katya_shev@ | Дата: Понедельник, 25.07.2011, 17:54 | Сообщение # 1 |
![katya_shev@](/avatar/81/409197.gif) We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Статус: Offline
| Пейринг: Марисса Пиа Спиритто (Андраде), Рокко Фуэнтос-Эчагуа Общий / / || гет || PG-13 Размер: мини || Глав: 2 бета: ~AIR~ Саммари:Беззаботное детство закончилось, а в своей новой жизни Марисса не видит ничего привлекательного и чувствует себя потерянной и как никогда одинокой. Что ж, на встрече выпускников ей предстоит убедиться в том, что она глубоко заблуждается. И поможет ей в этом Рокко. Пост-канон.
Глава 1
Будь ее воля, Марисса ни за что не пошла бы на встречу выпускников: слишком много болезненных воспоминаний эта самая встреча обещала всколыхнуть. Слишком много всего случилось за два года, проведенных в стенах колледжа, ставшего за это время чуть ли не вторым домом. Да и с Пабло Марисса впервые встретилась именно там, и поэтому была твердо уверена, что каждый класс, каждая комната, каждый закоулок – все, на что ни упадет взгляд, будет напоминать о нем и обо всем, что их связывало. Да и одноклассники – теперь уже бывшие – не преминут поинтересоваться, где же Пабло, почему он не пришел вместе с Мариссой…Никому из них, конечно же, и в голову не придет, что слышать подобные вопросы самой Мариссе невыносимо больно: она ведь только недавно оправилась от разрыва с любимым… Разлучило их, как бы глупо и банально это ни звучало, расстояние. Проблемы начались по возвращении из Мексики, где Пабло и Марисса со своими семьями проводили каникулы. Как-то вдруг неожиданно выяснилось, что Мора, мать Пабло, задерживаться в Аргентине не собирается – она намерена вернуться в Европу и, конечно, увезти с собой сына. Тот, услышав эту новость, поначалу засопротивлялся, но скорее для виду: выбора-то у него особенно и не было. Теперь, когда Серхио Бустаманте оказался за решеткой, Пабло перешел под опеку матери и остаться в стране одному ему бы никто не позволил. Переезжать же в Буэнос-Айрес Мора отказывалась наотрез. Сколько ни упрашивала ее Марисса изменить решение, все старания оказались тщетными. В конце концов была даже предпринята попытка подключить Соню, однако и она провалилась с треском. Тогда Марисса решилась на отчаянный шаг: самой уехать вместе с Пабло в Европу. Тогда ею руководило лишь желание во что бы то ни стало сберечь, сохранить их любовь, потому что оба ясно понимали: если они расстанутся сейчас, то расстанутся уже навсегда. В тот момент Мариссу не заботили даже чувства Сони, которую она в свой план, разумеется, не посвятила, зная, что мать не только не одобрит, но и будет категорически против. Не пришло в голову горе-беглянке и то, что без разрешения на выезд от родителей она просто-напросто не сможет покинуть страну. Побег не состоялся бы в любом случае, но он провалился, даже не начавшись: Соня поймала Мариссу на лестнице, и чтобы понять, что именно задумала дочь, ей хватило одного брошенного на туго набитый чемодан взгляда. Их с Пабло прощание Марисса помнила до мелочей. Помнила соленые поцелуи в аэропорту, помнила, как гладила родное лицо, жадно всматриваясь в него, стараясь сохранить в памяти каждую его черточку. Помнила и обещания Пабло писать и звонить чуть ли не каждый день, приезжать на каникулы. И Марисса верила, что все будет именно так: как никак, двадцать первый век, так что они обязательно найдут способ держать связь, не потеряют друг друга… Общение прекратилось через два месяца. Расстояние сделало свое дело, безжалостно перерезав все связывающие Мариссу и Пабло нити. Вот почему идти на встречу выпускников Мариссе не хотелось совершенно. Прошлое, с которым ей предстояло там столкнуться, было таким прекрасным, таким счастливым и…таким недоступным. Как бы хотелось повернуть время вспять, вернуться в то время, когда они еще были студентами «Элитного пути», свято верили, что не расстанутся по окончании колледжа и что «Мятежный дух», их группа, распавшаяся с отъездом Пабло, будет существовать вечно… К тому же, Марисса была уверена, что почти все ее одноклассники придут парами: Лаура – с Гидо, Фели – с Лало, Томас – с Пилар, Рокко – с Вико. О Лухан и Мии, новоиспеченных сестрах Мариссы, даже и говорить не стоило: их парни Маркос и Мануэль торчали у них дома чуть ли не круглосуточно и уже успели порядком надоесть «пятой лишней», которая теперь предпочитала отсиживаться у себя. На сей же раз эта уловка не сработала: узнав, что Марисса на встречу выпускников идти не собирается, Мия взяла дело в свои руки, считая своим долгом переубедить сестренку на этот счет. Надо отдать ей должное, тактику Колуччи выбрала абсолютно верную: двухчасовое трещание у Мариссы над ухом сделало свое дело, и упрямица скрепя сердце согласилась пойти с остальными. Согласилась, втайне надеясь при первом же удобном моменте сбежать домой…
***
Не успев вылезти из машины, Марисса уже пожалела о том, что дала слабину и уступила Мии: в колледже, любезно предоставленном на этот вечер выпускникам, вовсю гремела музыка (какой-то гений поставил диск «Мятежного духа»), со всех сторон слышался смех и радостные возгласы. Не разделяющая всеобщего приподнятого настроения, Марисса вдруг поймала себя на мысли о том, что наверняка весь вечер будет чувствовать себя лишней в этой предающейся восторгам толпе. Все было бы иначе, если бы здесь был Пабло… Около полутора часов Марисса лавировала между одноклассниками, выслушивая как комплименты, так и рассказы о том, что успело произойти за эти восемь месяцев. Обычно она старалась исчезнуть до того, как начнутся неприятные расспросы, но избежать их удавалось не всегда. – У меня? Все так же, ничего особо не изменилось. Пабло? А что Пабло? Он в Европе, – отвечала она, изо всех сил стараясь удержать на лице равнодушную мину, и под каким-нибудь предлогом отходила в сторону. На самом же деле изменилось всё, абсолютно всё – причем далеко не в лучшую сторону. А как же хотелось бы все вернуть… – Смотрите-ка, что у меня есть, – воскликнула Пилар, поднимая над головой коробку из-под шоколадных конфет. – Там на всех не хватит, – хохотнул Гидо. – Эй, да вы чего? Не помните разве? – искренне изумилась Пилар, и демонстрируя всем содержимое коробки: она была полна записочек. – Это же мы писали! Желания загадывали, как раз чтобы через год проверить, у кого сбудется! Давайте посмотрим! Воодушевившиеся девчонки зашумели, подступили ближе, только Мариссе вдруг захотелось оказаться как можно дальше отсюда. Ее-то желание уж точно не сбылось… С замиранием сердца она вслушивалась в чтение Пилар. В душе теплилась робкая надежда на то, что ее записка исчезла, потерялась, испарилась… – Сберечь любовь, потому что это самое ценное из всего, что у нас есть, – провозгласила Пилар, разворачивая очередной листок, и Марисса, не дожидаясь, пока та объявит ее имя, выкрикнула: – Не вышло, как видите! – и тут же почувствовала устремленные на нее вопросительные взгляды. – Это не твое желание, – осторожно заметила Пилар, глядя на Мариссу, как на ненормальную. – А вот и ее, – вмешалась Фели, выуживая другую записку. – «Сохранить свою любовь»… Смотрите-ка, у них с Рокко прямо-таки полное единодушие в этом плане! По толпе пробежал шепоток, и все непринужденно засмеялись. Марисса же выловила взглядом Рокко, который если и был удивлен, то сумел весьма тщательно это скрыть. Помедлив минуту и машинально отметив, что он тоже почему-то один, без Вико, «единомышленница» шагнула в его сторону. – Глупо вышло, да? – пробормотала она, приблизившись. – Отчего же? – отозвался Рокко с явной охотой: очевидно, ему, как и Мариссе, было здесь скучно и не слишком уютно. – На мой взгляд, весьма занятно, особенно если учесть, что случайно в этой жизни ничего не происходит. – Неужели? – Марисса скептически приподняла бровь, про себя задавшись вопросом: а не выпил ли он лишнего? – Конечно, – в обращенном к ней взгляде Рокко читалось некоторое превосходство. – И что же, по-твоему, всё это значит? Ну, записки эти… Рокко многозначительно усмехнулся, и Марисса почувствовала, как на губах появляется невольная улыбка: она помнила эту его усмешку еще со времен колледжа. – Ну, раз уж наши желания пока не сбылись, может быть, мы просто шли не в том направлении? – предположил он. – Может, это была не та любовь, которую стоило беречь? – Что? – задохнулась от гнева Марисса. – Да как ты… Как ты можешь? Ты же… Ты же ничего не знаешь! И кто дал тебе право судить?.. В глубине души она понимала, что, возможно, напрасно распаляется, повышает голос, но ничего не могла с собой поделать. Разве могла Марисса позволить кому-то оскорбить их с Пабло чувства, так пренебрежительно о них отозваться? Сама не зная зачем, она выложила Рокко все. Рассказала и обо всех своих попытках удержать Пабло в Буэнос-Айресе, и о неудавшемся побеге, и о прощании в аэропорту… Надо отдать ему должное, Рокко был отличным слушателем – хотя Марисса замечала это за ним и раньше. Дождавшись, пока она закончит, он мягко привлек ее к себе. Марисса не сопротивлялась, она даже была благодарна ему за это: на глазах выступили предательские слезы, а ей не хотелось, чтобы Рокко их видел. – В общем, ты не знаешь, о чем говоришь, – подытожила она, украдкой вытирая глаза. – О да, – неожиданно огрызнулся Рокко. – Конечно, не знаю. Куда мне… У меня все намного проще: просто пришел в неподходящий момент и увидел то, что не должен был видеть. – Прости… – отстранившись, тихо и виновато прошептала Марисса, тем самым нарушив повисшее в воздухе тягостное молчание. – Я… Я же не знала… «Могла бы догадаться: видела же, что он один, – мысленно обругала она саму себя. – Ведешь себя, как самая настоящая эгоистка!». – Вот только не надо меня жалеть, – сухо оборвал ее Рокко. – Пойдем лучше танцевать. Марисса уже и не помнила, когда последний раз танцевала медленный танец. На выпускном, с Пабло? Да, наверное… Честно говоря, она не слишком-то их и любила – терпеть не могла быть ведомой, но сейчас сопротивляться совершенно не хотелось. Рокко обнимал ее за талию, и рядом с ним было так хорошо и уютно, так что, когда затихли звуки музыки, Марисса испытала некоторое разочарование. Неохотно отстранившись, она подняла голову, но не успела произнести ни слова: Рокко приложил палец к ее губам. – Просто пойми, что нужно отпустить прошлое и найти в себе силы идти дальше, – выпалил он. – А еще – оглядеться. Вдруг счастье не позади, а где-то рядом? – с этими словами он развернулся и скрылся в толпе танцующих. – Хм, а я только хотела сказать, что ты неплохо танцуешь, – озадаченно проговорила ему вслед Марисса. Но что ни говори, а правота Рокко была очевидной. Изменилось все вокруг – пришла пора и Мариссе перестать жить воспоминаниями и тоже изменить что-то в своей жизни.
Глава 2
Всю последующую неделю Марисса упрямо, но безуспешно пыталась бороться с осознанием необходимости что-то менять. Не то чтобы оно пришло к ней после встречи с Рокко, ей говорили об этом и раньше: Мия, Лухан, Соня – но говорили не напрямую, а намеками, очевидно, опасаясь ранить ее еще больше. Но встреча выпускников показала Мариссе, что почти все ее друзья и одноклассники уже вошли во вкус новой жизни, нашли свое место во взрослом мире – в отличие от нее самой. Она застряла на перепутье. Не то чтобы Марисса боялась перемен, нет, она вообще мало чего боялась, особенно после разрыва с Пабло. Но слишком дорого ей было прошлое, слишком тяжело и болезненно было с ним расставаться. Потому-то Марисса и цеплялась за него так отчаянно, стараясь всеми силами удержать, и только сейчас поняла: оно ведь для нее давно потеряно. А сама она, не понимая этого и пытаясь бороться с реальным положением вещей, только усугубляла ситуацию. «И когда это я успела стать такой сентиментальной?» – отрешенно подумала она, мельком взглянув на себя в зеркало, и порывисто сорвала со стены одну из фотографий с прошлогоднего концерта «Мятежного духа». За ней последовали и остальные – засунув их все в ящик письменного стола, Марисса вдруг на удивление четко осознала, что сделать это нужно было еще давным-давно. Вторым ее шагом стало удаление всех, как отправленных, так и присланных, электронных писем. Но даже после этого Мариссу не покинуло странное ощущение того, что чего-то не хватает. И она догадывалась, чего именно. Достать телефон Рокко труда не составило: правда, пришлось обратиться к Мии, но та даже не стала любопытничать, а просто сделала звонок (Вико, наверное) и сунула сестре листок с номером. Марисса около минуты вслушивалась в длинные гудки и облегченно выдохнула, когда их сменил знакомый бархатистый голос. – Алло. – Алло, Рокко, – она запнулась. – Рокко, это Марисса… – Я узнал, – голос его потеплел, а Марисса про себя поразилась: как мог Рокко ее узнать, если на ее памяти они не общались по телефону еще ни разу? – Мне нужно с тобой поговорить, – безапелляционно заявила она, решив отложить на потом раздумья на этот счет. – Мы можем встретиться? – Ладно, – незамедлительно откликнулся Рокко. – Где? Хочешь, я приеду? Эта идея Мариссе совсем не понравилась. Остановка у нее дома не располагала к личным, интимным беседам: в гостиной Соня ругалась с Франко, на кухне хозяйничала Хильда, а две безустанно милующиеся парочки постоянно перемещались с места на место. Взгляд девушки упал на отданную Мией бумажку: помимо телефона, на ней был написан еще и адрес - между прочим, как нельзя кстати... – Лучше я. Можно?
***
Рокко ждал ее на улице – и почему-то уже этот факт вызвал у Мариссы улыбку. – Не хочешь пускать меня в дом? – ехидно осведомилась она, выбираясь из такси, но, заметив, как Рокко нахмурился, поспешно добавила: – Шутка. Извини. – Так о чем ты хотела поговорить? – поинтересовался Рокко, когда они оба прошли в дом и расположились на диване в гостиной. – Что-то случилось? Что-то серьезное? – добавил он уже с неприкрытым беспокойством в голосе. – Нет. Или… Да, – Марисса вдруг неожиданно почувствовала себя глупо. Может быть, зря она вообще приехала? Кажется, не так уж Рокко и рад ее видеть… Хотя – раз начала, надо доводить дело до конца. Отступаться не в ее правилах. – Я вняла твоему совету. – Вот как? – впервые за последнее время на лице Рокко отразилось некоторое удивление. – Ты был прав насчет того, что пора начать жить дальше, – выдавила из себя Марисса. – Ну, и во втором случае тоже… – Во втором? – Рокко вопросительно изогнул бровь, не понимая, что она имеет в виду. – Да. Я огляделась, – Марисса резко подняла голову и взглянула ему прямо в глаза. – Огляделась и поняла, что счастье действительно может быть рядом. В следующую секунду ее губы накрыли губы Рокко. Марисса совсем не была уверена в том, что поступает правильно, но одно она знала точно: жалеть об этом она не будет. За последнюю неделю образ Рокко всплывал в ее памяти даже чаще, чем образ Пабло, уже нечеткий и расплывающийся. Теперь Марисса готова была признать даже то, что все это время во многом идеализировала своего бывшего парня. Да, великая вещь – самовнушение… Сердце в груди радостно встрепенулось, когда Марисса поняла, что Рокко отвечает на ее поцелуй: робко, несмело, неуверенно – но все-таки отвечает. Запустив пальцы в его волосы, она придвинулась еще ближе, как вдруг Рокко неожиданно отстранился. – Вообще-то, я тогда говорил в переносном, а не в буквальном смысле, – извиняющимся тоном произнес он и смущенно отвел глаза. – Я знаю, – мотнула головой Марисса. – Я же не виновата, что они в данном случае совпадают. – Тогда это одно из самых удачных совпадений, с которыми мне приходилось сталкиваться, – с улыбкой признал Рокко, все еще продолжая сверлить взглядом стену. – Одно из? – с недоверием переспросила Марисса, облизывая губы. – Ладно – самое удачное, – рассмеялся он, повернув к ней голову. – А ты предполагал, что так будет, да? – Не предполагал, – признался Рокко, накрывая ее ладонь своей. – Но надеялся. Он уже хотел было признаться в том, что еще в колледже Марисса была первой, кто обратил на себя его внимание (хотя ее и невозможно было не заметить), и что он обязательно попробовал бы завоевать ее, не будь она так увлечена Пабло; но в последний миг вдруг передумал. В конце концов, у них еще будет время всё обсудить. Всё на свете. – Тогда зачем ты тянул? Не мог найти меня раньше? – Всему свое время, – рассудил Рокко. – Я ждал, пока ты сама все поймешь и будешь готова… к переменам. – Тоже мне, стратег нашелся, – проворчала себе под нос Марисса и прижалась щекой к его плечу. – Никто не говорил, что будет легко. – А мне кажется, именно теперь как раз и будет…
***
Проводив снисходительным взглядом Мариссу, вернувшуюся домой далеко за полночь, Мия с улыбкой покачала головой. Она-то еще неделю назад заметила, что между ее сестрой и Рокко определенно что-то есть: слишком уж нежно обнимали они друг друга в танце. Да и потом, раз у них одинаковые желания – то почему бы не помочь друг другу их исполнить? «Кажется, если кому и придется уговаривать ее пойти на День Рождения к Фелиситас на следующей неделе, то уж точно не мне», – удовлетворенно подумала Мия – и не ошиблась. На вечеринке Фели Марисса и Рокко появились вместе, держась за руки. Как и на следующей встрече выпускников – на нее Марисса шла уже с куда большей охотой…
|
|
| |