с Луисом разговор.
- Итак, начнем урок, - Хильда вошла последняя и закрыла дверь. – Если мне не изменяет память, сегодня Спиритто и Бустаманте должны нас порадовать, не так ли? – спросила она, глядя поверх очков.
- Хоть бы раз память тебе изменила, - чуть слышно пробормотал голубоглазый.
- Не стесняйтесь, выходите к доске, - продолжала учительница, не услышав реплику ученика.
Он нехотя поднялся, сунул Мариссе ее доклад и пошел к столу преподавателя. Она последовала за ним.
- Ну что ж, кто начнет?
- Пабло начнет, - выпалила Марисса.
- Да? Я думал, ты, - издевательски пропел Пабло. – Мы же договаривались, ты забыла? – картинно удивился он, решив отомстить ей за хорошенько испорченное утро.
- Да? Договорились? Ну, эм, могу и я. Просто я думала уступить тебе первенство, как мужчине…
- Ты опять начинаешь? – зло проговорил он в ответ.
- Даже не думала, - поспешно ретировалась девушка. - Так вот, Колумб…
Монолог Мариссы продолжался около пяти минут, после чего инициативу перехватил Пабло и вещал еще какое-то время. Дальше начались проблемы. Оказалось, что ребята перепутали, кто должен был рассказывать про жизнь самого Колумба, а кто – непосредственное открытие Америки. Короче, информации про сам континент не было.
- Отлично, Бустаманте, ты просто гений истории, - Марисса «закусила удила» и понеслась.
- Ой-ой-ой, кто бы говорил! – огрызнулся он.
- Мы же договаривались, что ты делаешь часть про эту фигову Америку.
- Ни о чем таком мы не договаривались, у тебя уже все перепуталось в твоей дырявой голове!
- Ну, ты мог хотя бы посмотреть, о чем моя половина доклада? – негодовала она.
- Меньше надо шляться со всякими извращенцами перед уроком, сама бы знала, о чем я написал!
- Ты беспокоишься за мою безопасность?
- Нет, я беспокоюсь за извращенцев.
- Моя личная жизнь и то, с кем я сплю, тебя не касается, - холодно отчеканила Марисса, к своему удивлению обнаружив, что пытается вызвать ревность блондина.
Лицо Пабло окаменело, губы сжались.
- Очень даже касается! – было видно: еще чуть-чуть и он озвереет окончательно.
- Это с какой стати?
- С такой, что мне из-за тебя грозит двойка! И вообще, если бы мы вместе делали этот дурацкий доклад, то ничего бы не упустили. Это была твоя абсолютно идиотская идея разделить его на части. Вот и наслаждайся результатом, истеричка! – Пабло в гневе швырнул листы на первую парту, но не рассчитал, они взметнулись вверх и рассыпались, словно салют, равномерно покрывая пол.
- Что вы себе позволяете? Вы на уроке, молодые люди, - Хильда еле сумела вставить хоть слово в их диалог. – Прошу вас занять свои места. Надеюсь, в следующий раз вы все же порадуете нас увлекательной историей про открытие Америки. Сядьте, я сказала – тоном, не терпящим возражений, заявила Хильда, уловив попытку сладкой парочки продолжить дискуссию.
«Везунчики» поплелись на каждый на свое место. Плюхнувшись на стулья, они тут же отключились от происходящего. Очнулись оба лишь тогда, когда Хильда в пятый раз повторяла вопрос, адресованный Бустаманте про какую-то войну.
- Эм, - ответа тот явно не знал, - ну…
- Бустаманте, судя по вашему красноречивому ответу, к уроку вы не готовы?
- Нет, готов, - забеспокоился блондин. Две двойки за один урок истории – перебор. Он и так умудрился не схлопотать за месяц ни одной тройки по английскому, и теперь мэр ему должен. Двойки по истории автоматически аннулируют внушительную прибавку на его кредитке. – Мне просто нужно собраться с мыслями.
- Собраться с мыслями все же гораздо проще, когда они есть, - поделилась Марисса своими наблюдениями.
- А ты-то откуда знаешь? – последовал немедленный ответ.
Итак, началось. Как начиналось всегда, когда они встречались. Это уже вошло в традицию. Они вели себя, точно два фехтовальщика, постоянно нащупывая слабые места в обороне противника и ловко парируя слова и выпады друг друга. Это был замкнутый круг, и только разве что чудо могло его разорвать.
- Я понимаю, несчастный, ты не в курсе, но вообще-то у людей в голове не вакуум, а мозги. Как бы тебе объяснить? – Марисса принялась непринужденно накручивать на палец огненную прядь. - Это то, в чем мы превосходим обезьян. Хотя, чем больше я смотрю на тебя, тем больше верю Дарвину. Тебе, кстати, ветер по ночам спать не мешает?
- Что? Какой ветер? – на автопилоте спросил Пабло.
- Который у тебя в голове завывает.
- Милая, - сладко проворковал Бустаманте, - мы же только что выяснили - у меня там вакуум, а в вакууме, как известно, ветров не бывает. Или твое серое вещество не способно хранить информацию дольше пяти секунд? Тебя, кстати, даже мозг не спасает – немногим отличаешься от макаки.
«Опять двадцать пять», - подумал Томас.
«Детский сад с психическими отклонениями», - пронеслось в голове у Лухан.
«Дайте им яду!» - Гвидо решал проблемы радикально.
- Знаешь, я наивно полагала, что с возрастом ты все же станешь умнее и дойдешь на пике своего умственного развития аж до уровня приматов, но я ошиблась. Ты абсолютный имбицил. Три раза подбросили в детстве и ни одного не поймали. Хотя это даже к лучшему, - произнесла она, отвернувшись от него, - мэру некому будет завещать по наследству свой пост и, возможно, Буэнос-Айрес все же ждет светлое будущее и он выберется из того дерьма, в котором находится. Справедливость восторжествует.
- А ты у нас Немезида что ли? Спустилась на Землю в образе съехавшей с катушек от собственной никчемности истерички и теперь караешь всех и вся? Справедливость восторжествует только тогда, когда ты приведешь в порядок ту помойку, которую гордо носишь на плечах, и начнешь адекватно реагировать на мир, - Пабло просто пылал от гнева. Горечь оттого, что его надежды и мечты разрушились, словно карточный домик, обида за ее сегодняшний поступок требовали от него ответной реакции, которая проявлялась в виде оскорблений, льющихся из него потоками. Определенно, в это утро он находился в состоянии неконтролируемого буйства. Единственное, чего он желал в этот момент – причинить ей хотя бы сотую часть той боли, которая жгла его изнутри.
Мари немедленно обернулась на дерзкую реплику. Шоколадные глаза метали молнии, без тени страха встречая гневный взгляд Пабло, который напоминал кого угодно, но только не человека.
- Адекватно реагировать на мир я начну только тогда, когда тебя упекут в зоопарк, недоделанный родственник шимпанзе.
- Ах, как дьявольски остроумно! Непременно посмеюсь на досуге, - лицо Бустаманте исказила гримаса злобы.
- Никак не могу понять, почему некоторые девушки от тебя без ума и так и вешаются тебе на шею?
- А мне казалось, в прошлом году ты нашла ответ на этот вопрос, - этот ровный, какой-то убийственно спокойный голос произвел впечатление разорвавшейся бомбы.
Атмосфера в комнате накалилась до предела, воздух вокруг Мариссы и Пабло чуть ли не потрескивал от напряжения.
- Тебе казалось, - процедила она, увидев его довольную физиономию. – У меня иммунитет на таких, как ты, сладкий.
- А может, нам стоит попробовать еще раз? Бог любит троицу, в третий раз у нас точно все получится, - небрежно привалившись к парте и скрестив ноги, Бустаманте выбрал из своей коллекции самую обаятельную и самоуверенную улыбку. Он был ужасно привлекателен сейчас, но еще больше ее бесило то, что он это знал и ловко этим пользовался. Единственное, что Марисса хотела сделать, это почувствовать его крепкие, нежные объятия, ощутить кожей его ровное дыхание и сладкий вкус таких желанных губ. Но это было невозможно. Собрав волю в кулак, она заставила себя оторвать взгляд от созерцания этой привлекательной заразы и раздраженно произнесла:
- Скорее в аду снег выпадет.
- Ну же, соглашайся, - ласково произнес блондин, приближаясь к ней, - голову даю на отсечение – тебе понравится, - двусмысленность его слов не оставляла сомнений.
Марисса следила за каждым его действием словно кошка, готовая к прыжку. Ей было хорошо известно, как сильно его близость действует на ее рассудок, поэтому расслабляться не собиралась. Но все же, когда их разделяла какая-то жалкая пара сантиметров, рыжей стало трудно дышать, она почувствовала, что окончательно утратила способность двигаться, сопротивляться. Взгляд его голубых глаз, казавшихся сейчас темно-синими, притягивал словно магнит. Разозлившись на себя за подобную реакцию, а на него за то, что он был способен ее вызвать, Марисса решила действовать его же методами. Сократив расстояние, разделяющее их разгоряченные тела, до нескольких миллиметров, и слегка коснувшись его груди, она выдохнула ему в губы:
- Расслабься, дорогой, ты меня совершенно не возбуждаешь.
Теперь пришел черед Пабло терять над собой контроль. Одного ее взгляда было достаточно, чтобы он забыл все на свете, а это ее легкое касание подействовало лучше, чем целая стопка журналов для взрослых. Его взгляд затуманился, руки так и норовили притянуть ее к себе, а губы просто мечтали преодолеть это ничтожное расстояние.
- Ты испытываешь извращенное наслаждение, отказывая мне, не так ли? – справившись с собой, выговорил он, и в голосе послышался знакомый сарказм.
- Ради этого я и живу.
- Неужели я настолько тебе неприятен? – шутливый тон, в котором он вдруг стал вести разговор, выводил ее из себя.
- Мощь твоей дедукции просто захватывает дух.
- Ну, в таком случае, удовлетвори мое любопытство: какие же парни тебя возбуждают?
- Мужчины, Бустаманте, меня возбуждают настоящие мужчины. Тебе до таких далеко.
- Ах, да, я и забыл, что Луис у нас тестостероновый король.
Хитрая улыбка чуть тронула ее губы.
- Неужели ты ревнуешь, супермен?
- Если кто-то и ревнует, то явно не я. По крайней мере, не я пару месяцев назад подкинул твоей пассии в сок слабительное.
- Оно предназначалось тебе, просто я перепутала бокалы. Но, скрывать не буду, эта как там ее…
- Консуэлла, - подсказал блондин.
- Да, именно она, мне никогда не нравилась. Слишком глупа и напыщенна. Видимо, к тебе тянет исключительно таких.
- Да уж, на напыщенных дур, мне, знаешь ли, очень везет, - Пабло выразительно на нее посмотрел.
Намек был чересчур явный.
- Все, Бустаманте, отвали от меня, ты достал!
- Я даже не начинал! Вечно тебе моя персона покоя не дает. Недостаток воспитания очевиден. Вот всякое говно и прет!
- Что, прости?
- Говно, говорю, из тебе лезет, - тоном для умственно-отсталых повторил он. – Хорошо, хоть выходит.
- Да, действительно хорошо. Потому, что в тебе вот засело глубоко и основательно. В этом огромная разница между нами.
- Все, теперь ты меня достала! – он потерял остатки самообладания и уже готов был накинуться на нее чуть ли не с кулаками, лишь бы она замолчала. Томас еле его удержал.
- Ненормальный маразматик! Тебя мэр так учит общаться с девушками?!
- Покажи мне здесь девушку! Я что-то не вижу, где она? – издевался Пабло.
- Ублюдок!
- Идиотка!
- Выродок!
- Истеричка!
- Шизик! Как же я тебя ненавижу!
- Взаимно! Психопатка! Боже, нам ведь просто надо было сделать совместную работу! Ты даже этого не можешь! Ненормальная неврастеничка! Да по тебе лечебница плачет. Белая рубашка будет выгодно оттенять твои рыжие волосы. Уникальный экспонат! Студенты выучат наизусть дорогу к твоей палате, только бы увидеть экземпляр, вобравший все существующие психические расстройства! Совсем не умеешь держать себя в руках и вести в приличном обществе!!
- На себя-то посмотри, мечта психотерапевта! Что, с Лолой расстался, так теперь сперматоксикоз замучил? Не надо было принимать скоропалительных и необдуманных решений. И вообще, прекрати на меня орать!
- Не прекращу! У меня из-за тебя проблемы. У тебя талант устраивать их себе и всем вокруг за компанию, чтобы было веселее!
- Причем здесь я? Я же не виновата, что у блохи мозгов больше, чем у тебя.
- Еще раз повторяю, если бы не твоя дурацкая идея, сделали бы эту фигню как надо!
- Так было лучше для нас обоих, неужели не ясно?! Мы переругались бы еще на первой фразе!!! Нам вообще нельзя находиться в одной комнате, - Марисса незаметно для самой себя перешла на жуткий крик.
- Дьявол! Да откуда ты это берешь? Вбила себе в голову черт знает что! - Пабло от нее не отставал. - Это невозможно! Ты чертовски упрямая особа. Как с тобой разговаривать, если ты веришь в ту чушь, которую несешь? Раньше могла со мной находиться рядом, а теперь нет?!
- Могла, а теперь не могу, Пабло, понимаешь, не могу!!!! – Было очевидно, что она взвинчена до предела и вот-вот перестанет себя контролировать. - Это выше моих сил! Я уже сто раз тебе объясняла!
Дальше продолжать этот разговор было просто невозможно. Она развернулась и вылетела из кабинета. Пабло не растерялся и последовал за ней.
Только сейчас оставшиеся ученики заметили, что Хильды в кабинете нет. Судя по всему давно. Все расслабились окончательно, и гул голосов заполнил аудиторию. Ужасно хотелось обсудить случившееся.
- Томас, что делать теперь? Очередной залет к директору? – зашептала Лухан через парту.
- Похоже на то. Понятия не имею, что делать, но не думаю, что надо сильно волноваться.
- А если отчисление?
- О чем ты? – равнодушно произнес Эскурра. – Соня тут же примчится со всей своей труппой, а Серхио притащит весь свой штаб, и они возьмут если не качеством, то количеством уж точно. А наказание им явно не страшно – они уже испытали на себе всю фантазию и Гителра, и Бласа.
- Да этим двоим сам черт не страшен, - взволнованно проговорила Лухан.
- Иногда я думаю, что он сам их боится, - Томми сделал попытку пошутить. – Ладно, давай попробуем поговорить со старухой после урока, может, удастся ее отговорить жаловаться Дуноффу?
- И что мы ей скажем?
- Не знаю, экспромт у меня всегда получался лучше.
- Это и пугает.


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 21:52 | Сообщение # 8
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
Выбежав из кабинета, Марисса рванула, не разбирая дороги. Она была на взводе, ее мозг отказывался контролировать действия, а в голове пульсировала только одна-единственная мысль – скорее скрыться и никогда больше не видеть Пабло Бустаманте. Никогда. И как же ее угораздило так вляпаться?
Она уже была на лестнице, ведущей в крыло девочек, когда кто-то схватил ее за руку. Ей не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто это. Она и так чувствовала его даже затылком.
- Ты можешь хоть раз меня выслушать?! Один-единственный раз! Больше не прошу! Можешь?!! Конечно, можешь, - ответил он сам себе, - просто боишься!
- Ничего подобного! Ты слишком много на себя берешь, Бустаманте! Спустись с небес на грешную землю.
- Неужели человек не может совершить ошибку?
- Может.
- Тогда…
- Лично я отношусь к той категории людей, которые учатся на своих ошибках и больше подобных не допускают. Чего и тебе советую.
- Да, Луис – яркий тому пример,- саркастически заметил Пабло.
- На что ты намекаешь?
- Я не намекаю, я говорю прямо.
- Прекрати лезть не в свое дело. Это моя личная жизнь, и уж кого-кого, а тебя она касается меньше всего. Отчитываться я не собираюсь.
- Это я уже слышал. Марисса, - уже спокойно проговорил он, - мы же всего час назад общались нормально. Зачем ты все рушишь?
- Я?!! Я рушу? Бустаманте, единственным из нас, кто все разрушил, был ты. Так что я учусь у лучших. Отпусти, мне надо идти, - она сделала слабую попытку освободиться из сладкого плена.
- Тебе некуда торопиться, мы сейчас должны быть на уроке, с которого очень эффектно удалились, если ты помнишь, - Пабло лишь сильнее впился ей в руку. – Марисса, - голос Пабло звучал хрипло от переполнявших его чувств – ты же помнишь, как нам было хорошо вместе, как мы любили друг друга, как мечтали о будущем. Лично я вспоминаю об этом постоянно. Никак, никак, черт возьми, не могу выкинуть этого из головы. Ты нужна мне.
Ей померещилось или сейчас перед ней стоял тот нежный и заботливый Пабло, которого она когда-то любила? Ее Пабло. Нет, это всего лишь фантазии. Отголоски прошлого, желания, которые так и не воплотились в жизнь. Она не может себе позволить дать трещину и пустить в свое сердце этот мираж. Ничего, кроме боли, он не принесет. Это она знала слишком хорошо.
- У меня дела, отвали, - Марисса попыталась вырваться из его цепких лап, но безрезультатно. - Если тебе так хочется, возвращайся к Хильде, думаю, она будет счастлива дослушать столь ценную подборку информации по истории до конца.
Марисса собралась с силами последний раз, резко выдернула руку и бросилась бежать. Не только для того, чтобы вовремя исчезнуть с арены боевых действий, но и потому, что стремилась как можно быстрее освободиться от власти завораживающих глаз Пабло, от его мягкого, такого убедительного голоса, от его соблазнительных намеков и от собственной опасной восприимчивости ко всему этому.
Когда вдали замаячила дверь ее комнаты, она облегченно вздохнула, подумав, что опасность миновала. Однако сегодня был явно не ее день. Она уже собиралась открыть такую нужную сейчас дверь, как Пабло схватил ее и прижал к стене.
- Мы не договорили, - выдохнул он прямо ей в губы.
- Нам не о чем разговаривать, - прошептала она в ответ.
- Я так не думаю, - решительно заявил он.
Он был близко, слишком близко, чтобы соображать здраво. Но она все еще надеялась на благоприятный для себя исход, пока не посмотрела ему в глаза. Его теплый и нежный взгляд был просто невыносим. Еще чуть-чуть и она потеряет последние остатки разума. Надо срочно что-то делать. Только вот что? Концентрироваться на чем-либо, кроме его губ, становилось с каждой секундой все сложнее и сложнее. Собрав всю волю в кулак, Марисса попыталась освободиться. Естественно, успехом это не увенчалось. Тогда она предприняла последнюю попытку, а именно - попыталась воззвать к голосу разума:
- Пабло, ну что ты делаешь? – отчаянно произнесла она. – Это крайне глупо. Пара тройка лишних поцелуев ничего не изменит в наших отношениях. Так зачем все это?
- Тебе никогда не говорили, что ты слишком много болтаешь?
- Уверена, что ты говорил, - почувствовав себя зверем, загнанным в клетку, беспомощно проговорила она.
Продолжать разговор Пабло явно не собирался. Он уже забыл, что обещал себе больше никогда к ней не подходить и оставить их с Луисом в покое, что поклялся ненавидеть ее или хотя бы игнорировать. Он вообще обо всем забывал рядом с ней. Это и пугало, и завораживало одновременно. Только с ней он чувствовал себя по настоящему живым и свободным. Это чувство проникало под кожу, разливалось по венам, проникало в мозг, доводя его до крайней степени сумасшествия. Ему безумно нравилось в ней все, даже то, как она гордо вскидывала вверх подбородок, чтобы низвергнуть на него очередную порцию изощренных ругательств.
Так уж сложилось, что они сошлись на платформе обоюдного антагонизма, что, вопреки всем логическим канонам и правилам, ужасно влекло и возбуждало. Они без конца спорили и вечно ругались, терзая друг друга каждый день – но вот парадокс - каждодневные стычки доставляли обоим ни с чем не соизмеримое удовольствие. Систематический выброс адреналина, который с бешеной скоростью порождали их горячие тела. Правда, в данный момент на первый план вышли совсем другие гормоны.
Пабло потянулся к ее губам. Он уже практически достиг своей цели, как она вдруг повторила:
- Зачем ты все это делаешь?
Ее вопрос немного отрезвил его и заставил вернуться к реальности.
- В смысле? – он непонимающе на нее посмотрел.
Взгляд его, от которого у рыжей внутри стало горячо, как в печке, проникал сквозь ее броню прямо в сердце, мгновенно разрушая барьеры, воздвигавшиеся с таким трудом, и превращал их в жалкие руины.
- В прямом. Зачем тебе все это нужно? Зачем стоять здесь со мной, когда мы имеем все шансы наткнуться на старосту и потешить его самолюбие парой тройкой наказаний, зачем постоянно выводить меня из равновесия, зачем целовать? Мне казалось, мы все выяснили - у меня есть молодой человек, а между мной и тобой все давно кончено. Так зачем ты все это делаешь? – казалось, что в данный момент она принимает решение, которое полностью зависит от того, что он сейчас скажет.
Пабло думал всего лишь секунду.
- Затем, что я люблю тебя.
Глаза Мариссы расширились от удивления, но ответить она не успела. Ее накрыла волна ни с чем не сравнимого наслаждения, потому что Пабло, наконец, перестал обращать внимания на ее болтовню. Сначала поцелуй был едва уловимым и легким, почти невесомым. Но потом он начал быстро набирать силу, от былой нежности не осталось и следа. Их захватила самая настоящая страсть. Они буквально впивались друг в друга, стараясь забрать себе как можно больше, словно чувствуя, что такого момента может больше не предвидеться. Даже когда воздуха стало отчаянно не хватать и оба почувствовали, что задыхаются, даже тогда они не нашли в себе силы разомкнуть объятия и отстраниться друг от друга. Время и пространство перестали существовать, стерлись из памяти как совершенно ненужная сейчас материя. Все проблемы, еще недавно казавшиеся такими неразрешимыми, потеряли свою значимость и престали играть хоть какую-то роль. Пабло забыл, кто такой Луис Васкес, а Марисса даже не вспоминала о том, что блондин обязательно разобьет ей сердце при первом же удобном случае. Никто уже не осознавал, что они враги, не помнил, почему началась эта нестерпимая вражда и кто в силах ее закончить. Сейчас они имели право быть эгоистами и не думать ни о чем…
Наконец объятия немного ослабли, дыхание восстановилось, и Марисса взглянула Пабло в глаза.
- Пабло…
Договорить она не успела. Помешали. Вот и не верь после этого в то, что слова имеют способность материализоваться.
- Спиритто? Бустаманте? Что вы здесь делаете? Если мне не изменяет память, вы должны быть на истории.
Пабло нехотя разжал объятия, которые все еще сжимали девушку, и посмотрел на ухмыляющегося Эредиа. Если бы взгляд мог убить, староста был бы уже жалкой горсткой пепла.
- Да, Блас, она тебе не изменяет, - Марисса не знала, радоваться ей или нет подоспевшему «спасению» в виде самого активного из свиты дьявола.
- И что же вы тогда здесь делаете? Особенно меня интересует отговорка Бустаманте, который очень вольготно чувствует себя на женской половине.
- Есть смысл оправдываться? – устало спросил Пабло.
- Вы же знаете, что нет, Бустаманте, - довольным тоном проговорил «всеобщий любимчик». Жду вас в конце дня в учительской. Теперь можете смело рассчитывать на два наказания.
- Очень щедро с вашей стороны, - Марисса решила, что радоваться, все же, особенно нечему.
Блас лишь победно улыбнулся и скрылся за поворотом.
- Все, достиг своей цели? Теперь это чудовище на нас оторвется, - Марисса по-прежнему была в ловушке между дверью и блондином.
- Можно подумать, только я один в этом виноват.
- Конечно, только ты. Какого черта ты поперся за мной? Да еще и прижал к стене?
- По-моему, ты была не особо против, - не сдавался Пабло.
- Откуда ты знаешь? Экстрасенсом заделался?
- Почему ты опять выпустила свои колючки?
- Я их никуда и не убирала. Все, супермен, ты мне надоел. Давай, вали отсюда, - она изо всех сил оттолкнула его от себя.
- Вали?! Это ты мне говоришь?! Да что с тобой такое? Ты нормальная вообще? – взвыл от безысходности несчастный.
- Если мне не изменяет память, - рыжая прищурила глаза, - ты на каждом углу орешь, что я сумасшедшая. К чему такие вопросы?
- Прекрати дерзить!
- А чего ты ожидал? Признался мне в любви, я уши развесила и кинулась в твои объятия? Да катись ты со своей любовью знаешь куда? Ловелас хренов. Совсем недавно с Лолой встречался, а теперь меня любишь? Или у тебя привязанности по дням недели расписаны?
- Дура, там и расписывать нечего. Везде одна ты! Ничего нормально делать не могу, все время о тебе одной лишь думаю. И с Лолой встречался только чтобы тебя забыть, да без толку все это. Неужели ты ничего не видишь дальше своего носа?
- Не говори ерунды. Я все равно не поверю. Побереги эти сказки для других девиц.
- Какая же ты упрямая! Вокруг столько отличных девушек, а меня угораздило влюбиться в самую несносную!
- Может тебе еще и посочувствовать? Бедненький Паблитто. Как ему не повезло!
- Прекрати паясничать, ненормальная. Тебе нечего мне сказать?
- Тебе пора идти, супермен, - холодно отчеканила она.
- И это все?
- Да, все, - и Марисса хлопнула дверью прямо перед его носом.

До конца дня ни Пабло, ни Марисса на уроки не возвращались. Ужасно не хотелось отвечать на глупые вопросы одноклассников по поводу их выходки и ловить на себе их удивленные взгляды. Оба корили себя за несдержанность и слабость, особенно голубоглазый, получивший отставку во второй раз за столь короткий промежуток времени. Но неуклонно приближалось время, когда они должны были явиться к Бласу, чтобы получить свое наказание или наказания. И чем ближе становился этот момент, тем больше нервничал Пабло, и тем беспокойнее была Марисса. Единственным желанием обоих было забраться куда-нибудь подальше от цивилизации, чтобы никого не видеть, и не показываться в ближайшие лет сто. Но ему не суждено было сбыться.
- Привет, ты как? – Томас тихо вошел в комнату и попытался начать разговор как можно более осторожно.
- А как ты думаешь? – нехотя ответил блондин.
- Хреново.
- Угадал, - горько усмехнулся главный красавчик колледжа.
- Да ладно тебе, Пабло, чего так расстраиваться? Все равно мало кто понял, что произошло.
- Но ты-то, конечно, готов выдвинуть мне целую теорию по поводу моего поведения с Марисссой Пиа Спиритто? Чтобы тебе было легче мне ее рассказывать, поделюсь с тобой одной новостью – я ей прямо сказал, что люблю. Второй раз. Эффект, как ты понимаешь, отсутствует. Правда, на сей раз я, к счастью, был избавлен от того, чтобы слушать про их с Васкесом личное счастье.
- Понятно, - протянул Эскурра.
Что надо говорить в подобной ситуации, брюнет не представлял. В это время в комнату зашел Лассен.
- Эй, друг, это было просто незабываемо, лучшая история в моей жизни! Впервые Хильда не знала, что сказать. Почаще бы так. А почему вы с Мариссой не появились на остальных уроках? Представляю, что бы вы там устроили… Между прочим, Рената просто рвала и метала… - Гвидо еще и дальше собирался распинаться по поводу того, какой классный сегодня выдался денек, но Томас незаметно пнул его ногой. – Пабло, ты чего такой грустный? Что случилось?
- Марисса, - одними губами выговорил Томас так, чтобы Бустаманте не видел.
- И что? – Лассен явно не собрался быть сегодня тактичным. – Она же поругалась с Луисом, теперь у вас все должно быть просто в шоколаде.
- Блин, Гвидо, может, вы ставки начнете делать, как скоро мы с Мариссой помиримся?!
Выбегать из комнаты, хлопая от ярости дверью, уже прочно вошло в стандартный ритуал Пабло Бустаманте за последние дни. Гвидо и Томас остались вдвоем.
- Кстати, Томас, мне как раз нужны деньги…

- Ты можешь мне объяснить, из-за чего весь сыр-бор?
- Я с Луисом помирилась, - отстраненно сказала Спиритто.
- Что? – казалось, эта новость просто огорошила Лухан.
- Ты прекрасно слышала, что я сказала, - буркнула та в ответ.
- Зачем?
- Что «зачем»?
- Ты прекрасно меня поняла, - парировала Лухан.
- Я так решила, - так же безучастно ответила подруга.
- И ты уверена?
- Лухан, что за глупости? Конечно, я уверена! Он мой парень, и я его люблю.
- Еще вчера ты в этом сомневалась.
- А теперь не сомневаюсь. И вообще, к чему этот допрос? Ты не рада за меня?
- Я буду рада только тогда, когда пойму, что ты счастлива.
- Я счастлива.
- Ну, значит я рада.
- Звучит неубедительно.
- Могу тебе ответить то же самое.

В восемь часов вечера около учительской стояли двое учеников в предвкушении своего наказания. Вечер обещал быть веселым. Ну, по крайней мере, занимательным. В адекватности Бласа все уже давно разочаровались, на прошлой неделе в прачечной прорвало трубу, поэтому там было полно нестиранных носков и грязного постельного белья. Помножив одно на другое, получалась довольно «радужная» перспектива.
Пабло пришел чуть раньше назначенного времени. Не то, чтобы он жаждал поскорей приступить к выполнению задания, но он ужасно устал от бесцельного хождения по территории колледжа несколько часов кряду. Поэтому он уже полчаса сидел на подоконнике перед дверью кабинета, тупо уставившись в окно. Спустя некоторое время к нему подгребла Марисса. Она тоже устала сидеть в комнате под испытывающими взглядами подружек, и не нашла ничего лучше, кроме как отправится к Бласу. Теперь оба были ужасно злы на себя за столь опрометчивое решение. Но покидать поле боя было бы ужасно глупо, а за этот день они и так уже совершили достаточно необдуманных поступков. Поэтому они молчали и попросту делали вид, что не замечают друг друга. Пабло продолжал пялиться в окно, а Марисса считала узоры на обоях. Обстановка становилась все напряженнее, так что единственным спасением в данной ситуации был бы приход Бласа. Хотя, спасение довольно сомнительное. Но он все не шел.
- И долго нам еще здесь сидеть? У меня вообще-то планы, - первой рискнула заговорить Марисса, дойдя в своих подсчетах до 60-ти штук.
- Думаю, ему глубоко наплевать на твои планы, так что придется тебе их отложить, - скептически заметил Пабло, не отрываясь от созерцания оконной рамы.
- И не подумаю. С какой это стати? Он опаздывает уже на полчаса, - возмутилась Мари.
- Староста не опаздывает, Спиритто, староста задерживается, - Блас опять появился из ниоткуда. – Пройдемте в кабинет, - удивительно вежливо проговорил он.
Ученики устало побрели за ним.
- Итак, - Блас победно улыбнулся, а его довольное выражение лица не предвещало ничего хорошего, – сеньора Акоста сообщила мне о сегодняшнем инциденте на уроке истории.
При этих словах Марисса почувствовала, что краснеет, и быстро отвернулась, надеясь, что Пабло не заметил. Беспокойство было абсолютно беспочвенным, потому что блондин чересчур внимательно разглядывал пол у себя под ногами.
- Мы с ней посовещались, - продолжал Блас, - и вот ваше задание, - он махнул рукой на стол, заваленный всякими учебниками и энциклопедиями.
- Что это? – еле выдавила из себя Марисса.
- Задание, сеньорита Спиритто. Доклад вы так и не сделали, но великодушная сеньора Хильда не стала ставить вам двойки, а дала еще один шанс. Итак, здесь масса информации как про самого…эээ…
- Колумба, - подсказал Пабло.
- Да, Колумба, ну и про все остальное, что вам там надо. Короче, сами разберетесь.
- Да тут же прорва материала! – Спиритто сделала слабую попытку возмутиться.
- И что? – высокомерно произнес староста. - У вас предостаточно времени. Сегодня вы сидите здесь до десяти вечера. К следующему уроку доклад должен быть закончен.
- Но просто невозможно перечитать такой объем. Их штук десять и они все по… - Пабло открыл первую попавшуюся книгу, - …восемьсот страниц???!!!
- Бустаманте, не волнуйтесь, от вас требуется только самое главное. Приступайте, приду – проверю, - и Блас скрылся за дверью, не забыв продемонстрировать свой великолепный оскал.
Пабло оглядел всю панораму грустным взглядом, открыл какую-то книгу и тут же ее закрыл. Марисса тем временем метнулась к двери.
- Чертов козел! Он нас закрыл!
Пабло лишь вздохнул.
- Сейчас, - сказал он, глядя на часы, - шесть часов. Судя по всему, нам тут четыре часа тусоваться. Да, ничего хорошего от совместной работы с тобой ждать не приходится.
- Вот только не надо строить из себя невольного мученика. Ты виноват не меньше меня, - рыжая сразу же кинулась в наступление. – Даже больше.
- Тебе никогда не говорили, что ты выглядишь гораздо умнее, когда молчишь? –монотонно поинтересовался блондин. Спокойствие его было явно напускным, словно окаменевший подбородок и холодный блеск в глазах выдавали крайнее возмущение.
- Ты вообще на умного не похож, так что заткнись, супермен.
- Сама заткнись, шизофреничка. Хочу напомнить тебе, если бы ты не шлялась непонятно где…
- Пабло, - оборвала его Марисса, - мы это уже проходили. Хватит.
- Тогда сама не начинай этот разговор, и я не буду упоминать Луиса.
- А чем он тебе так не угодил? Тем, что он гораздо умнее, красивее и успешнее тебя? Никак не можешь смириться, что кто-то тебя в чем-то обставил?
- Нет, мне на это наплевать, - равнодушно бросил Бустаманте.
- Тогда в чем же дело, дорогой Паблитто? – ехидно пропела Марисса.
«В том, что с ним встречается девушка, которую я люблю», - подумал Пабло, но он скорее позволил бы отрезать себе руку, чем произнести это вслух. Разозлившись на себя за непонятно откуда взявшуюся трусость и упрямство, Пабло молча плюхнулся на стул и открыл первый попавшийся учебник.
Марисса подождала для порядка ответного выпада, но так и не дождавшись, лишь хмыкнула и последовала примеру Бустаманте, убеждаясь в том, что ее догадка верна. Пабло просто бесит, что Луис победил. И любовь здесь совершенно не при чем. Бросив напоследок гневный взгляд на своего оппонента, рыжая погрузилась в чтение.
Четыре часа пролетели, вопреки ожиданиям, незаметно. Оказалось, информации более чем предостаточно, поэтому опасения обоих по поводу того, как же им придется общаться, сошли на нет. Бросать друг на друга многозначительные взгляды было некогда, не то, что разговаривать. Поэтому они очень удивились, услышав скрип ключей в замочной скважине.
- Завтра жду вас в это время, - довольно протянул Эредиа.

Когда Марисса зашла в комнату, Лухан просто забросала ее вопросами о больной фантазии Бласа и наказании, которая она могла сотворить.
- Мне придется несколько часов читать историю в замкнутом пространстве, да еще и в компании Бустаманте.
- Правда? Это же замечательно! – вырвалось у Линарес.
- Да ну? Может, поделишься, что же тут такого замечательного? – проворчала Спиритто.
- Я хотела сказать, - осеклась Лухан, - что могло быть гораздо хуже, например, протирать пыль со всех книг в библиотеке. Могу тебе с уверенностью сказать, что Мануэля до сих пор передергивает, когда он мимо стеллажей проходит.
- Лухан! Очнись! Я. С Пабло. Четыре часа подряд. В замкнутом помещении, – членораздельно произнесла Марисса. – Чуешь, чем это пахнет?
- А чего ты боишься? - подала голос до сих пор хранившая молчание Лаура. Она сидела в противоположном углу комнаты и что-то усердно строчила.
- Ничего, - Марисса явно не догоняла, к чему клонит проницательная подруга.
- Разве?
- А чего мне бояться? Хотя нет, боюсь не выдержать и размозжить голову супермена обо что-нибудь твердое, чтобы наслаждаться видом растекающихся мозгов. Если, конечно, они у него есть. У меня на этот счет есть некоторые сомнения.
- А может, ты боишься, что твоя стальная броня не выдержит и наконец-то даст трещину?
- Э, прости? – Марисса отложила в сторону подушки, из которых собиралась сделать удобное ложе.
Арегги оставила эту реплику без ответа.
- Лаура! – настойчиво повторила Марисса.
Та продолжала что-то писать в блокноте с невозмутимым видом. Рыжая, естественно, взбесилась.
- Что за манера изъясняться загадками или не договаривать? Может, попросить Гитлера ввести нам курс риторики и красноречия?
- Попроси, если хочешь, - безразличным тоном заявила Лаура.
- Да что происходит?!
- Ты действительно помирилась с Луисом? – раздражение, с которым был задан вопрос, немного выбили рыжую из колеи.
- Да, а что тебя так удивляет?
- Он мне не нравится, - безапелляционно заявила подруга.
- Да??? И давно?
- Никогда не нравился, если честно, хмыкнула блондинка.
- Что ж ты молчала? – удивилась Марисса.
- Не хотела тебя расстраивать. Ты выглядела очень счастливой.
- А сейчас не выгляжу?
- Нет.
- Лаура, что за бред ты несешь? Я ничего не понимаю!
- Тогда не вижу смысла продолжать беседу, - Лаура, наконец, психанула и вышла из комнаты.
- Что с ней? – недоумению Мариссы не было предела.
- Не знаю. Правда не знаю,- добавила Лухан, увидев недоверчивый взгляд рыжей.

Лаура ворвалась в комнату своего парня, как ураган, сшибая все на своем пути. Этим всем и оказался ее бедный молодой человек. Она так заехала дверью ему по носу, что чуть не сломала.
- Милый, прости, я случайно! Тебе очень больно? - она тут же подлетела к стонущему парню, пытаясь хоть чем-то ему помочь.
- Нет, дорогая, все нормально. Аай, не трогай, умоляю, - Гвидо отвел ее руку в сторону. - Сейчас все пройдет.
- Я принесу лед, - забеспокоилась Лаура.
Поскольку с замороженной водой в школе была напряженка, пришлось довольствоваться мокрым полотенцем. Арегги носилась вокруг Гвидо, словно наседка, поэтому через каких-то полчаса он был в полном порядке. Как раз к этому времени в комнату подгребли остальные обитатели.
- Что случилось, куда ты так неслась? – спросил Лассен, убедившись, что орган обоняния в целости и сохранности.
- К тебе. Я поругалась с Мариссой.
- Что ты сделала? – не понял он.
- Ну, мы немного повздорили, и я ушла, - робко пояснила Лаура.
- Отлично! И как вы умудрились?
- Это все из-за Луиса.
При упоминании этого имени Пабло напрягся.
- А что с ним не так? – осторожно начал Лассен.
- Да не нравится он мне. Вот, собственно, и все. Тогда я совершенно не понимаю ее поведения, - Лаура опять начала расходиться. Она уже не сидела на кровати около своего любимого, а нервно расхаживала по комнате, размахивая руками и напрочь забыв, где она находится. – Хотя, думаю, мы поторопились. А я ведь предупреждала вас. Это изначально была гиблая затея. Не понимаю, почему Лухан этого не понимает. Если она так в него вцепилась, значит он ей небезразличен? Наверняка, это так, - поток несвязанных между собой мыслей лился рекой.
- Лаурита, подожди…- Гвидо попытался успокоить девушку, схватив ее за запястье. Тщетно. Она лишь выдернула руку и продолжила свои бесцельные хождения.
- Нет, я серьезно. Все, хватит, пора заканчивать. Пока она не поймет сама, это бессмысленно, ей Богу бессмысленно. Понимаешь?
- О чем она говорит? – шепотом поинтересовался Пабло у Томаса.
- Не знаю, - соврал тот, - может, переучилась?
Бустаманте с сочувствием посмотрел на нее.
- Нет, Гвидо, если Луис ей так сильно запал в душу, то ради Бога, пусть будет с ним. В конце концов, он очень даже ничего. Главное, чтобы ей было хорошо. А ей хорошо с ним. Зачем ее отговаривать?
- Э, милая, давай мы с тобой пойдем погуляем, ты заодно и успокоишься, - Гвидо сопровождал каждое свое слово легким подталкиванием девушки к двери.
- Нет, все-таки Луис для нее идеальный вариант, - не успокаивалась Лаура, разговаривая сама с собой.
- Пойдем, пойдем, - и Гвидо уволок свою ненаглядную в коридор, оставив озадаченных парней в одиночестве.
- Я что-то не понял, - первым очнулся супермен, - она приходила сюда, чтобы рассказать, какой Васкес шикарный мужчина? Она издевается? Может, ее Спиритто подослала?
- Да делать ей нечего, я тебя умоляю! – Эскурра пытался придать своему голосу как можно больше уверенности.
- А что тогда это было? У тебя есть разумное объяснение? – не успокаивался блондин.
- Придет Гвидо и все нам расскажет, - Томас переложил эту сложную задачу целиком на плечи Лассена.
- Бред, бред, бред. В этом колледже твориться сплошной бред, дурдом какой-то, а не учебное заведение!
- Неужели в этом храме знаний опять что-то стряслось? – в комнату зашел Рокко. В отличие от соседей, настроение у него было превосходное.
- Тебя здесь только не хватало, - приветствовал Фуэнтеса Пабло. - Ничего у нас не случилось, не считая того, что учителя вышедшие из ума изверги, староста – неадекватный придурок, которого пора лечить транквилизаторами, а ученики контужены на всю голову. Ужас, вокруг одни дебилы!!
- Рад, что тебе не потребовалось и четырех лет, чтобы это понять. Хотя, должен признаться, я потратил на это куда меньше времени, - бросил Рокко.
- Томас, я сейчас прибью этого кретина, - Бустаманте сжал кулаки.
Эскурра поспешил на помощь Рокко, изо всех сил сдерживая не в меру разбушевавшегося красавца.
- Эй, не надо меня защищать. Я сам прекрасно справлюсь, - рокер потуги Томаса явно не одобрил. – К тому же, сомневаюсь, что это ходячее недоразумение сможет нанести существенный урон вообще чему-либо. Пабло, надо быть спокойнее. У тебя и так проблемы, если ты еще на людей бросаться начнешь, рискуешь остаться в одиночестве до конца дней своих.
- Что?!! Что ты сказал, урод?! – блондин брыкался изо всех сил, но хватка Томми была сильнее. Пабло был в такой ярости, что от него вполне можно было прикуривать.
- У тебя еще и со слухом проблемы? – не успокаивался парень Вико.
- Рокко, мать твою, что ты творишь? Не видишь, он сегодня неадекватный? – Томас был просто взбешен поведением обоих парней. – Что вы раскудахтались, как наседки? Ведите себя прилично. Пабло, пойдем отсюда!
- Никуда я не пойду, - он еще не потерял весь свой запал и теперь изо всех сил пытался вырваться из цепкий объятий друга.
- Пойдем, я сказал!! – рявкнул Томас, выталкивая непутевого товарища за дверь.

Вечер близился к концу, ученики уже как полчаса должны были мирно посапывать в своих кроватках, наслаждаясь лучезарными снами. Это в идеале. На самом же деле мало кто прислушивался к этому правилу, но сегодня колледж словно вымер. На радость старосте в коридорах было тихо, как на кладбище, ни один студент не показывал носа из своей комнаты. Причины столь непонятного поведения учеников были не вполне ясны, но никто их особо не искал. Поэтому гулкие шаги двух студентов четвертого курса эхом раздавались по всему мужскому крылу.
- Черт, Томас, куда мы идем?
- К выходу, разве не понятно?
- И куда ты собираешься направиться потом?
- Тебя необходимо выгулять, иначе слова Рокко окажутся пророческими, и ты начнешь на людей бросаться.
- Во-первых, я не собака, а во-вторых, не упоминай при мне имя этого ушлёпка.
- Хорошо, не буду. Так, тихо, надо незаметно выбраться из этого рая на земле.
- Ну, тебе в этом равных нет. Или ты только с Линарес такой лихой?
Несмотря на то, что в голосе Пабло слышалась явная издевка, Томми стойко проигнорировал замечание.
- Томас, а куда мы все-таки едем? – сидя в такси несколькими минутами позже, блондин решил узнать конечный пункт их путешествия.
- В бар, пить.


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 21:53 | Сообщение # 9
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
Это было самое отвратительное утро, которое только можно себе представить. С утра лил дождь, Соль что-то орала про магнитные бури и их неблагоприятное действие на организм в целом и кожу в частности, Мия, напротив, была ужасно сонная, никак не могла собраться и все время натыкалась на углы и предметы, Фелиситас вообще бесконечно тошнило, и она отчаянно пыталась убедить подруг в том, что гора оберток от шоколадных батончиков, кокетливо вывалившихся из-под ее подушки, здесь совершенно не при чем. Остальные девочки были в слишком отвратительном, чтобы разговаривать, расположении духа. Представители мужской половины чувствовали себя ничуть не лучше: в комнате Мануэля все дружно проспали, а потом ставили рекорды в попытках натянуть штаны за тридцать секунд и отыскать одинаковые чистые носки; Гвидо и Рокко с утра, естественно, поругались, и чуть не раскрасили друг другу морды в красивый фиолетовый цвет; Франциско умудрился поломать душ, поэтому был жутко злой и грязный. Когда в итоге вся честная компания собралась в столовой, то чуть не подралась из-за столиков. Положение спасла Пилар, которая обратила внимание на один интересный нюанс.
- Гвидо, а где Томас?
- Кто? – Гвидо еле отлип от Лауры, которую до этого самозабвенно целовал, и с трудом соображал, кто такой Томас и почему о нем спрашивают именно его, Гвидо.
- Томас Эскурра, твой друг и мой парень. Проснись! – Пилар помахала рукой прямо перед носом Лассена.
- Понятия не имею, где он шлялся всю ночь. Я его еще не видел, - Гвидо с утра вообще плохо соображал, да еще и Лаура находилась рядом, поэтому ему и в голову не пришло, что его фраза будет иметь серьезные последствия.
- То есть как - не видел? Он отсутствовал целую ночь?! – Пилар отказалась от сока, который принесла ей Белен, и уставилась на Гвидо.
- Да, - в перерывах между поцелуями Лассен смог-таки ответить на вопрос.
- Гвидо, мать твою, оторвись наконец от Арегги и поговори со мной! – девушка, перегнувшись через стол, со всей силы ударила несчастного парня по плечу, отлепив тем самым его от ошалевшей Лауры.
- Эй, что ты себе позволяешь? – совершенно справедливо, по его мнению, возмутился красавец. – Он с Пабло, а не с бабами.
- С какими-такими бабами? - судя по тону Пили, назревала буря, которая грозила разразиться, как только Томас переступит порог учебного заведения.
- Говорю же, ни с какими. С Пабло он, понимаешь? С Б-у-с-т-а-м-е-н-т-е, - по буквам словно для даунов проговорил Гвидо. – Скоро придут.
- И где они? – не отставала брюнетка.
- Откуда мне знать? Отстань, - и брюнет повернулся к Лауре, намереваясь закончить то, что так нахально прервала Дунофф.
Пилар лишь вздохнула и яростно плюхнулась на стул, опрокинув при этом чей-то сок.

Но, вопреки заверениям Лассена, на первый урок сладкая парочка не явилась.
- Передайте Бустаманте, если он возьмет за правило прогуливать мои занятия, я не дам ему сдать экзамен. И скажите, чтобы без выполненного задания даже не думали приходить, - холодно отчеканила Рената.
На большой перемене все опять заседали в столовой. Пилар до сих пор беспокоилась из-за отсутствия Томаса, клятвенно обещая себе убить его при встрече, Гвидо тоже начал паниковать, но виду старался не показывать – лишь попеременно отправлял смс-ки горе-прогульщикам с требованием притащить свою задницу в колледж. Даже Лухан начала нервничать, опасаясь, как бы эти двое не вытворили чего-нибудь в присущей им манере. Ее парень, напротив, совершенно не волновался за товарищей, поскольку был занят поглощением своего второго завтрака. С той скоростью, с которой он поедал картошку, ее запас в EWS должен был скоро кончиться, а за ним и весь урожай полей Буэнос-Айреса, Аргентины и соседних государств.
Марисса как раз что-то очень оживленно рассказывала подругам, сопровождая все это пламенными жестами и отвязными комментариями, когда дверь распахнулась, и на пороге появились Пабло и Томас. Видок их, мягко говоря, был непривлекателен и просто кричал о том, что его обладатели очень весело провели ночь.
- Где ты был? Почему мне не позвонил?! Я же волнуюсь! – налетела Пилар на любимого и тут же резко отпрянула, - О Боже! Да от тебя разит перегаром за три километра. Фу!
Марисса перестала жестикулировать и переключила все свое внимание на вновь прибывших.
- Пилар, будь добра, не ори так, - еле слышно проговорил блондин, - и без тебя голова раскалывается.
- Меня мало волнует состояние твоей черепной коробки, Бустаманте! – дочь директора была просто в ярости, и ее было не остановить.
- Пили, милая, и правда, не кричи, очень тошно, - Томас тоже еле ворочал языком. Хотя большая часть этилового спирта уже успела покинуть их организм, на память о себе она оставила пересушенное, словно Сахара горло, путающиеся мысли и жуткую головную боль, которая словно говорила о том, что ее обладатели рискуют лишиться этой части своего тела.
- Томас, ты что, совсем свихнулся? Ты вообще в состоянии соображать?!
- Да не волнуйся ты так за него, - бесцеремонно влез в разговор Пабло, - все с ним хорошо, а будет еще лучше, если ты от него отстанешь на какое-то время и перестанешь орать. В конце концов, место главной истерички колледжа прочно занято Спиритто.
Пилар, ошеломленная такой наглостью, беспомощно уставилась на Томаса, ожидая поддержки, но тот просто не в силах был ее оказать. Он лишь уронил голову на стол и пробормотал что-то невразумительное.
- А ты просто мастерски охраняешь трон самого тугосоображающего недочеловека, - ее фамилия, произнесенная устами Пабло, заставила Мариссу машинально среагировать, словно у нее выработался условный рефлекс. - И где же тебя угораздило так напиться, супермен? Думаю, ты только что убил последние жалкие серые клетки, которые еще оставались в твоем мозгу. Поздравляю, твои нейроны пали смертью храбрых.
- О, а вот и заноза в моей заднице дала о себе знать, - ере ворочая языком, проговорил Пабло, даже не удостаивая Спиритто взгляда. – Где мой мобильный? – резко меняя тему, непонятно кому задал вопрос отпрыск мэра, хлопая по своим карманам.
- Бустаманте, ты похож на Франкенштейна с похмелья – такой же страшный и так же плохо соображаешь, - не отставала Марисса, указывая на аппарат, мирно лежащий на столе прямо перед носом бедного парня.
- Отвали, ненормальная. Меньше всего мне сейчас хочется слушать твои бредни.
- Конечно, я понимаю, дорогой. Тебе ведь еще надо оставить место в твоей крошечной, не побоюсь этого слова, голове для того, чтобы выслушать все нотации Ренаты по поводу пропущенного урока.
Видя, что блондин никак не реагирует, Марисса продолжила:
- Боже, Бустаманте, тебя эволюция совсем не затронула? Ты хоть соображаешь, что мы еле вас отмазали? Идиот, продержись до концерта, а потом делай, что хочешь. Чертов алкоголик! Мне пришлось целую историю Гитлеру сочинить, чтобы он не наградил тебя замечаниями и выходными в этой колонии.
- Я растроган.
- Да пошел ты, убожество, - бросила рыжая
- Ты не могла бы заткнуться? Я понимаю, ты счастлива меня видеть, но тебя сейчас слишком много.
- О, супермен, конечно, я безумно рада тебя видеть. Твоя смешная рожа меня всегда веселит. Прости, что без цветов и красной ковровой дорожки. Я как раз отправила ее по почте в вытрезвитель. Думала, ты там коротаешь минуты. Но ты приятно меня удивил, -девушка медленно, но верно начинала закипать.
- Неужели я еще не потерял это качество? Безумно рад. А теперь, когда мы выяснили, что вот уже на протяжении двух лет мы не перестаем радовать и удивлять друга, ты от меня отстанешь? Тебе заняться нечем? Иди вон, почитай экономику. Глядишь, найдешь знакомые закорючки.
- Ты со своими куриными мозгами знакомых закорючек даже в азбуке не найдешь.
Пабло уже открыл рот, чтобы поделиться своими знаниями алфавита, но резко передумал. Бессонная ночь, проведенная в пьяном угаре, давала о себе знать – ужасно хотелось спать, мозг отказывался сотрудничать со своим владельцем, а язык представлял некую тяжелую субстанцию, с трудом подчиняющуюся командам вышеупомянутого серого вещества. Ссоры с Мариссой требовали небывалой энергии. К сожалению, последней блондин похвастаться пока не мог. Поэтому Пабло молча прошел мимо к буфету, намереваясь порадовать свой обезвоженный организм.
- Пабло, Рената действительно была ужасно зла. Боюсь, у вас будут серьезные проблемы, - осторожно начал Мануэль.
- Зла? – не понял кудрявый, полностью погрузившийся в свои мысли и плохо соображающий, о чем идет речь. – Почему?
- Какой глубокий философский вопрос! Лучшие умы человечества будут биться над ним, выискивая правду! – съязвила Марисса. – Бустаманте, а ты неплохо притворяешься. Кто бы мог подумать, что у мэра такой тупоголовый отпрыск?
Пабло сжал стакан, который собирался осушить, медленно поставил его на стол и повернулся к рыжей.
- Спиритто, знаешь, почему у нас никогда ничего не получается? – многозначительно спросил он.
- Потому, что ты тупой? – машинально отреагировала Марисса, хотя вопрос ее несколько обескуражил.
- Потому что если на свете существует способ испортить то, что обычно приносит радость и удовлетворение, ты его обязательно найдешь.
Марисса набрала в легкие побольше воздуха и уже собиралась что-то возразить Пабло по поводу радости и удовлетворения, а также людей, которые все это портят, но так и осталась стоять с раскрытым ртом. Причиной тому была только что вошедшая в кафе чертовски эффектная брюнетка с ногами от ушей и длинными кудрями. Судя по форме, училась она в EWS. Практически все парни проводили ее похотливым взглядом, даже Маркус, за что получил довольно сильный пинок от Лухан. Брюнетка же повисла на шее у мэрского сыночка, видимо, с намерением его задушить.
- Привет, милый, давно не виделись, - сладко пропела она.
Мурлыкающий голос этой девицы нарушил ход мыслей Мариссы и показался ей громким, словно звук трубы.
- А, Кристина, это ты… - устало протянул Бустаманте. – Мы же, вроде, с тобой все обсудили.
- Да? А я что-то не уверена, - она томно улыбнулась и слегка прикусила его ухо. Похоже, она решила выиграть первый приз в конкурсе «кто быстрее всех выведет Спиритто из себя». Пабло очень бы удивился, если бы узнал, что у него буквально вырывают пальму первенства, которую он с такой гордостью нес уже не один год.
Пока блондин что-то выяснял со своей новоявленной подружкой, к Томасу подошли сразу несколько человек с одним и тем же вопросом: «Кто эта красотка?»
- Ох, мы с ней познакомились в каком-то баре сегодня. Вернее, она с нами, - быстро исправился брюнет, увидев недовольный взгляд своей подружки. - Ей, похоже, понравился Пабло.
- Нет, как же не везет, - простонал Франциско, - а брюнеты ей, случайно, не нравятся?
- Не нравятся, - безапелляционно заявила Пилар, усаживаясь на колени к любимому. Она уже забыла о том, что пару минут назад хотела его пристрелить.
- Вселенская несправедливость, - заныл Фран.

Когда Марисса уже была готова вцепиться в чьи-то темные волосы, в кафе появилось еще одно действующее лицо.
- Мари, милая, привет, нигде не мог тебя найти, - Васкес пытался пробраться сквозь рой
четверокурсников к своей любимой.
Глянув на Пабло, что-то монотонно объясняющего длинноногой модельке, Марисса заголосила на всю столовую:
- Милый, привет, я так соскучилась!
Луис как раз достиг ее столика, поэтому она просто набросилась на него с поцелуями. Васкес немного обалдел от столь жаркого приема, но жаловаться, естественно, не стал.
Мэрский сынок как раз пытался вдолбить девушке, что ему сейчас не до нее, да и не только сейчас, но увиденная сцена заставила его передумать. Он резко притянул Кристину за талию и впился ей в губы. Поцелуй получился долгий и смачный, а на ее теле буквально не осталось места, которого бы не касались его руки. Кафе дружно заулюлюкало.
- Да, Пабло времени даром не теряет, такую красотку соблазнил, - с завистью сказал Диего.
- Да это же моя однокурсница, - Луис к этому моменту уже оторвался от Мариссы и включился в разговор.
- Так она старше? Нет, Бустаманте – герой, - не унимался Уркола.
Спиритто еле сдерживалась. Первым желанием было треснуть этой кукле чем-нибудь по ее миленькой головке, потом она уже представляла, каким способами можно было бы ее задушить эту болонку, чтобы было как можно больнее. Затем Мари вспомнила, что в какой-то книжке читала про казни в средние века. Сжигание на кострах, четвертование, отрубание головы… В голове всплыли привлекательные образы индейцев, которые снимают скальп со своих жертв. Мариссы тут же представила эти шикарные темные волосы, кокетливо болтающиеся у нее в руке, и в душе разлилось приятное тепло. Хотя, с другой стороны зрелище этой красивой фигуры без головы было еще более заманчивым и привлекательным. А ведь еще можно расчленить…
Пока Марисса предавалась таким прекрасным мыслям, парни успели выяснить, что эта красотка – одноклассница Луиса, дочка богатого папаши, который души в ней не чает, оплачивает все ее прихоти, во всем ей потакает и на все закрывает глаза. Естественно, при таком родителе, девочка была ужасно самовлюбленной, легкомысленной дурой. Но, очень красивой дурой.
- Дорогой, давай сегодня сходим куда-нибудь? – переменила тему рыжая. Слушать про новую пассию Бустаманте не было никакого желания.
- Конечно, дорогая, куда ты хочешь? - откликнулся Васкес, с готовностью, которой позавидовал бы любой солдат.
- Мне все равно куда, лишь бы с тобой.
Сидевшая рядом Лухан поперхнулась и уставилась на подругу.
Марисса ничего не заметила или сделала вид, что не заметила.
Линарес с грохотом поставила стакан на стол, резко отодвинулась на стуле так, что ножки заскрипели по полу, и поднялась.
- Пойду, пожалуй, экономику почитаю, - раздраженно проговорила она и вылетела из кафе.
- Откуда у нее такая тяга к знаниям? – удивленно произнесла Спиритто, глядя на Маркоса.
Тот лишь недоуменно пожал плечами.
Один человек, наблюдавший всю сцену издалека, верно истолковал такое внезапное желание учиться. Он сказал что-то Пилар про срочный звонок родителям и тоже вышел из столовой.

- Нет, как тебе это нравится? Детский сад, вторая группа! – девушка просто рвала и метала.
- Ага, - кивнул ее собеседник.
- Просто немыслимо. Вроде бы дело сдвинулось с мертвой точки. А что теперь?! – она расхаживала взад-вперед по комнате, размахивая руками.
- Не знаю, - без энтузиазма ответил парень.
- Идиоты! Два придурка! Они кого угодно достанут! Зоопарк!
- Он самый, - монотонным голосом согласился молодой человек.
- Эскурра, ты меня вообще слушаешь?
- Лухан, я не могу сейчас ничего тебе сказать – я плохо соображаю. А от твоего хождения туда-сюда меня тошнит.
- Тебя тошнит совсем не от этого. Вы действительно пили целую ночь? – в ее голосе слышалось недоверие.
- Да.
- И как вам это в голову пришло?
- Ну, для начала не вам, а мне.
- Тебе?! – негодованию Линарес, казалось, не было предела.
- Не ори, прошу тебя, - чуть не плача взмолился Томас.
- Хорошо, не буду. Так какого лешего вас туда понесло?
- Такого же, как Мариссу вчера понесло мириться с Луисом, - подколол ее собеседник.
Она лишь печально вздохнула.
- Может, она хотела заставить его немного ревновать? – предположил Томас. – Тогда у нас есть шанс.
- Можно подумать, он умеет «немного», - скептически заметила Линарес.
- Ну, как тебе сказать… Он берет по максимуму, - Томас улыбнулся, но улыбка получилась какой-то вялой. – Он очень переживал вчера. Я его давно таким потерянным не видел.
- Тогда все ясно, - сочувственно произнесла Лухан. – Только совершенно не ясно, что нам теперь делать.
- Спать, - заныл Эскурра.
- Ладно, иди, горе-пьяница, - миролюбиво отвела первая спортсменка школы и улыбнулась.
- Но мы обязательно что-нибудь придумаем, - Томас обернулся у самой двери, - точно тебе говорю, Лухан. Или я не Томас Эскурра.

В это время остальные четверокурсники до сих пор заседали в столовой. Кристина что-то
щебетала, отчего все сидящие за ее столиком заразительно хохотали. А сидящих было более чем предостаточно. Диего и Франциско сдвинули несколько столов, чтобы сесть рядом и иметь возможность отвалить пару комплементов этой восхитительной брюнетке и получить ее одобрение. На лестные отзывы в свой адрес Крис отвечала милой улыбкой, но интересовали они ее мало. Все ее внимание было приковано к самому главному мачо колледжа, который хоть и сидел рядом, мысленно был где-то очень далеко.
- Милый, о чем ты думаешь? – ласково спросила она, кладя голову ему на плечо и проводя рукой по щеке.
- Да так, чушь всякая, не обращай внимания, - отмахнулся тот.
- Ты какой-то грустный.
- Тебе кажется, - Пабло заставил себя улыбнуться.

Только Томас собирался лечь спать, забив на все уроки, в комнату ввалился Гвидо.
- Ты видел, что было в столовой?
Томас посмотрел на друга как на идиота.
- Естественно, я же там был.
Надеясь, что допрос окончен, Томас лег на кровать, повернувшись к стене.
- И как это объяснить? – Гвидо было наплевать на дикое желание Томаса уснуть.
- Ну, пораскинь мозгами, может до чего и додумаешься, - вяло промямлил Эскурра.
- Значит, Марисса все-таки помирилась с Луисом?
- А ты не заметил? – раздраженно пробасил уже почти уснувший брюнет.
- И каковы наши действия?
- СПАААААТЬ, - в который раз за день проговорил Томас.

Неожиданно сзади послышалось тихое «мы можем поговорить?», и Лухан, испугавшись, выронила тетрадь. Она повернулась в сторону собеседника, но ничего не сказала. Разговаривать сейчас не хотелось. Единственным желанием было сидеть в тишине и ни о чем не думать. Хоть она сама и не замечала, последние дни ужасно ее вымотали. Ситуация с двумя ослами, как они с Томасом негласно окрестили своих друзей, явно вышла из-под контроля и грозила дежа-вю. Если все начнется сначала, то этого не вынесут ни она, ни Томас, ни сами главные действующие лица. Наверное, их прет оттого, что они друг друга достают.
- Лухан, что происходит? - тихий и нерешительный вопрос вывел Линарес из состояния транса.
- Это я у тебя хотела спросить, - спустя пару секунд она все же отважилась вступить в разговор, хоть ничего хорошего он ей не сулил.
- Не понимаю, почему ты так странно себя ведешь.
- Разве? А я думала это ты себя странно ведешь. Я бы даже употребила термин «неадекватно».
- Лухи, не ерничай, это абсолютно ни к чему, мне только хуже. Хотя куда уж хуже… - вымолвив последнюю фразу, Марисса плюхнулась на пуф и уставилась в одну ей ведомую точку.
Линарес сжалилась над подругой и решила переменить тон. В конце концов, она действительно сегодня разошлась. Сев рядом, она обняла ее.
- Что с тобой происходит?
- Я запуталась, - рыжая уткнулась в так нужное ей сейчас плечо. Даже сильные люди иногда имеют право на слабости.
- Я вижу, - улыбнулась Лухан, хотя ей было не до веселья.
- Не знаю, что делать, - такой же грустный голос.
- Может, я смогу тебе помочь?
Пару минут фраза оставалась без ответа. Линарес отнеслась с пониманием и не торопила. В конце концов, Мари подняла голову, и в ее глазах было столько отчаяния и горя, что подруга оторопела.
- В номинации «Самая влюбленная дура» Оскар получает Марисса Пиа Спиритто, - сарказм очень редко покидал эту сеньориту, даже тогда, когда дело касалось ее лично. – Я не могу быть с ним. Несмотря на то, что люблю. – Увидев недоуменный взгляд подруги, она пояснила, - каждый раз, как я его вижу, сердце делает тройной переворот и уходит в пятки, мозг тут же отключается, и я совсем перестаю соображать. Я ужасно хочу его обнять, поцеловать, но он как будто специально лезет на рожон и напрашивается на грубость. Я кричу, как сильно его ненавижу вместо того, чтобы сказать, как сильно тоскую, сколько бессонных ночей я провела, думая о нем, и сколько снов с ним пересмотрела. И ведь несмотря ни на что я продолжаю любить его еще сильнее, если такое вообще возможно. Но, Лухан… - последовала пауза, во время которой рыжая вытерла набежавшие слезы и последний раз собралась с силами, - … я ему больше не верю. А без доверия никакую любовь не построишь. Не хочу каждый раз выискивать ложь в его словах, озираться в надежде найти доказательства его вранья. А ведь я буду, Лухан, точно знаю, что буду вечно жить в страхе быть снова обманутой и преданной. Мы уже пробовали второй раз, и из этого, как видишь, ничего не получилось. Мне без него сложно, но с ним будет еще сложнее. Страх сильнее меня. И я ничего не могу с собой поделать, да и не хочу, если честно. Именно поэтому я помирилась с Луисом. Он не мой идеал мужчины, но с ним мне проще забывать.
Марисса замолчала. Еще пару минут они просидели в тишине. Рыжая как обычно, продолжала вести трудную внутреннюю борьбу, а Лухан обдумывала только что сказанное подругой. Мало кто знал, почему они с Пабло расстались в прошлом году. Вернее, не знал почти никто. Марисса напрочь отказывалась об этом говорить, даже с Лухан. Судя по тому, что и Томас был не в курсе, Пабло придерживался той же позиции. Единственное, что Линарес знала наверняка, так это то, что она никогда прежде не видела Мари такой подавленной, как после той ссоры. И была уверена, что больше никогда не увидит. То была натуральная депрессия, и однажды Лухан даже испугалась, что она из нее никогда не выберется. Ей не хотелось абсолютно ничего, она никого не желала видеть и ни с кем не говорила. Ее насилу выводили погулять, как собачку. И только Лухан, да разве что Соня, знали, чего стоило вывести ее из этого состояния. Тогда Линарес проклинала ненавистного папенькиного сынка, на чем свет стоит. Как только она его не называла и какие только проклятия на него не посылала. В конце концов, им удалось привести Мари в чувство. Она снова стала разговаривать, смеяться, а в ее глазах заплясали только ей присущие чертики. Но она так и не сказала, что же между ними произошло. Тогда Лухан поклялась, что ни один Бустаманте больше не сможет причинить вред ее подруге. И вот теперь она сама потакает тому, от чего так сильно открещивалась. Единственным оправданием служило то, что она явственно видела, что Мари продолжает любить этого раздолбая, несмотря ни на что. И он, похоже, отвечал ей тем же. Только вот имеют ли они с Томасом право вмешиваться в чужую жизнь? – уже в сотый раз за последние недели она задавала себе этот вопрос. И не находила на него исчерпывающего ответа.

Томас, как и Лухан, тоже был не очень рад происшествию в кафе и посылал на Пабло все известные ему проклятия. Надо было что-то делать, но вот что конкретно, было не совсем ясно. Даже совсем не ясно.
- Томас, что, черт возьми, происходит? – Гвидо уже битый час расхаживал по комнате, наматывая круги, отчего у Томми рябило в глазах.
- Если ты о Пабло, то я сам в шоке.
- Где вы умудрились подцепить эту проклятую брюнетку? Хотя, она очень даже. - Лассен расплылся в мечтательно улыбке, но тут же одернул себя, - нет, Лаура, конечно, в триста, нет в триста тысяч раз лучше. Так о чем это я?
- Она прилипла к нам в клубе, я плохо помню этот момент. Но Пабло ее не жаловал сначала. Это все Луис, - монотонно произнес он.
- Вонючий козел, может, набить ему морду?
- Очень дельное предложение, - угрюмо ответил Эскурра.
- Кого ты собрался бить? – раздался веселый голос Бустаманте. Судя по засосу на шее, он только что вернулся от Кристины.
- Тебя бы тоже не помешало, - уклончиво пробурчал Лассен.
- За что?
- Не понимаешь? – Гвидо начал выходить из себя.
- Нет, не понимаю, и если у тебя есть какие-то конкретные претензии, с удовольствием бы их послушал, - настроение парня резко ухудшилось, что можно было уловить по голосу, не предвещавшему ничего хорошего.
- Пабло, ты поступаешь неправильно, - более миролюбиво проговорил брюнет, прекрасно понимая, что другу сейчас несладко.
- А ты, конечно же, знаешь, как мне следует поступить, угадал?
- Если бы вы преодолели свои разногласия, было бы лучше для всех, - философски заметил Гвидо.
- Аминь, - хмыкнул Бустамнте, расстилая кровать. – Прости, друг, ужасно болит голова, поэтому я сейчас не настроен обсуждать столь глобальные проблемы человечества.
- Если бы ты не был таким идиотом, то не пришлось бы топить проблемы в алкоголе! – выплюнул Лассен.
- Не суй свой не слишком малюсенький носик в мои дела, договорились?
- Брейк, брейк, брейк, - ошалевший Томас мгновенно среагировал и занял позицию «меж двух огней». – Вы что, с ума посходили? Двое ненормальных. Пабло, ты собирался лечь спать – вперед. А ты, Гвидо, иди займись чем-нибудь полезным для общества.
Двум петухам ничего не оставалось, как послушаться единственного адекватного человека в этой комнате и разойтись по разным углам, хотя у каждого из ноздрей буквально валил пар.
- Позволь заметить, что еще недавно, ты считал Мариссу самой ненормальной и сумасшедшей в колледже и всячески меня от нее отваживал. Что же заставило тебя изменить мнение? – саркастически проговорил Пабло, стягивая с кровати покрывало.
- А я и сейчас считаю ее чертом в юбке и искренне верю, что вряд ли найдется кто-то более безумный, чем она, - в тон Пабло ответил Лассен.
- Так в чем же дело?
- Может в том, что ты ее любишь?
- А ты, конечно, в курсе всех моих сердечный пристрастий?
- Оно у тебя только одно на протяжении довольно длительного времени, и не заметить его мог разве что слепой, - раздраженно проговорил Гвидо.
Бустаманте оставил эту реплику без ответа.
- Пабло, но ведь он прав, - Томас, хранивший до сих пор молчание, взял на себя смелость нарушить тишину.
И тут остатки самообладания покинули мэрского отпрыска, и его словно прорвало.
- Твою мать, Томас, а я, по-твоему, совсем дебил, да? Вы такие эрудированные, все видите и подмечаете, а Пабло Бустаманте тупоголовый неандерталец?! Я и сам все знаю, без посторонней помощи. Только вы все советуете, а что делать-то? Что? Кто-нибудь может мне сказать?! Я уже тысячу раз ей говорил, что люблю ее…
- Не тысячу, а всего два… - недовольно проворчал из своего угла Гвидо, за что был удостоен такого уничтожающего взгляда Томаса, что не рискнул продолжить. Благо, Пабло был слишком занят, чтобы его услышать.
- …тысячу раз вымаливал прощение. И что?!!! Она тысячу раз смеялась надо мной и слала к чертям собачьим. Да сколько можно, в конце концов? Я же не мазохист. Сколько уже можно терзать себя, думая о ней, если моей Марисса все равно никогда не будет? И не надо, - молниеносно отреагировал он на попытку Эскурры вставить свой жалкий комментарий, - заставлять меня бороться и не опускать руки. Они у меня уже устали, понятно?!! И я не могу каждый раз ждать, когда она мне поверит или бояться, что поверит не мне, что бывает чаще. Я действительно готов был бороться, я знаю, что совершил серьезную ошибку и готов был за нее платить. Но ее недоверие уничтожает меня морально. Мне ужасно плохо без нее, но с ней будет только хуже! Все, я больше не намерен обсуждать эту тему. А если вы еще хоть раз намекнете мне на это рыжее несчастье, у меня сразу же станет на двух друзей меньше.
- В таком случае, у тебя вообще друзей не станет, - резонно заметил Лассен.
- И пусть, но тема Мариссы Спиритто для меня закрыта навсегда, - грохот хлопнувшей двери распространился по всему пустому холлу.
- И что нас ожидает теперь? – удрученно спросил Лассен.
- Полный дурдом.


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 21:55 | Сообщение # 10
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
Следующие несколько недель прошли без эксцессов. Наказание Марисса с Пабло благополучно вынесли. Не желая находится друг с другом в одной комнате слишком продолжительное время, они довольно оперативно сработали, и доклад был готов ровно за два вечера. Осталось только его представить.
Лухан с Томасом решили отложить свои потуги до лучших времен. Во-первых, сейчас трогать «голубков» было так же опасно, как прикуривать у бензинового бака с дыркой. Во-вторых, Лухан находилась под впечатлением от разговора с Мариссой и до сих пор колебалась. Гвидо, напротив, был против затишья и всячески пытался Томми с Лухан расшевелить, но безуспешно. Оба лишь отмахивались и просили не приставать. Лассен только еще больше распалялся, и утихомирить его было под силу лишь Лауре. Как ей это удавалось – непонятно, но после разговора с ней Гвидо становился совершенно спокойным…до нового приступа великодушия и желания всем помочь.
Марисса и Пабло практически не общались, старательно избегая друг друга. Она по-прежнему встречалась с Луисом, он до сих пор крутил роман с длинноногой брюнеткой. Каждый вечер, когда она возвращалась с очередного свидания со своим благоверным, в ее глазах читалась трудно скрываемая тоска, а один раз Лухан могла поклясться, что увидела в них полное отчаяние. Но Мари всячески пресекала любые попытки поговорить на эту тему и мужественно держалась. В общем, следовала своему плану...
Пабло внешне выглядел абсолютно спокойным и, пожалуй, мало кто догадывался, чего ему это стоило. Разве что Томас и Гвидо периодически бросали друг на друга обеспокоенные взгляды, когда блондин в сотый раз вваливался в комнату за полночь с избитыми в кровь костяшками пальцев - Бустаманете всю свою злость старался вымещать на груше в спортзале, правда, ещё чаще, чем груша от его кулаков страдали стены. Но заговорить с ним друзья не решались. Тема Мариссы была закрыта. И вряд ли кто-нибудь в ближайшее время рискнул бы нарушить это правило, потому что при одном упоминании об этой личности, блондин впадал в такую бешеную ярость, что Джек-Потрошитель в свои лучшие годы казался на его фоне просто невинным хомячком.
В общем, все вернулось на круги своя и грозило просуществовать так вплоть до второго пришествия, но, как говорится, Его Величество Случай имел на этот счет совсем другие планы…

- Лухан, Лухан, стой, тебе говорят, - парень ухватил ее за рукав, заставив обернуться.
- Томас, что ты делаешь с утра пораньше на женской половине? – сказала она и тут же продолжила. – Судя по больному блеску в глазах, ты идешь к Пилар, но запамятовал, какая у нее комната. Тебе прямо и налево, самая выделяющаяся розовая дверь, - беззлобно продекламировала Линарес.
- Ха-ха-ха, очень смешно, - ее собеседник скривился, - я могу найти дверь Пилар даже в темноте.
- По запаху? – не осталась в долгу Лухан.
- Ну, тебе ли не знать?
- В смысле?
- Лухан, мой тебе совет – когда захочешь на ночь глядя наведаться к Маркусу, не матерись на все мужское крыло, когда роняешь фонарик. Вместо меня там может быть Блас, - и Томми лучезарно улыбнулся.
- Короче, что тебе надо, - вмиг посерьезнела Лухи.
- А, да! – Томас наконец-то вспомнил, что хотел сказать. - Я тут подумал, мы до этого все больше говорили с ними, и ничего не делали. Может, нам стоит прибегнуть к более активным действиям? Например, запереть их в прачечной часиков на 10, пусть поговорят, выяснят все…- договорить он не успел.
- Нет, стоп! Эскурра, притормози. По-моему, мы решили отложить пока наполеоновские планы на неопределенный срок. Я тебе уже говорила, что не уверена в том…- тут пришла очередь Томаса перебивать.
- Это все я уже слышал триста раз. И тоже так считал. Но чего, черт побери, нам ждать? У моря погоды? Так там всегда будет буря, могу с уверенностью сказать. К тому же, Гвидо тоже со мной полностью согласен.
- А, ну это, бесспорно, решающий аргумент. Что ж ты сразу не сказал? – усмехнулась девушка.
- Решил приберечь это на сладкое, знал, что тебя этим можно покорить, - не остался в долгу парень. – Так что?
- Томас, нет! – и, развернувшись, Линарес прошествовала в сторону главной лестницы. Не успела она пройти и пары шагов, как услышала над ухом противное гудение:
- Не хочешь прачечную – не надо. Можно отправить их куда-нибудь вдвоем или… - видимо, идей у Томаса было навалом, и они, как из рога изобилия, сыпались на Лухан, грозя ее придавить. Судя по некоторым, свою больную фантазию к их продвижению «в массы» приложил и Гвидо. И это отнюдь не радовало. Устав слушать чушь, и не надеясь на то, что Томас заткнется самостоятельно, она резко его оборвала.
- Нет, нет и нет. Даже не пытайся. По крайней мере, делай это без меня, чего я, кстати, тебе не советую. Давай оставим их в покое. Как тебе такая идея, а?
Томас лишь всплеснул руками, как наседка, что не к месту умилило Лухан, и она, повинуясь порыву, улыбнулась, но резко одернула себя. Они дошли до главной лестницы, и девушка всем своим видом показала, что разговор окончен. Она уже спустилась на пару ступеней, когда на другом конце второй лестницы, ведущей на мужскую половину, показался Лассен.
- Стой! – завопил он что есть мочи, заметив ее.
- День явно не задался. Ваша дружная компания решила меня сегодня целый день преследовать? А тебе что нужно от меня, о прекрасная Брунгильда? – ехидно поинтересовалась Линарес.
- Кто? – не понял Лассен.
- Не важно. Чего тебе?
- Поговорить.
- О чем? – она сложила руки на груди.
Гвидо непонимающе уставился на Томми. Тот лишь пожал плечами.
- Он, - кивнул брюнет в сторону друга, - тебе разве ничего не сказал?
- Ты имеешь в виду ту пару-тройку инфернальных идей о каком-то путешествии и прачечной, о которых этот несчастный впаривает мне уже… – она глянула на часы - …15 минут?
- Инф…. каких идей? – опять не понял Гвидо.
- Иди почитай энциклопедию, Лассен, вместо того, чтобы мешать мне.
- Никуда ты не пойдешь, - он преградил ей дорогу, - пока не поговоришь с нами нормально.
- Наш разговор по определению не может быть нормальным, учитывая тему беседы, так что не ставь себе изначально недостижимых целей.
- Надо их расшевелить! Неужели ты не понимаешь? – чего-чего, а оптимизма у Лассена было не занимать.
- Неужели ТЫ не понимаешь, что я не собираюсь этого делать? – Лухан прибавила децибелов своему голосу.
- Но…
- Никаких но, Гвидо, - резко перебила она, - разговор окончен. Пока!
Они, словно два отвергнутых любовника, смотрели ей вслед, пока она не скрылась за поворотом.
- Ты что-нибудь понимаешь? – недоуменно поинтересовался Лассен.
- Нет, причем уже давно, - в тон ему ответил Томас.

- А сейчас я раздам примерные варианты тестовых работ, которые ждут вас на следующей неделе. Прошу очень внимательно отнестись к ним, потому что от результатов зависит ваша годовая оценка.
Рената ходила между рядами и раздавала листы с абсолютно непонятными каракулями. Как ни силилась Марисса их понять, у нее ничего не получилось.
- Весь материал был разобран на уроках, так что проблем возникнуть не должно. По крайней мере, у большинства, - она одарила красноречивым взглядом Спиритто, Бустаманте и Эскурра.
- Эти египетские письмена вообще поддаются расшифровке? - шепотом осведомилась Марисса у Лухан.
Та лишь хмыкнула.
- Это не письмена, как вы изволили выразиться, а логарифмы, Спиритто, - резко проговорила Рената, стоя к Мариссе спиной. И как только услышала? – Если бы вы иногда захаживали на мои уроки, вы были бы в курсе.
- Не совсем в этом уверена, - ответила та, вертя в разные стороны листок, словно надеясь, что кверху ногами он будет понятнее.
Женщина хотела что-то ответить по поводу прогулов, но ее прервал звук открывающейся двери.
- Прошу прощения, мне нужно забрать сына, - в дверях стоял, как всегда элегантный, мэр Буэнос-Айреса, - с разрешения директора, естественно, - и он лучезарно улыбнулся Ренате.
- У нас, вообще-то, подготовка к важному тесту, - Пабло попытался оградить себя от тихого семейного общения с горячо любимым папочкой.
- Неважно, - холодно произнес Серхио, - ты мне нужен.
- Нужен? Как приятно слышать, - ехидно пробормотал Бустаманте.
- Жду тебя в машине через пять минут.
- Что ему понадобилось? – шепотом поинтересовался у друга Томас.
- Ты у меня спрашиваешь? – усмехнулся Пабло. – Причин может быть масса. Подозреваю, что самая важная – это его левая пятка, которая зачесалась с утра. Я позвоню, - бросил он, скрываясь за дверью.
- Отлично, - прошипела Марисса, лишь только за Бустаманте закрылась дверь.
- Что? – не поняла Линарес.
- У нас концерт послезавтра. Интересно, долго его папаша собирается проявлять отеческие чувства? – она исподлобья взглянула на опустевшую парту.
- Думаешь, он оставит его на выходные при себе? – обеспокоено ответила та.
- Не дай Бог, Лухан, не дай Бог, - угрюмо просипела рыжая.

- Что? Папа, ты с ума сошел?! Да мне плевать на твою кампанию! У меня планы на выходные, важные!
- Пабло, успокойся, со своими девками можешь и потом встретиться, - холодно отчеканил Серхио.
Оба представителя семьи Бустаманте ехали в личном БМВ мэра.
- Причем здесь девки?! – взвился Пабло.
- Какие у тебя еще могут быть дела? О, я понимаю! Где бы выпить, кого бы трахнуть и какие бы джинсы купить – это, бесспорно, очень важно, но сейчас у тебя есть дела поважнее. Понятно? – сразу стало ясно, что ответ может быть только положительным.
- Мы не вернемся к воскресенью? – безжизненным голосом уточнил Пабло, хотя заведомо знал ответ.
- Нет, мероприятие продлится все выходные и, думаю, даже понедельник. Так что раньше начала следующей недели ты в колледж не вернешься, - и мэр уткнулся в газету, изучая результаты последнего футбольного матча.
«Это мы еще посмотрим»

- Кто-нибудь видел Мариссу? – Мануэль уже полчаса носился по школе, как угорелый, в поисках своей закадычной подруги. За это время он успел уже десять раз встретить Глорию, пятнадцать раз уловить на себе подозрительные взгляды Бласа, пять раз наорать на Франциско, шесть раз осведомиться у Белен о местоположении Спиритто и отправить в адрес последней несусветную прорву ругательств. В тысячный раз задав этот вопрос и не получив на него ответа, ацтек догадался позвонить Линарес.
- Алло, Лухан? Черт возьми, где вас всех носит? Марисса с тобой? Скажи ей, что у нас проблемы, касающиеся группы, и если она не притащит свою задницу в колледж через пять минут, я оторву ей голову.
Услышав волшебные слова «группа» и «проблемы» в одном предложении, обладательница самых ярких волос в школе притащила в колледж свою очаровательную пятую точку в рекордно короткие сроки.
- Ману, что случилось? – налетела она на Агирре, как только увидела его блондинистую макушку.
- Марисса, - упавшим голосом произнес Мануэль, - Пабло не сможет выступить в воскресенье на концерте.
- Что?! Почему?! – она опешила.
- Не знаю, я ничего не понял, он не со мной, а с Лассеном разговаривал.
- Ты что-то путаешь, - Марисса не знала, что и думать, - Пабло, без сомнения, говнюк, но все мы знаем, что для него значит группа. Он бы не смог нас всех так подвести.
- И тем не менее. Его нет сейчас в городе, и не предвидится до следующей недели. Мэр непреклонен.
- Ты шутишь! Мануэль, это неправда! – девушка просто не верила своим ушам.
- Правда. Мия уже бьется в истерике.
- Ну, в этом я даже не сомневалась. Она либо ходит по магазинам, либо плачет. Больше двух функций ее извилина не способна выполнить. – Заметив укоряющий взгляд Мануэля, она решила перевести тему. - И все же, такого не может быть. Наверняка этот придурок Лассен что-то перепутал, как всегда.
- Мари, - вкрадчиво произнес мексиканец, - это правда. И сейчас нам надо придумать, как выступать без Пабло. Спорить с мэром бесполезно.
- Ну уж нет! – решительно отреагировала Спиритто. – Я не позволю этому старому пердуну испортить нам концерт. Где Гвидо?! – рявкнула она.
- Понятия не имею, последний раз я видел его в игровой.
Ничего не ответив, рыжая пулей рванула в указанном направлении. Недолго думая, Мануэль засеменил следом.

Найти Лассена оказалось очень просто. Он смотрел какой-то боевик, судя по тому, что из телевизора непрерывно доносились пулеметный стрекот, взрывы, жуткие визги, плач и музыка, которые были столь оглушительны и пронзительны, что вполне могли прозвучать в Судный день.
- Боже, Гвидо, ради всего святого, сделай тише, - проорала Спиритто над самым его ухом.
От неожиданности тот даже подскочил.
- А, это ты, привет, - промямлил Лассен, убавляя звук.
- Что за чушь насчет Пабло, а? – она сразу перешла к делу.
- Так ты уже все знаешь, - протянул в ответ парень, вертя в руках пульт. – Такие вот дела.
- Объясни мне толком, что произошло, - потребовала она.
- Мэр увез Пабло на какую-то конференцию или встречу – я не понял. Вся семья в сборе, ты ж понимаешь. Сейчас они вылетели из Буэнос-Айреса в Мар-дель-Плато, оттуда еще куда-то.
- Но сегодня только пятница. Он еще успеет до воскресенья, - с надеждой в голосе произнесла Марисса.
- Не думаю, - уверенно сказал Лассен, - в лучшем случае мы его увидим в начале следующей недели.
- Неееет! – взвыла Спиритто и плюхнулась на пуф, заставляя Лассена подвинуться. – Это просто чья-то злая шутка! Такого не бывает! Бустаманте – сплошное недоразумение. И как его еще земля носит! Так нас подставить!
- Но Пабло же не виноват, - сделал Гвидо слабую попытку защитить друга, хотя сразу было понятно, что никакого эффекта его слова не произведут.
- Виноват, еще как виноват! У него никогда в жизни не хватит смелости сделать что-то наперекор своему сумасбродному папаше. Жалкий подонок! Кретин! Недоумок!
- Марисса, успокойся, - брюнет схватил ее за запястья, потому что она яростно размахивала руками.
- Я оторву ему все, что отрывается, когда он вернется восвояси. Так ему и передай, - выплюнула она в лицо Лассену, вскочила и понеслась вон из комнаты.
- Не девушка, а ходячее торнадо, - сказал Гвидо, обращаясь к Николасу Кейжду, который как раз направил на кого-то пистолет. – И что он только в ней нашел?

- Пабло, ты весь полет был какой-то напряженный, - Мора нежно погладила сына по голове, когда они шли к машине.
- Все в порядке, мам, правда, - Пабло заставил себя улыбнуться.
Самолет приземлился в Мар-дель-Плате около получаса назад, но с машиной возникли какие-то неполадки, и все это время они ждали, пока их устранят. Мэр, никогда не отличавшийся особым терпением, сейчас был просто взбешен. Пабло осознавал всю тщетность попыток достучаться до него, но все же не терял надежды. В конце концов, не может же он так подвести группу. Не может так подвести Мариссу.
- Папа, - прокричал Пабло, догоняя мэра. – Мне нужно вернуться в колледж к воскресенью, - уверенно проговорил он.
- Мы с тобой уже об этом говорили, и мой ответ нет! – рявкнул Серхио. – Садись в машину.
- Но мне нужно, - настойчиво ответил сын.
- Мне плевать, что тебе там нужно, садись в машину, я сказал! Мне нужно, чтобы на этой встрече присутствовала вся моя семья, - безапелляционно заявил он.
- А мне плевать, что нужно тебе, ясно! – прокричал Пабло в ответ. – Скажешь, что твой сын - ботаник и пишет научную работу.
- Но мой сын далеко не ботаник и даже не стипендиат. Он просто олух и бездарь, который ничего не умеет, только бренчит на своей гитаре! Так что садись в автомобиль и не действуй мне на нервы!
- Сэр, простите, у нас снова неполадки, - переминаясь с ноги на ногу, сообщил водитель, - но я обещаю исправить все за десять минут, - и он виновато взглянул на мэра.
Бустамнте-старший начал что-то орать в ответ, посылать проклятия в адрес инженера-конструктора и самого водителя. Тот отчаянно пытался объяснить, что он здесь не при чем, и еще час назад машина исправно работала. Пабло стало противно.
- Я отойду на пару минут, - сказал он.
Только он повернулся, чтобы пройти в здание аэропорта, как властный голос его остановил.
- Куда ты направился?
- В туалет, можно? – ехидно поинтересовался Пабло.
- Нет, - гаркнул мэр.
- В таком случае, сидение за мной будешь подтирать ты. - И, повернувшись к Море, произнес одними губами: - Я люблю тебя, мам.
Серхио только махнул рукой, давая сыну полную свободу действий.
Скрывшись в дверях аэропорта, чтобы отец не мог его видеть, он достал мобильный и направился к другому выходу, на ходу набирая знакомый номер. С каждой цифрой сердце стучало все громче и громче. Когда из трубки послышались гудки, Пабло еле сумел их различить за его грохотом. «Бум» - гудок – «Бум-бум» - гудок – «Бабах» - гудок – «Бабабах» - «Алло» - сердце перестало стучать и упало в пятки.

- Пабло, это ты?
- Да, Марисса, это я, - сердце по-прежнему находилось где-то в районе кед.
- Бустаманте, черт возьми, где тебя носит?! Что за подстава! Если твоя дырявая голова не позволяет тебе запомнить, что у нас концерт на носу, то заведи себе ежедневник, - запричитал гневный и такой любимый голос.
- Марисса, - настойчиво перебил ее Пабло, - мне нужно тебе кое-что сказать, только ради всего святого, дай мне договорить.
На том конце провода разом все стихло. Она явно удивилась и вся обратилась вслух. Пабло вздохнул, собираясь с мыслями. Внутри все дрожало, но отступать было некуда.
- Знаешь, - наконец начал он, - когда я узнал, что не смогу быть на концерте, чуть с ума не сошел. Не столько из-за концерта, сколько из-за того, что подвел вас. Всех вас. Мне казалось, что я ничего не могу сделать, что я бессилен в своих попытках переубедить отца, да и вообще просто бессилен. Потом я понял, что на самом деле мне наплевать. Это звучит ужасно, но это правда. Мне действительно на все плевать. На Мию, которая упадет в обморок или устроит истерику, хватаясь за успокоительные и бесконечно причитая, как трудно быть ею. На Мануэля, который тихо проговорит пару ругательств сквозь зубы, отчаянно уговаривая себя не выбить мои. На одноклассников, которые всю последнюю неделю только и делали, что обсуждали предстоящий и концерт. На поклонников, которые ждут - не дождутся очередного выступления любимой группы. Мне даже наплевать на сам концерт, который еще недавно я так ждал. Мне наплевать на все. Кроме тебя. Меня волнует то, что я подвел тебя. Как только я представляю твои глаза, полные презрения и ненависти, ноги подкашиваются, а сердце рвется на части, и я чувствую, что медленно умираю. Знаешь, я ведь никогда не мог спокойно выносить твой взгляд. Никогда. Мне казалось, что он проникает в самую глубь, вонзается в душу, позволяя читать меня, словно раскрытую книгу. Я боялся смотреть тебе в глаза, потому что был уверен - ты сразу все поймешь и обо всем догадаешься. И отвергнешь. Особенно страшно сейчас, когда наконец-то понял, что люблю тебя всей душой, всем сердцем, люблю как прежде, даже еще сильнее, и с каждым днем влюбляюсь все больше и больше, хотя казалось, что больше уже просто невозможно. Я всегда подсознательно стремился уберечь тебя от боли и страданий, даже когда ругался с тобой, потому что чувствовал – эти словесные баталии необходимы тебе так же, как и мне. Что поделать, если мы сами превратили их в единственный доступный нам способ общения? - легкий, едва уловимый смешок на том конце провода, подтвердил его правоту.
- Но, по иронии судьбы, самую большую боль причинил тебе я сам, - он горько усмехнулся. - И теперь я буду долго за нее расплачиваться. Возможно, ты еще что-то чувствуешь ко мне, но недоверие, которое я в тебе взрастил, со временем убьет и то немногое, что еще осталось где-то в глубине твоей души. Оно убьет и меня. Оно уже меня убивает. Знаешь, мне ничего не нужно в этой жизни, только ты. Но я понимаю, что не смогу тебя вернуть, потому что не оправдал твоих надежд – да что там, я даже своих не оправдал. Принц на белом коне, надо признать, из меня никудышный. Если уж говорить честно, то я и на коня-то едва ли тяну. Теперь я признаю, ты была права – я действительно всего лишь жалкий самонадеянный кретин. Оказывается, ты знала меня лучше всех, гораздо лучше, чем я знал себя сам. И все твои слова в мой адрес правдивы. Единственное, в чем ты ошиблась, так это том, что я никого не люблю, кроме себя. Помниться, именно это ты кричала мне во время той нашей памятной ссоры. Все-таки есть на этом свете одна девушка, которая для меня важнее жизни. Видимо, сама судьба хотела, чтобы мы с ней встретились. И пусть она самая невозможная, самая несносная особа, какую я только имел несчастье встретить, я все равно люблю ее. И буду любить, что бы не случилось.
И я ни о чем не жалею, кроме того, что не смог сделать ее счастливой, - последовала недолгая пауза, после чего Пабло продолжил:
- А я слишком люблю тебя, чтобы заставить вновь страдать. И если я был таким безмозглым идиотом, что отпустил тебя, то я заслуживаю того, чтобы тебя потерять. Раз твой выбор – Луис, что ж, я его уважаю. В конце концов, главное, чтобы ты была счастлива, не важно с кем, просто счастлива. Это единственное, чего я хочу.
На несколько секунд воцарилась мертвая тишина. Пабло перевел дыхание, успокоился и продолжил:
- А теперь к делу. Я в Мар-дель-Плато, беру билет на автобус, буду часа через четыре в колледже, может позже, так что не волнуйся, я выступлю на концерте.
- А как же отец? - совсем не к месту спросила ошеломленная Марисса.
- Да пошел он к черту, - коротко ответил Пабло и неожиданно отсоединился.
- Что за фигня? – сказал блондин уже самому себе, глядя на телефон. Безжизненный экран говорил о том, что батарея, как всегда, сдохла в самый неподходящий момент. С другой стороны, какая разница? Все, что хотел, он сказал.

Она не сразу поняла, что трубка молчит. Еще минут пять ее взгляд блуждал по комнате, словно выискивая что-то, известное лишь ей одной, а рука со всей силы сжимала телефон.
Все противоречивые чувства, которые она с таким трудом пыталась контролировать, набросились на нее, оставляя бессильной перед мужчиной, ее предавшим. Какие-то шлюзы внутри нее открылись, все барьеры, выстраиваемые ею с таким старанием и тщательностью, рухнули в одночасье, и она, наконец поняла: что бы он ни делал, как бы себя ни вел, что бы ни говорил, какой бы сволочью не был, она все равно будет его любить. Всегда. Словно кто-то большими буквами написал у нее на роду любить Пабло Бустаманте, доморощенного супермена, самоуверенного придурка и папенькиного сынка. И наплевать на все обиды и страдания, которые ей пришлось пережить, на голос разума, который без устали твердил о том, что он ей не пара. Марисса хотела верить в Пабло и в то, что их связывало. Она устала контролировать свои чувства, что с каждым днем было все сложнее и сложнее, и готова все забыть и простить. Хотя кого она обманывала? Она уже давным-давно простила. В конце концов, она же Марисса Пиа Спиритто, которая всегда получает то, что хочет. А хочет она только Пабло Бустаманте, и все тут. Со всеми его дурацкими привычками, несносными поступками, отвратительным характером, невообразимым упрямством, которое действует ей на нервы, ничем не объяснимой способностью выводить ее из себя за считанные секунды, с его непомерным эгоизмом. Со всем. Она просто любит его. Не за и не вопреки. Просто любит.
- Марисса, все в порядке? - Мануэль потряс подругу за плечо, не увидев у той ответной реакции.
- А? Ты мне? – Марисса наконец-то соизволила обратить на него свое внимание.
- Кому ж еще? Кто звонил? – поинтересовался мексиканец.
- Пабло, - как в полудреме пробормотала Спиритто.
- Пабло? – удивился он. – И что сказал?
- Кто? – растерянно проговорила Марисса, все еще витая в облаках.
- Как кто? Пабло, конечно, - недоуменно ответил Мануэль.
- Ах, Пабло. – Марисса потихоньку начала возвращаться с небес на землю. – Он приедет, - едва слышно произнесла она, боясь поверить в происходящее. – Приедет, - повторила она уже громче. – Приедет, Мануэль, приедет! – и она набросилась с поцелуями на ничего не понимающего мексиканца. – Приедет, приедет, приедет!
- Ничего не понимаю, - брюнет был явно обескуражен. – А как же Серхио? Он же его не отпустит. Ты уверена, что правильно его поняла?
- Я знала, понимаешь, я ведь всегда знала, просто не понимала, - Марисса совершенно не обращала внимания на друга. - Он может, я в него верю, всегда верила, Мануэль, честное слово! В глубине души я всегда знала, что он не подведет. Это же Пабло. Боже, я такая дура, Мануэль. Какая же я дура. Прости, мне надо идти, - протараторила она и, отцепившись, наконец, от шокированного парня, рванула к выходу.
- Что это с ней? – как только за Спиритто закрылась дверь, к Мануэлю подошла Белен.
Тут ацтек, наконец, понял, что произошло, и реакция не заставила себя долго ждать.
- Ура! – закричал он, поднимая изумленную девушку и кружа ее в объятиях. – Концерт будет!
- Ты что, дурак? Отпусти! – девушка попыталась освободится от его крепких объятий. - Конечно, будет. В воскресенье. Ты совсем с ума сошел?!
Но Мануэль ее уже не слушал – он уже несся в столовую, чтобы сообщить всем радостную новость.
- В этом колледже одни психи. И куда только смотрит Дунофф? – проворчала Белен, поправляя прическу.

- Сожалею, сеньор, но на этот рейс нет билетов.
- Как нет? Вы издеваетесь? – вскричал Пабло.
- Нет, - спокойно ответила кассирша. Видимо, такие сцены повторялись тут часто. – Могу предложить вам билет на следующий автобус. Он будет в шесть утра.
- Что?? Но это же через 12 часов!!
- Я в курсе, - самообладание не покидало ее.
- Но что мне делать столько времени в вашем отвратительном городе?
- У нас не так отвратительно, как вам могло показаться, - невозмутимо ответила кассирша.
- Но мне надо к друзьям, у меня концерт, вы понимаете, мне надо репетировать, в конце концов! Неужели нельзя что-нибудь придумать? Может можно поменяться с кем-нибудь билетом?
- Молодой человек перед вами как раз поменялся с одним господином, так что теоретически это возможно. Но, боюсь, не в вашем случае. Автобус только что уехал.
Пабло проводил гневным взглядом высокого блондина в красной футболке, который как раз запрыгивал в отъезжающий автобус.
- Девушка, - решив сменить тактику, елейным голосом начал Пабло, - уверен, для сына мэра Буэнос-Айреса можно что-нибудь придумать, - и он обворожительно улыбнулся.
- Следующий рейс через 12 часов,- кассиршу совершенно не волновало его семейное древо. – Ничего не могу вам предложить, поскольку в связи с погодными условиями, количество рейсов пришлось временно сократить.
- Я не могу ждать 12 часов!
- Берите билет, если хотите, и не задерживайте очередь,- холодно отчеканила девушка.
- А самолеты? - с надеждой произнес Пабло.
- Насколько мне известно, до завтрашнего дня объявлена нелетная погода, - она одарила его гневным взглядом. - Билет брать будете?
- Да, давайте мне ваш билет на шесть утра, - обреченно пробормотал супермен.

Мануэль влетел в столовую на всех парах, задел стол, за которым сидели ребята, опрокинул содержимое почти всех стаканов и заорал:
- Вы слышали новости?!
- В мед пункт привезли прививки от бешенства, и ты записался в очередь? Советую сразу пару штук вколоть, - недовольно проворчал Томас, вытирая салфеткой сок со своих штанов.
- Да иди ты, - дружелюбно ответил мексиканец. – У нас тут такое! – закатил глаза Ману.
- И что же произошло? – подала голос Лухан.
- Концерт не срывается, потому что Пабло возвращается! – продекламировал Мануэль на все кафе.
- Ты шутишь? – Гвидо поперхнулся пепси. Он был единственным, кому удалось сохранить свое пойло от разрушительного действия возбужденного ацтека.
- Нет, я только что говорил с Мариссой. Ей звонил Пабло, сказал, что берет билет на автобус. К вечеру должен быть здесь.
- Вы к этому причастны? – вопрос Лухан был адресован Гвидо и Томасу.
- Что? – не въехал Томас.
- Геройское возвращение Пабло наперекор воле отца. Должна заметить, что это покруче прачечной.
- Мы здесь совершенно не при чем, - клятвенно заверил ее Томас.
Лухан лишь присвистнула.

Но вечером Пабло не явился. Поздно вечером тоже. Телефонная трубка противным голосом сообщала, что абонент находится вне зоны действия сети. Марисса начала волноваться, но виду не показывала.
Когда все собрались в игровой, сидящий у телевизора Рокко что-то прокричал, призывая всех подойти. По главному каналу как раз передавали новости. Диктор с каменным лицом вещала об отвратительной погоде и невозможности покинуть побережье. Меры властей, решивших сократить все возможные пути транспортировки, были очень своевременны. В качестве примера было приведено сообщение об автобусе, ехавшем из Мар-дель-Платы в столицу и попавшем в аварию из-за бури. Количество жертв до сих пор не известно. Уже ведутся спасательные работы.
У Мариссы подкосились ноги, и она начала терять сознание. От падения ее спас Франциско, стоявший неподалеку. Ребята лишь молча переглядывались, не зная, что делать, а потом началась жуткая суматоха: Гвидо и Рокко беспрерывно набирали номер Пабло в надежде, что он возьмет трубку, Пилар понеслась к директору в надежде заполучить хоть какую-то информацию, Мия взяла на себя самую ответственную миссию – разговор с мэром, а Томас вызвался съездить к Пабло на квартиру – в надежде, что он приехал раньше и спокойно себе спит дома. И хотя идея показалась всем абсурдной, его дружно погнали по знакомому адресу. Марисса тоже хотела помочь, но просто не могла физически – она еле стояла на ногах, а руки дрожали, как у алкоголика со стажем, так что даже набор номера оказался непосильной задачей. Вокруг нее все время вертелась Лухан, пытаясь привести подругу в чувство.
Те два часа, что Эскурра отсутствовал, ребята не находили себе места, хотя внешне старались сохранять спокойствие, чтобы еще больше не пугать друг друга. К этому времени Марисса настолько разнервничалась, что не могла ничего соображать и только сновала из угла в угол и беспрерывно интересовалась, не вернулся ли Томас и не дозвонились ли до Пабло. Луис был грубо послан, когда сделал попытку ее развлечь, девочки предпочли и вовсе не подходить, чтобы не раздражать ее еще больше.
Паника началась тогда, когда вернулся Эскурра с сообщением о том, что Пабло в квартире нет, и, похоже, он там даже не появлялся. Не желая верить в ужасное, ребята решили, что ему просто не удалось сбежать от отца, так как всесильный мэр остановил автобус и вернул сына на место. Узнать это точно пока не представлялось возможным - попытки Мии связаться с Серхио успехом не увенчались.


 
katya_shev@Дата: Вторник, 03.05.2011, 21:55 | Сообщение # 11
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
- Пабло бы позвонил, он же знает, что мы будем волноваться - резонно заметила Лаура.
- Да нет, народ, - успокаивал всех Гвидо, хотя ему самому было безумно страшно, - как вы себе это представляете? Мэр просто в ярости останавливает автобус, вытаскивает оттуда своего непутевого сыночка, а потом любезно предоставляет ему свой мобильник, чтобы он позвонил друзьям, которые конкретно сели на очко? Глупости!
- Гвидо прав, - рьяно поддержал друга Томас. – Я, честно говоря, еще с самого начала считал, что затея гиблая. От мэра еще никто никогда так просто не сбегал, тем более сын. И вообще, мы даже не уверены, что он был в этом автобусе.
- Мы не можем сидеть, сложа руки. Нужно что-то делать, - проговорила Лаура, нервно теребя в руках салфетку.
- Что? – Вяло отозвалась Мия. – Даже папа ничего не смог узнать. А из-за какой-то дурацкой путаницы с компьютерами они не могут предоставить список пассажиров рейса.
- Кстати, а где Марисса? – озираясь по сторонам, спросил Томас.
- В комнате, вместе с Лухан сидят на телефоне. У Сони куча знакомых журналистов, они могут что-то знать об аварии, - ответила Лаура.
- Ребята, нам не о чем беспокоиться, по крайней мере, до завтрашнего утра. Уверен, что Пабло с мэром на скучнейшем собрании и обязательно нам позвонит, когда сможет. Все равно, заняться ему там нечем, - беззаботность и веселость, с которой говорил Лассен, напоминали беспечность наркомана, принявшего лошадиную дозу транквилизаторов. Его голос звучал искусственно и не внушал спокойствие, а скорее наоборот, заставлял лезть на стену от страха.
Когда часы показали полночь, ребятам все же пришлось разойтись по комнатам, потому как Блас не дремал, а искал жертву для нового наказания. Общим советом решили, что нужно подождать до утра, а там будет видно.
Марисса почти не сомкнула глаз. Хотелось кричать, выть и лезть на стену от безысходности. Телефонные звонки, уговоры, просьбы, проклятия и угрозы пользы не принесли – никто ничего не знал. Неужели судьба вновь сыграла с ней злую шутку? Нет, она снова поверила Пабло и в этот раз он не сможет ее оставить.

Утро было просто ужасным. Пожалуй, мало кому удалось испытать столько эмоций за такой короткий срок. Ребята, явившиеся на химию, больше напоминали роботов, чем живых людей. На Мариссу вообще было жалко смотреть: бессонную ночь выдавали темные круги и красные, опухшие глаза, а дикое волнение – нестерпимо дрожащие руки и полная рассеянность. В конце концов, учительница великодушно разрешила ей сходить в мед кабинет, когда та уронила две пробирку с каким-то раствором, а потом вместо воды схватила колбу с серной кислотой.
Благодаря самовнушению, к следующему уроку большая часть ребят успокоилась и могла адекватно воспринимать внешние сигналы. Марисса же, наоборот, абстрагировалась от окружающих, виной чему были, вероятно, успокоительные, полученные у врача. Сначала даже сама Спиритто подумала, что зря стащила из пачки еще пару лишних таблеток, но, когда в середине урока на пороге класса появился метающий гром и молнии Серхио Бустаманте, движимый диким желанием увидеть сбежавшего сына, поняла, что не зря.
В этот момент она перестала понимать, что происходит вокруг, перестала что-либо видеть и замечать, и лишь в ушах раздавался скрип двери, которая покачалась туда сюда, а затем остановилась – в точности как сердце Мариссы Спиритто.
Марисса словно выпала из реальности. Она помнила только истошный, пронзительный вопль, напоминающий больше рев раненого зверя, чем человеческий крик. Какой-то частью сознания она понимала, что эти звуки издает она сама, однако жгучая боль и страдание, пронзившие ее, были настолько сильными и глубокими, что разум покинул свою обладательницу. Отчаянно брыкаясь и пятясь, она оттолкнула подруг, когда те сделали слабую попытку ее утихомирить. Она что-то орала им в ответ на их просьбы успокоиться, но смысл слов быстро стерся из ее памяти. Потом прибежала врач, залила в нее какую-то горькую муть и заставила проглотить. Лекарство подействовало моментально – через пару минут на нее накатила такая апатия, отрешенность и безразличие ко всему, что она просто рассеянно плюхнулась на вовремя подставленный стул. Если бы она даже села на гвозди, она бы этого не заметила.
Серхио схватился за сердце и что-то отчаянно закричал, когда услышал, что Пабло нигде нет. Прибежал Дунофф и они вместе начали обзванивать всех, кого только можно. Мэр поднял все свои связи и обещал оторвать всем головы, если через пять минут они не узнают, где его любимый сын. Директор метался между телефонной трубкой и валерьянкой, которую никак не мог найти, и трижды обещал уволить врача, если она не предоставит успокоительное. Томас и Гвидо собрались ехать на место катастрофы помогать разгребать завалы. Мануэль кудахтал вокруг Мии, которая упала в обморок. Лухан и Лаура суетились вокруг Мариссы, пытаясь привести ее в чувство, он она лишь оттолкнула заботливо протянутую Лаурой руку и поплелась в комнату, еле передвигая ногами и молясь лишь о том, чтобы с Пабло ничего не случилось.
Едва она коснулась головой подушки, веки налились свинцом, и она, не в силах их открыть, провалилась в пустоту. Мимо нее проносились какие-то черно-белые картины, образы и чьи-то силуэты, связь между которыми она никак не могла уловить. Они мелькали с такой скоростью, что ее чуть не вывернуло наизнанку. Потом бешеный галоп прекратился, картины потекли плавно и размеренно, обрастая деталями и приобретая знакомые черты. Она наконец-то поняла, что это воспоминания. Самые важные воспоминания, которые не дают ей покоя вот уже год, терзая и без того страдающую душу. В течение нескольких секунд перед ней предстала вся их совместная жизнь, бесконечные ссоры, все глупые и необдуманные поступки, которые они успели натворить, любовные признания, которые они так страшились делать, нежные объятия, и страстные поцелуи.
Внезапно она ощутила, как огромный стальной кулак пронзил ее внутренности и дернул, после чего внутри образовалась зияющая дыра – черная и пустая, от которой веяло страшным, пронизывающим насквозь холодом одиночества. Воспоминания тут же исчезли, не оставив после себя и следа. Осталась только темнота – мрачная и холодная. Она обволакивала ее, проникала в легкие, мешая дышать, пыталась полностью поглотить Мариссу. Сопротивляться не было сил…
Сколько времени она пролежала словно труп, неизвестно. Один раз Марисса все же вышла из состояния транса, когда в комнату ворвалась Лаура и заорала, что Серхио удалось дозвониться до министра по чрезвычайным ситуациям. Пабло в списках пассажиров не было. Правда, в последний момент в автобус сел какой-то блондин, но это мог быть и не Пабло. Дальше Марисса не слушала, потому что снова провалилась в беспамятство.

- Сидеть здесь просто невозможно! Я сойду с ума. Вдруг ему нужна помощь?! – причитал Гвидо, стоя в холле и натягивая куртку.
- Ты собрался ехать туда? Не смеши, тебя там только не хватало. На месте происшествия работают первоклассные специалисты, ты будешь только мешать, - попыталась урезонить его Мия.
- Не такие уж они и первоклассные, если уже несколько часов не могут найти пострадавших, - фыркнул «герой» в ответ.
- Тебе же объяснили, что был ужасный ураган, автобус перевернуло, попадали деревья, куча обломков. Да и тебя туда даже не пустят. Короче, Гвидо, тебе там не место, - поддержал подругу Мануэль.
Все и так были на взводе, нервы начали сдавать, а тут еще и этот ненормальный с какой-то бешеной идеей.
- Отвалите, без вас разберусь, советчики, - огрызнулся Лассен.
В это время вниз спустились Лухан, Лаура и Томас.
- Ты готов? Как Марисса? – первый вопрос был адресован Томасу, который полностью поддерживал сумасбродную идею Гвидо, второй был направлен в адрес девушек, которые большую часть времени просидели у кровати подруги, пытаясь привести ее в чувство.
- Никак. На внешние раздражители не реагирует, на вопросы не отвечает, - устало пробормотала Линарес.
Никто не решился что-то ответить. Повисла тягостное молчание.
- Итак, - раздался напряженный голос Гвидо, - едем?
- Ты все-таки серьезно? Ненормальный! Куда тебя понесло? Я никуда тебя не отпущу, - Лаура схватила Гвидо за рукав куртки с намерением его вырвать. Если будет нужно, вместе с рукой.
- Лаура, прекрати, ты ведешь себя как дитя! – пытался урезонить ее Гвидо.
- Нет, это ты ведешь себя как ребенок…
Минут пять шел отчаянный спор, кто же младше. Лассен так увлекся, что не сразу отреагировал на Томаса, ожесточенно пихающего его в бок. Правда, сначала он все же обратил внимание выражение лица Мии, которое вдруг стало радостным и счастливым.
- Эй, дорогая, сейчас не время для веселья вообще-то, - недовольно проворчал он.
- Далеко собрался, Лассен? Или ты не знаешь, что покидать пределы школы в течение учебного дня запрещено? А что вы так на меня смотрите, как будто приведение увидели? – послышался сзади знакомый голос.
Гвидо медленно повернулся, боясь, что ему лишь пригрезилось, что не удивительно в сложившихся обстоятельствах, и встретился взглядом с Пабло. Живым и невредимым.
- В некотором роде так и есть, - медленно протянул он.
- Да что такое? Что за собрание? – продолжал сыпать вопросами блондин.
Общее оцепенение прошло через пару секунд, и все набросились на Пабло с поцелуями и объятиями.
- Эй, я тоже рад вас видеть, но вы меня задушите. Да в чем дело? Вы так радуетесь, что концерт состоится? – Бустаманте никак не мог взять в толк, что произошло с его друзьями за время его отсутствия. – Как будто вы меня целую вечность не видели.
- Ты скотина и говнюк, но я все равно тебя люблю, - проговорил Томас, обнимая друга.
- Что я сделал на этот раз?
- Ты должен был приехать еще вчера, где тебя носило? – Линарес опомнилась и задала волнующий всех вопрос.
- Не успел купить билет, и пришлось ждать следующего автобуса. Там большой перерыв из-за непогоды. Мобильник сел, на дороге произошла авария, может быть, вы слышали, движение временно было заблокировано.
- Слышали?? Мы может быть слышали?!! Ты издеваешься?! Придурок! Если бы ты не был моим другом, я бы надрал хорошенько твою задницу! Да мы уже тебя откапывать из-под развалин едем, думали, ты под ними еще валяешься. Это же твой автобус. Мы были уверены, что ты там! – проорал Лассен. Напряжение последнего дня все же давало о себе знать.
Ребята рассказали ему все, что происходило здесь накануне. Сказать, что Пабло был в шоке – это ничего не сказать.
- Думаю, Серхио уже не злиться на тебя. Он был просто сам не свой, - завершил Томас рассказ.
- Надо ему срочно позвонить. Томас, дай мобильник, - протянул Пабло руку.
- Не думала, что скажу когда-нибудь такое, но я чертовски рада тебя видеть, супермэн, - добродушно сказала Лухан, обнимая своего недавнего врага, пока тот набирал номер папочки.
- Ты взяла пример со своей подружки? Обычно она меня так называет, - глядя на экран, проговорил Пабло.
- Черт, Марисса! Она же ничего не знает. – Лухан треснула себя по лбу ладонью. – Мы идиоты, ребята. Бустаманте, стой тут и никуда не уходи, понял? И ни в какие автобусы больше не садись!
Пабло недоуменно проводил ее взглядом и тут же переключился на разговор с мэром, который как раз взял трубку.
Перепрыгивая через ступеньки, Лухан наконец-то поняла, зачем буквально ночевала в спортзалах.
Когда она ворвалась в комнату, Марисса лежала на кровати и смотрела в потолок. Глаза были еще более красными и опухшими и свидетельствовали о том, что их обладательница выплакала как минимум Тихий океан. Час назад девочки все-таки заставили ее переодеться и лечь спать, поэтому сейчас она куталась в свой голубой халат.
- Вставай, быстрее, Марисса, Пабло внизу. Он живой, слышишь! Ну, давай же, – затараторила с порога Линарес, спихивая рыжую с кровати.
Марисса лишь повернула голову в ее сторону, но не поднялась. Она вообще больше никак не дала подруге знать, что поняла, о чем идет речь. Казалось, она ее вообще не слышит.
- Марисса, эй! Земля вызывает, прием! – Лухан пощелкала пальцами прямо перед носом Сиритто. - Блондин внизу, ждет тебя. С ним все хорошо, он живой.
- О чем ты? – непонимающий взгляд.
- Милая, - ласково проговорила Линарес, - твой Пабло тут. Внизу. Живой и невредимый. Он ехал на другом автобусе.
До Мариссы наконец дошло, что ей пыталась втемяшить подруга, а в глазах забрезжило понимание происходящего. Она соскочила с кровати, пулей вылетела из комнаты, сбив с ног Бласа, и, как была, в тапочках и халате, понеслась на встречу счастью. Она проклинала строителей за то, что они сотворили такие длинные и запутанные коридоры, Гитлера за то, что поселил ее так далеко от лестницы, а девочек за то, что слонялись по коридору и путались под ногами. В голове, грозя разорвать ее на части, пульсировала лишь одна мысль - она бежит безумно долго, просто непростительно долго. Дистанция казалась ей настоящим спартанским марафоном. Она выжимала из мышц максимум энергии, дыхание было на пределе и в груди ужасно болело, словно кто-то влил туда горячий свинец, но она не могла позволить себе остановиться или хотя бы замедлить бег, и она пробежала бы несколько километров, лишь бы в конце пути ее ждал он. Лишь бы он ждал. Она совершенно не думала о том, что будет делать, когда достигнет своей цели: повиснет на шее, зацелует или будет вымаливать прощение, стоя на коленях, да и он вообще может ее послать – плевать, главное, что он здесь и с ним все в порядке.

- Так вы действительно думали, что я умер? – Пабло было безумно интересно узнать о происходящем. Ребята лишь ввели его в курс дела, избегая более подробного разговора.
- Ну, не то, чтобы умер, - протянул Лассен, - но мы уже готовились носить в больницу передачи…
- …Пару месяцев, - мрачно закончила Лаура.
- Неужели так серьезно? – притворно удивился Пабло, хотя на самом деле страшился подумать о том, что его друзьям пришлось пережить. – Уверен, кое-кто был бы очень рад не видеть меня эти пару месяцев, - проворчал он, отвернувшись.
- Зря ты так, - ответил Томас. – Если бы ты только знал, что ей пришлось пережить, ты бы так не ухмылялся.
- О чем ты? – удивился блондин.
- Пабло, она такую истерику устроила, еле успокоили. Чуть с ума не сошла, когда услышала сообщение об аварии, а уж когда мэр явился… Короче, ей досталось больше всех.
- Ничего не понимаю, – растерянно пробормотал Пабло, искренне удивляясь такой резкой перемене.
- Все же очевидно, дубина ты стоеросовая, - и Гвидо «нежно» похлопал друга по плечу.

Мариссе казалось, что прошло больше суток прежде, чем она достигла, наконец, своей цели. Толкнув дверь, разделяющую женское крыло от остальной части колледжа, она бросилась на перила главной лестницы и увидела Пабло. Он стоял внизу у входа, молча уставившись в одну ему ведомую точку, и совершенно не реагировал на происходящее. Невооруженным взглядом было видно, что он очень нервничает.
Он действительно нервничал и практически не слушал, что ему говорили друзья. Обуреваемый любопытством, он был взволнован гораздо сильнее обычного. Рассказ одноклассников выбил его из колеи. Неужели?.. Он запретил себе даже мечтать об этом. Но надежда все равно проникла в его душу, и он ждал, словно на иголках, появления Мариссы.

Спиритто на негнущихся от волнения ногах смогла сделать еще два шага в сторону лестницы, чувствуя себя, как начинающий музыкант, которому впервые в жизни предстоит выступать с сольным концертом, и остановилась. Внутри все дрожало, и было невозможно дышать. Она просто стояла и смотрела на него, не в силах пошевелиться. Пабло, видимо, что-то почувствовал, потому что оторвал глаза от пола и поднял их на Мариссу. Блондина словно подсекли на ходу, и у него перехватило дыхание. Первым, что он увидел, были такие любимые искрящиеся шоколадные глаза. Потом его взгляд скользнул вниз по ее бледному, почти прозрачному лицу, слегка прикрытому растрепанными волосами, немного задержался на чуть приоткрытых губах девушки, пополз вниз, охватывая ее тонкую фигурку, облаченную в домашний халат, еле достигающий колен, и вновь сфокусировался на красных от слез глазах, растерянно смотревших на него. Такая несчастная и потерянная, но все равно прекрасная и самая родная.
Марисса, как завороженная, не могла оторвать взгляд от его глаз, притягивающих ее словно два огромных магнита. Нервы натянулись и зазвенели как живые струны. Силы разом покинули тело, коленки подкосились, ноги стали ватными и почти не держали. Чтобы не упасть, она вцепилась негнущимися пальцами в перила изо всех сил, до боли в суставах. Девушка едва держалась на ногах, мир вокруг как будто стал безмолвным, а она перестала что либо замечать: перешептывающихся учеников, обсуждающих ее странный внешний вид, Бласа, который направлялся к ней, что-то крича про неподобающее поведение, своих друзей, которые разом замолчали, увидев ее. Для нее существовал лишь он, только его глаза она видела перед собой и только его губы хотела поцеловать.
Так они стояли пару минут, просто глядя друг другу в глаза и не смея пошевелиться, боясь, что невольное движение сможет в одночасье разрушить ту нить, которая только что их соединила. В воздухе витало счастье. Марисса смогла уловить его тонкий, едва ощутимый аромат, даже несмотря на то, что была ужасно напряжена, что все тело болело, а пальцы уже начала сводить судорога. Оно было повсюду, и с каждым вдохом оно наполняло ее легкие, разливаясь по венам, проникая в мозг, отчего вдруг стало легко-легко и невыносимо приятно. Дрожащими губами она прошептала «люблю», даже не надеясь, что он заметит.
Она сказала, что любит! Внезапно он тоже уловил этот сладковатый аромат, почему-то слегка отдававший жасмином. Наверное, потому что так пахли ее волосы.
Он чувствовал, как биение его сердца приходит в норму, прекращается звон в ушах, дыхание становится глубоким и ровным, а за спиной бесшумно раскрываются казавшиеся навсегда потерянными крылья. И это было так естественно, как будто он рожден был для того, чтобы летать. Повинуясь порыву, он опустил на пол рюкзак, висевший на правом плече, и медленно, словно боясь спугнуть свое счастье, пошел к лестнице.
Марисса, внимательно следившая за его действиями, вышла из оцепенения, разжала руки, стискивающие холодное железо, и, перепрыгивая через ступеньки и рискуя сломать ноги, бросилась вниз, потеряв на ходу один тапок. Они встретились у подножия лестницы. Она запрыгнула на него, обвив ногами и руками, он крепко сжал ее в объятиях, как будто испугавшись, что она ускользнет. Слезы струились по её щекам, застилали глаза и мешали любоваться таким любимым и родным лицом. Хотя она и так уже наизусть знала каждую бороздку и родинку. Она целовала его беспорядочно, туда, куда попадали губы, шепча о том, как сильно любит и как боится потерять, о том, какой была дурой и как по нему скучала, а он, смеясь, пытался поймать ее губы и думал, что он еще никогда не был таким счастливым. Чувства, давно дремавшие и так тщательно загоняемые в самые дальние закоулки сознания, наконец-то сбросили оковы и прорвались наружу, закружив своих обладателей в безумном вихре страсти и любви. Прошлое, столь ненавистное и тяжелое, но столь бережно хранимое, наконец-то уступило место счастливому и невероятному настоящему.
В конце концов, она немного успокоилась, слезла с него и встала на цыпочки, еле доставая ему до плеча.
- Прости, что так долго соображала, - еле вымолвила она.
- Спасибо, что вообще сообразила,* - он улыбнулся в сотый раз за последние пару минут, бережно провел рукой по ее волосам, чуть дотронувшись до лица и глядя ей в глаза с безграничной нежностью и любовью, отчего у Мариссы перехватило дыхание.

- Я сейчас заплачу, - умиленный происходящим, пробормотал Лассен.
- Ребята, а ведь у нас все-таки получилось, - гордо заявил Томас.
- Дорогой друг, хочу заметить, что мы тут не при делах, - спустила его на землю Лухан. – Твоей фантазии вообще хватило только на то, чтобы запереть их в прачечной, если ты помнишь. Сомневаюсь, что грязные простыни и вонючие носки поспособствовали бы воплощению наших замыслов.
- У меня было множество идей, - обиженно проворчал брюнет, - просто вы, мадам, не удосужились их даже выслушать.
- Знаешь, если они были так же гениальны, как первая, то - Слава Богу.
- Зато ты теперь называешь меня другом, о чем раньше даже подумать не могла, - радостно заметил Эскурра, слегка приобнимая Лухан.
- Да, что есть, то есть, - с улыбкой согласилась девушка.
- Я никак не могу взять в толк, о чем вы говорите, - подал голос Маркос.
Пилар согласно закивала.
- Ох, не парься, мы потом все расскажем, это долгая история, - сказал Томас, подмигивая своим товарищам.
Неожиданно, словно разрезая установившуюся атмосферу счастья и умиротворения, раздался жуткий визг. Он быстро распространился по всему холлу и грозил разорвать на куски все бьющиеся поверхности. Надо признать, что даже Миины истерики в лучшие ее минуты блекли на этом фоне. Тем не менее, все уставились на блондинку, но та лишь ошарашено хлопала длинными ресницами, всем своим видом показывая, что не имеет к данному звуковому эффекту никакого отношения. На арене боевых действий появилось новое лицо, а именно - всеми забытая пассия Бустаманте – эффектная брюнетка с длинными ногами.
- Что это еще такое?! – переходя на уровень ультразвука, закричала красотка. - Почему на моем парне висит какая-то обезьяна?
- Не хочется тебя расстраивать, но, судя по твоему визгу, на обезьяну больше смахиваешь ты, - сказала Мия, облокотясь на Мануэля.
- Тогда уж на Тарзана. Очень уж похоже на его победный клич. Знаете, когда он по лианам летает, - и Гвидо попытался продемонстрировать, что имел в виду.
- Как…? - Кристина сделала жалкую попытку перекричать дружный смех, но ее нагло перервали.
- Это очень грустно, и мне безумно жаль, но тебе тут ничего не светит. Просто смирись. - И Лухан по-отечески похлопала ее по плечу.

Пабло наконец-то оторвался от Мариссы. Слезы все еще текли у нее из глаз, но лицо озаряла счастливая улыбка без ума влюбленной девушки.
- Мне следовало бы убить тебя за то, что ты заставила меня так мучиться. Не вздумай больше никогда меня бросать. Запомни – никогда!
- Ты скучал по мне?
- Нет, черт возьми, я скучал по тому шуму и абсолютному хаосу, который ты умудряешься создавать вокруг себя.
- О, Пабло, милый, - она уткнулась лицом парню в шею, сильнее прижавшись к нему. - Я так волновалась… просто с ума сходила. Я ведь начала думать, что…
Блондин не дал ей договорить.
- Я люблю тебя и никому не отдам, - он нежно посмотрел ей в глаза, убирая с лица непослушную огненно-рыжую прядь, - и никогда не оставлю, слышишь?
- Никогда?
Ее огромные глаза вопросительно взглянули на него, позволяя, наконец, увидеть в них то, что было скрыто так долго – любовь, настоящую и всепоглощающую. В этот момент она напоминала ему маленького уязвимого ребенка, которого хотелось укрыть от всех невзгод. Он любил ее взбалмошный характер, своенравность, импульсивность, дерзкое выражение глаз, но больше всего – ее незащищенность, которую Марисса смогла открыть только Пабло, и это было свидетельством искренних чувств.
- Никогда, - ответил он, и в его глазах она увидела столько нежности, что в груди приятно защемило. – Иначе во что же ты превратишься? Ты только посмотри, что с тобой стало в мое отсутствие, - сказал Пабло, шутя. – Просто кошмар, Спиритто.
- Неужели я выгляжу так плохо? - Притворно вздохнула в ответ Марисса.
- Как мамаша графа Дракулы, у которой кончилась консервированная кровь.
- Кхе-кхе, простите, что прерываю, но я хотел бы поговорить с вами, Бустаманте.
Брови парня поползли вверх, глаза грозили вывалиться из орбит, а челюсть удачно приземлилась на пол. Марисса мало чем отличалась от своего любимого.
- Да, конечно, сеньор Дунофф, - все-таки смог он выдавить из себя.
- Ну что ж, тогда пройдемте в мой кабинет.
Вся честная компания перебазировалась в приемную директора. Во-первых, всем не терпелось узнать, что же такого важного пришло в седую голову Гитлера. Во-вторых, они решили быть поблизости, если вдруг придется устраивать бунт за неправомерное исключение ученика из школы или награждение необоснованным наказанием. Ребята стояли напротив стола Глории, которая по загадочным причинам отсутствовала, а Марисса сидела на стуле рядом с дверью в святая-святых – кабинет Дуноффа. Около нее, опять же у двери, ползал Лассен, в отчаянных попытках услышать хотя бы обрывки странного разговора. Судя по безостановочным сменам поз, удавалось ему это не очень.
- Эй, вы можете хоть на минуту заткнуться? – прошипел он, обращаясь одноклассникам. – Ничего же не слышно.
- Гвидо, зачем тебе это надо? Пабло выйдет и все тебе сам расскажет, причем во всех подробностях, - вяло пробормотала Спиритто.
- Вот я тебе удивляюсь. Откуда столько пофигизма?
- Как ты меня достал, просто сил нет, - Марисса закрыла глаза и откинулась на спинку стула.
Гвидо только хмыкнул и продолжил поиск наиболее удобной стратегической позиции.
- Ай, опять мой нос! – завопил Лассен, когда получил дверью по лицу.
- Прости, - извинился Бустаманте, держась за дверной косяк. – Не думал, что у тебя хватит смекалки подслушивать под дверью.
- Издеваешься? – сказал брюнет, потирая ушибленный орган.
- Нет, констатирую факт.
- Ну что там? – взволнованно спросила Марисса, резко подрываясь со своего места и прижимаясь к парню.
- Дурдом какой-то, я ничего не понимаю, - озадаченно проговорил Бустаманте, обнимая свою любимую.
- Что он сказал? Не тяни, мы тут с ума все сходим, - послышалось со всех сторон.
- Сказал, что безумно рад видеть меня в колледже, что само по себе уже невероятно, и что Кармен была так любезна, что простила мне большую часть долгов по литературе. Представляете? С чего бы это?
- Тут вся школа на ушах стояла, пока тебя искали. Может, мегере тоже не чуждо что-то человеческое? – предположил Мануэль.
- Так может, мне почаще так пропадать? А то у меня еще и по экономике завал, – ухмыльнулся блондин, за что тут же получил довольно сильный пинок от Мариссы.
- Только попробуй, и я лично оторву тебе голову и остальные выступающие части тела, - процедила она.
- Милая, - хитро улыбнулся Пабло, - не горячись. Думаю, некоторые выступающие части моего тела тебе могут пригодиться.
- Так, понятно, ребята, мы тут лишние. Пойдемте, - объявила Линарес, направляясь к двери и волоча за собой Маркоса.
- Лухан, ну как же так? Как раз добрались до самого интересного, - шутя ныл Лассен, следуя за своей боевой подругой. – Не зря же мы все это затеяли?
- Затеяли что? – зацепился Пабло за последнюю фразу.
- Вообще-то, - замялся Лассен, - у нас был план. Не совсем удачный. Вы должны были понять, что друг без друга вы сами с ума сойдете и всех остальных в психушку загоните.
- И в чем он заключался? – подала голос Марисса.
- Ну… вначале мы думали, что вас нужно только чуть-чуть подтолкнуть, - ответила Линарес. – Потом выяснилось, что мы капитально ошиблись. Уговоры и прочие словесные прения эффекта не возымели. А потом… мы взяли передышку, по некоторым причинам, - Лухан выразительно посмотрела на подругу, - думали попозже взяться за дело уже основательно. А тут вы уже и без нас справились…
- На самом деле, у нас с Томасом, - не унимался Лассен, - была припасена парочка отличных идей. Но этот тиран в юбке, - он показал на Лухан, - не дал нам их осуществить.
- Я даже не хочу знать, что придумала твоя больная голова,- быстро отреагировала Марисса.
- Ну и зря, - насупился Лассен, но тут же заулыбался опять. - Нет, ребята, «План Бараросса-2» должен был сработать, если бы не ваши дурацкие характеры. Два барана, честное слово.
- Откуда такое название? – изумился блондин.
- Элементарно: такой же гениальный и рассчитанный на скорую победу, но провалившийся, потому что противник был недооценен.
- Лаура, и как только ты это делаешь? – восхищенно пробормотал Томас.
- Книжки надо читать, бездарь, - лениво бросил довольный Гвидо. – Все, мы удаляемся и оставляем вас наедине, - он помахал счастливым влюбленным рукой и вышел под руку с Лаурой.
За ними потянулись и все остальные.
- Наконец-то одни, - сказал Пабло, как только дверь приемной закрылась за последним выходившим.
- Да, наконец-то, - Марисса лениво улыбнулась и потерлась носом о его шею. - Милый, не сочти за грубость, но меня как-то не привлекает перспектива целоваться под носом Гитлера. Думаю, это может повредить и без того сильно расшатанную нами психику директора. Пойдем.
- Куда?
- Подальше отсюда.
- Есть у меня одно предложение, - сладко пропел Бустаманте, уткнувшись ей в макушку. – Только не пойми превратно ход моих мыслей.
- Итак?- она подняла на него глаза.
- Там во дворе стоит моя большая удобная машина с полным баком бензина
- Продолжай…
- А в получасе езды отсюда находится моя квартира, тоже, кстати, немаленькая.
- Ход твоих мыслей мне нравится…
- Там, на втором этаже, есть большая-пребольшая кровать.
- …нравится все больше и больше.
- В таком случае, нам надо торопиться, пока ход моих мыслей тебя устраивает.
- Не бойся, я же мисс постоянство.
- Ну-ну, - хмыкнул Пабло. - Эм, Марисса…
- Да? – она вопросительно на него взглянула.
- Может, ты все-таки накинешь какую-нибудь одежду? – предложил Пабло, глядя на ее тапки и халат.
- А она разве мне понадобится? – многообещающе спросила она, невинно хлопая ресницами. – Бустаманте, что стоишь, как вкопанный? Или суперменов нынче надо подгонять?

Конец...


 
Форум » Разделы для v.I.p. .::. 50 messages on forum » Fan-fiction .::. Фан-фики » Дурдом "Ромашки" (by Acia)
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сайт управляется системой uCoz