Воскресенье, 19.11.2017, 13:11
Приветствую Вас Гость RSS
Esprit rebelle
ГлавнаяПервая любовь или картина на стене - ФорумРегистрацияВход
[ Список всех тем · Список пользователей · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Разделы для v.I.p. .::. 50 messages on forum » Fan-fiction .::. Фан-фики » Первая любовь или картина на стене (by Mia-amor)
Первая любовь или картина на стене
katya_shev@Дата: Пятница, 27.05.2011, 13:15 | Сообщение # 1
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
Автор: Mia-amor
Название: Первая любовь или картина на стене
Статус: завершен
Размер: небольшой
Бета: Ranale
Размещение: предупреждайте только
Пары: ЛЭ, там поймете
Дисклаймер: Крис Морена
Рейтинг: PG-13|T|
Жанр: Romance
Содержание: фанфик о судьбе Мии и Мануэля и о любви двух подростков
E-mail: leralucky@mail.ru

Лилиана спустилась вниз. Отец сидел у себя за неоконченной картиной. Лили обвила его шею руками и поцеловала в щеку.
- Малыш, садись на скамейку возле окна, мне как раз нужно кое-что закончить, - обратился к ней Мануэль.
Девушка легко подбежала к окну и приняла нужную позу. Ману с любовью оглядел эту красоту и взялся за краски.
« Зачем она так напоминает ее? Разве есть страшнее наказание, видеть живую Мию и знать, что это не она? И зачем сердце бешено рвется в небо, к ней? Кто это придумал? Лили, маленькая Лили, превратилась в Мию Колуччи, чтобы я расплатился за всю боль, что я причинял людям».
Лили сидела, не шевелясь, с серьезным выражением лица. Солнечный зайчик, пускаемый с улицы мальчишками, пробежал по ее юбке и скользнул на нос Мануэля. Девушка засмеялась и соскочила со скамеечки.
- Сядь обратно, милая, - попросил Мануэль и с грустью посмотрел на родное лицо.
Улыбка сразу сбежала с молодого лица Лилианы, и она опять обняла отца:
- Я знаю, как ты горюешь, что я не она. Я помню, как мама сидела часами на этой скамеечке и терпеливо позировала для твоих картин, но нам нужно смириться с этой потерей, - горячо заговорила Лили.
« Она еще ничего не понимает в жизни. Как ей повезло. Как это легко: не чувствовать этого разрушающего чувства под названием любовь. А скоро поймет мою потерю, скоро она научится любить», - думал Ману.
- Тебе это легче, ты молода и в твоей жизни еще будет много моментов наполненных любовью. Ты встретишь мужчину, родишь ему детей. Ты еще полюбишь, а я уже нет, - Мануэль прижал к себе светлую голову.
- Но папа, ты ведь тоже можешь встретить женщину. И ведь я есть у тебя, правда? – голубые глаза вопросительно глянули на мужчину.
- Ты у меня есть, родная моя. Я ни о чем не жалею, знай. Я очень тебя люблю, и не только потому, что ты как капля воды похожа на свою мать, но и потому что ты моя дочь.
Для Лили эти слова значили очень много. Она всхлипнула и выбежала из комнаты. Это были последние слова, которые она слышала от своего отца.

Ближе к вечеру Мануэль взял одну из своих картин и понес продавать. К его удивлению, картину купили быстро и дали за нее большую сумму для такого непризнанного художника, как он. Молодой человек даже не стал торговаться. Мануэль довольный продажей, пошел домой. По пути, собираясь зайти в магазин, чтобы купить что-нибудь своей малышке. Но до магазина он не дошел. Когда Мануэль проходил мимо одного уютного домика, он вдруг услышал, как смеется молодая женщина, играя со своим ребенком, и ему в тот момент почудился голос его Мииты. Она как будто звала его, смеясь и протягивая ему руки. Мануэль улыбнулся и шагнул в давно потерянные объятия.
Позже врач зафиксирует внезапную остановку сердца.

Лилиана беспокойно ворочалась в своей постели. Впервые за 16 лет своей жизни она ощущала безграничную пустоту и одиночество. Даже, когда умирала мама, ей не было так одиноко. Лили встала. Шагов отца не было слышно. После того, как два года назад Мия заболела и медленно умерла, отец каждую ночь мерил спальню шагами. Ему было невыносимо жить без нее. Лили была чужда теперь эта тишина. Она выскользнула из комнаты и босиком зашла в комнату родителей – папы не было. Лилиана вздрогнула. На столе стояла фотография их семьи. Мия и Мануэль стояли обнявшись. А рядом стояла маленькая Лили. Она всегда была отдельно от них. Их любовь была настолько неразлучной, целой, непоколебимой, что маленькой дочке просто не хватило в ней места. Но это ни чуть не обижало девочку. Она всегда восхищалась родителями. Они любили ее, но в свой мир не пускали. Слишком несчастной была эта любовь, полна всевозможных лишений. Самые частые фразы, которые говорила ее мама, были: «Мы всегда будем вместе» - это она говорила отцу, и «Как несправедлива я к своей бедной дочери. Она должна быть не здесь» - это она говорила няне Лилианы.
Свою няню Лили помнила с самого раннего детства. Она всегда была рядом. Вот и сейчас девочка прибежала в ее комнату и с волнением закричала:
- Няня, отец еще не вернулся.
Анна встала, накинула на голые плечи Лили плед.
- Иди в постель, нечего тебе бегать босиком в легкой ночнушки по этому холоду. Вот когда твой отец будет в состоянии обеспечить нас теплом и здоровой пищею, тогда и будешь беспокоиться о нем. Моя бедная Миита всю жизнь страдала из-за него. Не хватало, чтобы и тебе перепало, - заворчала старая няня, разворачивая девушку к выходу.
Лилиана послушно вышла из комнаты и замерла в коридоре.
- Иди же в спальню, - подтолкнула ее няня.
- Нянюшка, кто-то стучит. Это, наверное, папа.
- У него ключи. Я, думаю, не стоит, открывать дверь. В этот час нормальные люди уже спят.
Лили кивнула и убежала в сторону своей спальни. Анна закрыла за ней дверь. Лили, увидев, что няня ее уже не видит, сбежала вниз. В дверь постучали настойчивее. Лилиана распахнула дверь, готовая броситься в объятия отца, и замерла от неожиданности и чего-то еще. Это незнакомое ей чувство: сковало тело, вырвало душу и заставило сердце совершить сальто, и забиться в неудержимой дрожи. Перед ней стоял молодой парень, который также как и она, замер и смотрел на нее с нескрываемым удивлением. Лили показалось, что они стоят так уже вечность, и еще такую же вечность готова была простоять, ночной холодок пробрался под хлопок ночнушки и вызвал трепетную дрожь. Парень тоже вздрогнул и шагнул в дверь. Лили отступила и вздохнула.
- Не бойся меня. Я сам тебя боюсь.
Лили вопросительно распахнула голубые глаза.
- Я увидел тебя сегодня днем и влюбился, - тихо продолжил парень.
- Но я сегодня никуда не выходила, как ты мог меня увидеть? – шепотом спросила Лили, чувствуя, что не может оторваться от теплых карих глаз.
- Я увидел тебя на картине, которую сразу же купил и повесил в своей комнате, - объяснил парень.
Лили обрадовано захлопала в ладоши. Этот жест был таким милым и детским, что парню показалось, что перед ним ангелочек.
- Значит, папа продал картину!? Как здорово.
- Я пришел, чтобы купить еще картин с твоим изображением, а нашел оригинал.
Лили покраснела и спросила:
- Вам, правда, нравятся картины отца?
- Они великолепны.
Лилиана улыбнулась:
- Как бы было прекрасно, если бы вы сказали это ему. Отцу никогда, кроме нас с мамой, не говорили, что его картины красивы.
- Я уже сказал сегодня, когда покупал картину. А как тебя зовут, ангелочек? – спросил парень, с ужасом понимая, что больше никогда не забудет ярко-голубых глаз и крошечной родинки на подбородке.
- Лилиана.
- А меня Эдвард.
- Может ты, наконец, зайдешь в дом?
- Я и не заметил, что мы стоим почти на улице.
Лили опять улыбнулась. Эдвард заметил, как от улыбки загораются ее глаза.
Они прошли в гостиную. Комната была маленькой, но уютной, хотя обстановка была бедной.
- Я бы предложила тебе кофе, но няня проснется, и будет ругаться, - виновато затараторила девушка.
- У тебя до сих пор есть няня? – удивился Эд.
- Да. А что это плохо?
- Нет, просто я думал ты уже взрослая.
- Я не знала, что это плохо, - залепетала Лили, но губы Эдда заглушили ее слова.
И все полетело. Девушка зажмурилась и ухватилась за его шею. Ток пробежал по позвоночнику, и она прижалась к нему сильнее. «Неужели и у меня может быть как у мамы с папой», - пронеслось в голове Лили, прежде чем звонок телефона прервал их. Лилиана машинально подняла трубку, не осознав еще, что она делает, и услышала мужской голос:
- Сеньорита, кем вам приходится Мануэль Агирре?
- Отец, - прошептала девушка, чувствуя, что сердце сжимается от страха.
- Сегодня вечером у него остановилось сердце. Тело можете забрать завтра утром, если… - но Лили уже не слышала. Она отпустила трубку на колени и вся вдруг сжалась. Эдвард подскочил к ней и встряхнул. Она молча уставилась в пол. Эдвард подхватил трубку и услышал:
- … организацию похорон вашего отца мы можем взять на себя за определенную плату…
- Лили, плачь, плачь!
Но она только раскачивалась.
- Лили, пожалуйста, плачь, кричи, бей меня, а то ты убьешь себя. Вылей свою боль.
Лили только всхлипнула и больше не смогла.
Эдвард ударил ее по щеке. Лили только услышала отчаянный крик и только когда темнота начала накатываться на нее, Лилиана поняла, что это кричала она.
Когда Лилиана открыла глаза, то увидела Эдда. Он сидел на краю ее кровати и с беспокойством вглядывался в ее лицо. Лили слабо шевельнула рукой и заплакала.
- Не надо, мы справимся, честно, - зашептал Эдвард, поднося ее хрупкую руку к губам.
- Я не смогу, я теперь совсем одна, - плакала Лили.
- У тебя теперь есть я.
Лили вздрогнула и перестала плакать. Его теплые карие глаза смотрели на нее с любовью.
- Сейчас не время плакать. Завтра похороны, мне нужно взять себя в руки, - сказала она, вытирая трясущимися руками слезы.
- Мы похоронили его две недели назад, - тихо ответил Эд.
- Как? – выдохнула Лили.
- У тебя была лихорадка. Я и Анна всё уже сделали.
- Я ведь хотела, чтобы они были вместе с мамой.
- Я знаю. Я все сделал. Садовник посадил на их могилах розы, и весной они сплетутся между собой, как в сказке.
Лилиана с удивлением смотрела на него. Он думал, так же как и она.
- Я увезу тебя отсюда, как только ты немного поправишься. Я куплю тебе квартиру и буду жить там с тобой. Мы будем любить друг друга.
Очарование пропало.
- Как квартиру? – слабым голосом спросила Лили.
- Если мы не сойдемся, она останется твоей, - быстро заверил ее Эд, думая, что ее страх вызван именно этим.
- Уйди, - попросила она.
- Но, милая, я не хочу оставлять тебя.
- Уйди, - еще раз попросила Лили.
Эд поднялся и вышел. Когда через пятнадцать минут к Лили зашла няня, девушка заливалась слезами.
- Что случилось детка? Мануэль теперь с Мией, они, наконец, счастливы.
- Я не об этом, - простонала девочка, - он предложил мне стать его любовницей и даже назначил мне плату – квартиру. Я больше не хочу терпеть это. Мама всю жизнь страдала. Ману так и не сделал ее женой. Я не хочу также страдать.
Няня обняла свою малышку и стала укачивать, как когда-то в детстве.

Эд зашел в дом и плюхнулся в кресло. Его обеспокоили последние слова Лилианы. По лестнице с грозным видом спускалась Марисса.
- Где ты был две недели? Дунофф грозится выгнать тебя из школы. Я думаю, вылететь из колледжа на пятом курсе – это рекорд, - Марисса встала над сыном и скрестила руки.
- Мам, я влюбился, - вдруг выдохнул он.
Марисса засмеялась:
- Еще одна? Сколько можно! Ты ее бросишь через два дня. Ты у нее был? Хоть позаботился, чтобы она не забеременела? Знаешь, за две недели можно сделать даже двойню или тройню.
- Мама, я серьезно. Мы не спали вместе, потому что она такая невинная, нежная, хрупкая.
Мари задумалась, а потом грустно сказала:
- Мануэль так всегда говорил о твоей тете.
- Кстати, у нее умер отец. Она заболела, и я был с ней.
Марисса задумчиво посмотрела на сына:
- Расскажи мне о ней, - попросил она, присаживаясь рядом с ним.
- она такая воздушная, чистая, нежная, совсем без кокетства и лицемерия. Если ей грустно она грустит, если она рада, то по-детски хлопает в ладоши, - сын запнулся, не зная, как описать девушку, которая разительно отличается от остальных.
- И совсем не бунтарка, - закончила Марисса.
- Знаешь, мама, это не самое главное. А хочешь, я ее тебе покажу?!
Марисса вопросительно подняла бровь.
- Она нарисована на картине, пойдем, - потянул ее Эд. Марисса пошла за сыном в его комнату и замерла, увидев картину. Она минут пять не сводила взгляда с картины, а потом прошептала:
- Она же тебе в матери годится.
- С чего ты взяла, - оторопел Эдвард, - ей всего шестнадцать.
- Ей было шестнадцать, двадцать лет назад, - возразила Мари.
- Да с чего ты взяла? – разозлился сын.
Марисса не ответила на вопрос. Она стояла и смотрела на сестру, которая была изображена на картине. Потом она вспомнила слова сына: «У нее умер отец». Но Мари только утром разговаривала с Франко.
- Что же это происходит? – не удержалась Марисса, потом увидела растерянного сына и предложила, - пригласи ее в гости.
- Да, я так и сделаю. Она осталась совсем одна. А у нас она будет в семье. Я надеюсь, отец будет дома? – обрадовался Эдвард.
Марисса кивнула и еще раз взглянула на пропавшую одиннадцать лет назад сестру.

Анна зашла в комнату Лили и критическим взглядом осмотрела свою воспитанницу.
- Ничего не бери, - приказала она.
- Я только возьму фотографию родителей и картину, на которой нарисована мама, - попросила девочка.
- Хорошо, только припрячь подальше.
Девушка кивнула. Через пять минут у дверей их дома просигналило такси. Анна помогла девушке сесть в машину и назвала водителю адрес. По дороге няня вспомнила свою Мию. Она ведь воспитывала ее вместе с Питером, когда та была совсем крошкой. А теперь Мии нет, и даже не верится.
« Ах, если бы она одиннадцать лет назад не сбежала от богатого, но нелюбимого мужа к этому бедному художнику, то сейчас бы была жива, а моя Лили была бы богатой, счастливой девочкой», - подумала няня.
- Счастливой ли? – спросила Лилиана, и Анна поняла, что рассуждает вслух.
- А почему нет? Этого мексиканца я знаю очень давно. Твоя мама была на год младше, чем ты сейчас, и уже тогда знала, что такое боль от любви. Как же он ее мучил.
- Мама была с ним очень счастлива. И я думаю, она не захотела бы прожить жизнь как-нибудь по-другому.
- Была у нее ошибка. Хотя я считаю, что она все сделала правильно. Она очень жалела, что не забрала с собой Андреаса.
- Да, я тоже скучаю по брату.
- Ты эгоистка, синьоритта. Ваш брат живет намного лучше, чем вы, - разозлилась Анна.
- Он не мог жить лучше, чем я, потому что у него не было нашей прекрасной и нежной мамы, - возразила Лилиана и отвернулась к окну.
Анна замолчала. Она вспоминала, как Мия убежала с Мануэлем. Мия тогда была замужем за Кевином Кейсом, одним из самых богатых мужчин страны. К тому же он любил ее без памяти. А Мия никогда не любила его. Она плакала по ночам в подушку, а днем цепляла на лицо маску беззаботности и эгоизма. Ей было нестерпимо больно, что Мануэль уехал в Мексику из-за того, что не смог быть с ней. Мия родила двух детей: Андреаса и через два года Лилиану. Ее семейная жизнь текла скучно и однообразно. Однажды на день рождение Андреаса, ему исполнялось шесть лет, появился Мануэль. Он клялся ей в любви, уверял, что больше не может без нее. А муж нашептывал ей по ночам, что непременно убьет ее любовника, если он еще раз приблизится к ней. Отчаянье накатилось волной. Кевин любил ее и пытался удержать. Она знала, что он будет действовать любым способом. Мысль о побеге возникла в обессиленном мозгу Мии. Она не спала ночами, все подходила к спящим детям и целовала их. А однажды разбудила посреди ночи маленькую дочку, отдала ее няне и они втроем вышли из дома. Мануэль уже ждал их. Так началась для Мии и Лилианы счастливая, но бедная жизнь. Поселилась новая семья в самом отдаленном районе города, под чужими именами. Мануэль первое время пытался устроиться на работу, но в стране был кризис и безработица. Так и определила судьба участь этой семьи. Когда Ману спросил, почему Мия взяла дочь, а не сына, она ответила:
- Андреаса хорошо воспитает отец, оставит ему наследство. А Лили не сможет без мамы. Я ведь знаю, что значит для девочки мама…
Теперь няня везла девочку к настоящему отцу. Такси подъехало к богатому дому. Лили с восторгом распахнула голубые глаза.
- Ты помнишь? – спросила няня.
- Немного. Помню, как Андреас дразнил меня малявкой.
- Идем.
Они зашли в богато убранный холл. К ним поспешил дворецкий. Проводи нас к сеньору Кейсу, - властно распорядилась Анна, а сама стала расстегивать кофту Лили. Лилиана стояла, не шевелясь, как в детстве.
- Как о вас доложить? – спросил надменный дворецкий.
- Я сама о нас доложу, - решила Анна и подтолкнула девушку в сторону гостиной.
Когда Лилиана зашла в комнату, то невольно вздрогнула. Шторы были плотно задернуты, свет не горел. Темнота отпускалась на сидящего в кресле мужчину. Увидев Лилиану, он вскрикнул:
- Мия?!
Лили испуганно попятилась к двери и прошептала:
- Папа.
Ее слова долетели до Кевина и ударили в сердце.
- Лилиана? – спросил он.
Няня подтолкнула девочку к нему, и Лили вдруг расплакалась, как маленькая девочка и кинулась к отцу. Она упала рядом с его креслом на колени, обхватила его ноги, и все плакала и плакала.
- Лилиана, - опять спросил Кевин и положил руку на ее светлую голову.
- Папа, я теперь совсем одна. Ты же не прогонишь меня?
- Что с Мией? – пересохшими губами спросил Кевин.
- Она умерла два года назад.
- От чего?
- Из-за недоедания. Так сказал доктор. Она гасла, как свечка.
Кевин вздрогнул:
- А он?
- Па…Мануэль умер две недели назад. Я не могла его бросить, понимаешь? – девочка подняла на него голубые глаза, Миины глаза.
- Маленькая моя, мне было плохо без тебя, - прошептал Кевин.

Лили стояла у окна и теребила поясок дорогой юбки.
- Я определю тебя в лучшую школу, - Кевин подошел к дочери. Она стала еще прекраснее, чем была. Кевин купил ей много дорогих вещей. Правда, она не была в восторге, а просто вежливо и смущенно приняла подарки. Он уже представил ее некоторым своим друзьям. Все были восхищены ее воспитанностью и очарованием. В ней была врожденная грация и изящество. Всем вокруг Кевин говорил, что дочь приехала из Франции, где она училась в лучшей школе для девочек. Благо Лилиана знала в совершенстве французский язык. Мия часто говорила с дочерью на этом языке.
- Мама всему учила меня сама.
- Чему она могла научить тебя? Когда она училась, у нее в голове были только мальчики, - Кевин был раздражен.
Лили вспыхнула:
- Мама была самой лучшей. И она на самом деле любила его.
- Прости, малыш, я сделал тебе больно, - Кевин приобнял ее.
- Когда уже приедет Андреас?
- Не знаю. Дунофф сказал, что звонил ему. Его не было уже полгода. Но скоро прилетит, раз директор сам занялся его воспитанием.
- Я надеюсь.
- Беги, переоденься к ужину, - Кевин подтолкнул ее к двери.
Лили неохотно поплелась, но вдруг замерла, увидев всклоченную голову молодого парня. Он забежал в гостиную и замер. Лилиана увидела точно такие же глаза, как у нее и маленькую родинку на подбородке.
Андреас хотел, было уже крикнуть: «мама», но когда подлетел к девушке, сжал ее в объятьях, он все понял:
- Сестренка, маленькая моя! Я так скучал.
Лили засмеялась и крепче обняла брата.
- Какая ты стала красивая, - брат восхищенно оглядывал Лилиану, - а почему я не видел маму, когда бежал сюда. Это ведь запах маминых духов?
- Нет, Андреас, это мои духи.
Парень вдохнул свежий аромат светлых волос.
- Так почему меня не встречает мама? – совсем по-детски спросил Андреас.
- Мамы больше нет, - прошептала Лили.
Андреас странно дернулся и отвернулся. Потом сел в кресло и с отчаяньем глянул на Лилиану.
- Ты так похожа… - прошептал он.
- Я всем напоминаю маму и делаю людям больно, прости, - Лили сжалась.
Андреас подскочил и обнял ее:
- Что ты такое говоришь, я так счастлив тебя видеть, но я так ждал маму. Почему она бросила меня?
- Мама очень любила тебя. Она так жалела, что не забрала и тебя с собой. У нас была замечательная мама.
Парень кивнул и крепче обнял сестру. Кевин смотрел на них. Взгляд скользнул на стену. Там, прямо за детьми, висела огромная картина, на которой была изображена Мия. Она стояла гордая и надменная, с высоко поднятой головой. Лили по сравнению с ней выглядела ангелочком. «Как хорошо, что вернулась именно Лилиана, а не Мия», - подумал Кевин.

- Да не бойся ты так. Все будет хорошо. Группа у вас хорошая. В школе тебе будет весело, - говорил Андреас, пожимая руку Лилиане.
Она сидела с ним на заднем сиденье машины и прижималась испуганно к брату. Форма Элитного колледжа невероятно шла ей.
- А вдруг мне там не понравится?
- Понравится. Сначала, конечно, тебе покажется, что ты попала в тюрьму, но потом привыкнешь. Я думаю, отец попросит Дуноффа поселить тебя в комнату знаменитой Мии Колуччи. Там живут только красавицы, такой уж пошел обычай. И там все розовое, как в твоей комнатке.
Кевин за рулем кивнул:
- Я думаю, Лие там понравится.
Когда машина подъехала к колледжу, Лилиана затряслась еще сильнее. Кевин вышел и приобнял девушку за плечи. Андреас кивнул одобряюще и направился за отцом и сестренкой в сторону кабинета директора. Первым зашел он. Дунофф соскочил и принялся кричать. Потом он увидел Кевина:
- А, вы на счет этого молодого человека? Я давно не видел его в стенах родного колледжа. Я, конечно, понимаю про стажировку в Англии, но не на такой срок.
- Нет, я по другому вопросу, - Кевин вывел из-за спины дочь. Дунофф закрыл рот и сел.
- Я хочу, чтобы моя дочь училась у вас. Стивен ее будет поддерживать,- потом уже совсем тихо добавил, - Мия умерла…и Мануэль.
Дунофф снял очки и почему-то потер глаза. Потом он посмотрел на девушку и тихо спросил:
- Сеньорита Колуччи хочет жить в самой знаменитой комнате?
Лилиана радостно кивнула.
- Тогда Андреас проводит тебя.
Когда дети вышли, Дунофф посмотрел на Кевина и сказал:
- Невероятное сходство.
- Она же ее дочь, - пожал плечами Кевин.
- Да, Андреас тоже похож на Мию, но не до такой степени.
- Лили похожа на нее только внешне, - Кевин сел рядом в кресло, - она жила в бедности, ее жизнь полна лишений, она не знает что такое кокетство, в ней практически ничего нет от Мии.
- А эта детская застенчивость, которую я только что наблюдал? А эта грация и стиль? Подожди, скоро она превратится в законодательницу мод нашего колледжа.
- Не превратится. Я не испорчу так ребенка, - с упрямством возразил Кевин.
Дунофф тяжело вздохнул:
- Как же не повезло тебе, что Мию ты узнал совсем с другой стороны. Со стороны боли и ненависти. Она же стала такой, когда Мануэль в очередной раз изменил ей. А до этого она была веселой доброй девочкой. Да, она была мятежницей, милой и нежной мятежницей. Я всегда удивлялся, как ей удается совмещать эти качества. Я думаю, Лилиана знает ее с той лучшей стороны и Андреас тоже. Для твоих детей она осталась Мией Колуччи, а для тебя стала Мией Кейс, холодной и эгоистичной королевой. Не переубеждай их.
- Я и не переубеждаю. Я только хочу, чтобы Лили забыла тот ад, в котором ей пришлось расти.
- А может, это была сказка. Разве ты не знаешь, как Мия могла устраивать всем сказки.

Лилиана уже познакомилась с девочками по комнате. Они ей очень понравились. Но больше всего ее поразил большой плакат группы «ERREWAY» на стене. Сначала Лили бросилась в глаза мама, потом папа. Рядом стояли парень и девушка. Лили ничего не знала про группу и была немного растеряна, когда в комнату заглянул брат.
- Андреас, посмотри, мама, - палец указал на плакат.
- А, у меня есть лучше, а еще у меня есть все их диски. Мама замечательно пела.
- Я не знала…
Андреас крепко сжал маленькую ладонь в своей руке.
- Пойдем, я покажу тебе колледж и плакаты с мамой и твоим папой.
Лили вскинула на него испуганные глаза.
- Не смотри на меня так. Я же знаю, что он вырастил тебя, ты его любишь почти также как и маму…
- Также, - поправила Лилиана.
Брат заглянул в ее несчастные глаза.
- Я знаю, милая, и я не против этого. Еще я знаю, как трудно тебе теперь называть отцом Кевина. Но ему тоже больно от всего этого. Потом ты поймешь почему. Я расскажу тебе. Только позже. Это очень важно узнать тебе, именно тебе…
- А вот и ты!!! Как же долго ты пробыл в своей Англии! – послышался радостный голос за их спинами.
Андреас отпустил ладонь сестры и сгреб друга в охапку. Эдвард засмеялся и громко спросил:
- Что за красотку ты уже нашел?
- Лилиана медленно обернулась. Голубые глаза загорелись еще неведомым для Андреаса огоньком. Эдвард потрясенно смотрел на девушку, которую он искал уже две недели.
- Познакомься, это моя сестренка Лия Колуччи. Лили, это мой лучший друг Эдвард Бустаманте, друг и почти брат. Ты только отцу не говори, что мы виделись. Наши семьи враждуют.
- Почему? – автоматически спросила Лилиана.
- Отец думает, что мама Эдварда помогла сбежать нашей маме.
- При чем тут наша мама и его?
- Они сестры. То есть сводные сестры.
- Дай я тебя обниму, раз ты мне сестра, - Эд был серьезен и, не отрываясь, смотрел в ее глаза. Но Лили отшатнулась и прошептала:
- Не подходи ко мне. Неужели ты ничего не понял? Пусть я люблю тебя, пусть мне буде больно, но вытирать об меня ноги я не позволю.
- Я не понимаю, почему ты приняла это именно так? Я люблю тебя и хочу, чтобы ты всегда была рядом со мной, - закричал Эд.
- А я не хочу!
Андреас ничего не понимал. Он переводил взгляд с одного на другого.
- А я и не знал, что вы знакомы, - проговорил он.
На него глянули голубые глаза полные слез. Андреасу показалось, что она сейчас заплачет, что прижмется к нему и выплеснет всю свою боль. Она ведь хрупкая и слабенькая. Но Лилиана неожиданно топнула ножкой, уперла руки в бока и высоко вскинула голову.
- Не смей ко мне приближаться, - выговорила она и отошла к брату.
Андреас был потрясен переменой в сестре. Она была теперь невероятно похожей на маму во время их ссор с отцом. «Может это защитная реакция?», - подумал Андреас.
- Ты ничего не поняла, ты еще маленькая и глупая. Чего ты так испугалась? – начал Эд, подходя к девушке.
Лилиана попятилась. Она снова стала испуганной и растерянной. Эдвард подошел совсем близко и вдруг прикоснулся своими губами к ее губам. Лили ответила на поцелуй, но Эдвард сразу же почувствовал соленые капли ее слез на губах.
- Ты плачешь? Почему? – спросил он, проводя губами по ее щеке.
- Я не хочу также страдать, как моя мама.
- Ты о чем это?
- Не оставляй меня пожалуйста.




Сообщение отредактировал katya_shev@ - Пятница, 27.05.2011, 13:17
 
katya_shev@Дата: Пятница, 27.05.2011, 13:18 | Сообщение # 2
We love you!
Группа: v.I.p.
Сообщений: 516
Репутация: 6
Статус: Offline
- Зря вы это надумали, - беспокоился Андреас.
- Почему? Неужели мы до сих пор должны их бояться. Мы уже выросли, понимаешь? – Эдвард злился, но все прекрасно понимал.
- Это другое. Отец никогда не позволит тебе приблизиться к Лилиане. Слишком быстро он потерял жену, чтобы теперь отдать тебе дочь.
- Когда-нибудь ему всё же придется отдать Лили.
- Да, но он выдаст ее замуж, за какого-нибудь своего компаньона и будет полностью контролировать ее жизнь.
- Это несправедливо по отношению к ней.
- Я понимаю и помогу вам, чем смогу, но вы зря это затеяли. Почему бы вам просто не дружить как брат с сестрой? Так нет, у вас любовь!
- Я ничего не могу с собой поделать. Я влюбился в нее, когда увидел на картине, а когда она оказалась такой слабой и беззащитной в моих руках, знаешь, такое чувство нежности накатило на меня. Я полностью утонул в этих чувствах.
- Мне тебя жаль. Мне ее жаль. Она все-таки моя сестренка. А что скажет на это Марисса?
- А что мама? Она то будет рада племяннице. Она конечно никогда не рассказывала мне про тетю, но я вижу, как она ее любит.
- Любила, - грустно поправил Андреас и продолжил, - рада-то рада. Но вот ругаться с Кевином Кейсом она не захочет.
- Мама меня поймет, - Эдвард был уже на пределе. Он начинал кричать и размахивать руками, и он даже не заметил, как рядом с ними беззвучно пронесся маленький ураганчик и остановился рядом.
- Привет Марисса, - поздоровался Андреас.
- Привет милый. Я вот наблюдаю за вами и не могу понять, что происходит с моим сыном.
- Он влюбился, - пожал плечами Андреас.
- Я очень хочу посмотреть на ту девушку, которой удалось так довести этого суперменчика. Я ей памятник поставлю.
- Ты уверена, что хочешь этого, - Андреас увидел, как к ним приближается сестренка.
- Конечно.
- Тогда знакомься – сеньорита Колуччи.
Сначала слух Мариссы резануло само имя «сеньорита Колуччи», но когда она обернулась и увидела девушку, то подумала, что сошла с ума. Перед ней стояла Мия, только не та Мия, которая была женой и матерью, а та, которая училась в школе и была вполне счастлива в любви.
- Мам, я люблю ее, - сказал Эд, беря девушку за руку.
Мари не отреагировала на его слова.
- Меня зовут Лилиана, друзья зовут меня просто Лия, - Лилиана улыбнулась Мариссе.
- Лили? Это ты так выросла? Как же ты похожа на нее, - зашептала Марисса. И вдруг она вспомнила слова сына: «она осталась совсем одна…», - Мия и Мануэль погибли?
- Умерли своей смертью. Мамочка не выдержала тяжелую жизнь, а папа не смог жить без нее.
- Как это похоже на них, - Мари задумалась, потом тихо прошептала, - своенравная сестренка.
- Так вы и есть моя тетя, - спросила Лилиана.
- Да малышка.
- Вы, правда, помогли маме сбежать?
- Нет, я не знала даже, что она сбежала. Вы с ней просто исчезли, хотя если бы знала, то помогла ей. Только с Ману она могла быть счастливой.
Лили, следуя неизвестному порыву, обняла Мариссу. И все…Годы, которые давно убежали вдаль вдруг вернулись назад и ударили с необычайной силой и злобой. Больно. Больно обнимать Мию и знать, что это не она. Больно знать, что это твоя племянница и понимать, что она давно выросла, выросла без тебя. Больно за их любовь, ведь они вступили на тот же путь, что и Мия с Мануэлем. Ведь не может быть будущего у их любви. Кевин Кейс. Кто осмелится бороться с ним? Мия бы смогла.
- Андреас, - вдруг спросила Марисса племянника, - у них все так серьезно?
Парень кивнул. Марисса заметила в его глазах искорку жалости и страха. Он все понимал. Он был старше и умнее этих наивных детей.
- Тогда артиллерию к бою! – воскликнула Мари и улыбнулась сквозь слезы.
- Ты сейчас о чем? – спросил Эдвард.
- Вы же хотите быть вместе? Для этого придется постараться. Для борьбы с Кевином нам придется собрать лучших бойцов, - Марисса стала толкать молодежь к выходу.
- Ты сейчас о ком? – опять спросил Эд.
- Я о Соне и Франко.
Вдруг на их пути возник Дунофф:
- Куда вы уже собрались? У детей занятия.
- Сеньор Дунофф, они мне срочно нужны. Сами понимаете, я впервые за много лет увидела племянницу, теперь ее надо познакомить с Соней, иначе она сама примчится сюда. Вы же этого не хотите? – Марисса обворожительно улыбнулась.
Дунофф затряс головой.
- Ну, вот и прекрасно, я их забираю.
Когда Марисса открывала машину, Андреас тихо прошептал ей:
- Тетя, а в битву за маму, они все-таки, проиграли.
- Я тоже боюсь, но надо бороться, без этого нельзя.

Франко разбирал документацию в своем кабинете. Соня задумчиво вышагивала рядом:
- Ты помнишь, какое сегодня число? – вдруг спросила она.
- Помню, я никогда не прощу себе, что позволил ей это сделать. Она была тогда еще такой легкомысленной, пыталась заглушить боль этой проклятой свадьбой. У них всегда было так сложно.
- Это потому что они любили по-настоящему. Бедные дети.
- Соня ты так говоришь, как будто их уже нет. Может быть, они сейчас счастливы, может быть, растят наших внуков, а Лилиана совсем уже взрослая.
- Я надеюсь, милый. Мия мне стала дочерью еще до того, как я вышла за тебя.
В дверь постучали, в дверь заглянула рыжая голова, только уже не всклоченная, а уложенная в стильную прическу. Сама она так и осталась ураганчиком, только красивым и ухоженным.
- Доченька, как давно ты не заезжала к нам, - Соня принялась обнимать Мариссу.
Крошечный носик привычно сморщился:
- Мама! Сколько можно?!
Соня обиженно отступила и спросила:
- Как Пабло до сих пор тебя терпит? Ты хоть ему позволяешь себя обнимать?
- Мама! Я вообще- то пришла не за тем, чтобы выслушивать твои причитания. Я привела вам человечка, которого вы будете очень рады видеть.
- Кого же это? – спросила Франко, улавливая взволнованный стук сердца.
Марисса выглянула и позвала Андреаса. В комнату зашел парень.
- Андреас! Почему ты так давно не навещал дедушку? – Франко встал из-за стола, но тут же замер, потому что из-за спины Андреаса вышла девушка.
«Ну, вот и дождался. Вот она какая – моя внучка. Маленькая Лия, я очень ждал. Но если она вернулась, значит, с моей малышкой что-то случилось. Я думал Лилиана будет больше похожа на Мию, а она совсем другая. Она такая спокойная и нежная,…наверное. Хотя моя Мия была иногда такой же, с Мануэлем и детьми», - все эти мысли пронеслись в голове у Франко, пока он рассматривал девушку.
Соня потрясенно спросила:
- Мия?!
Но Франко уже обрадовано выкрикнул:
- Лия, малышка! Иди скорее к дедушке.
Лилиана засмеялась и обняла своего любимого деда. Она помнила, как он учил ее кататься на пони, покупал игрушки и почему-то одевал ее во все розовое. Потом, когда они стали жить с мамой и Мануэлем, мама часто рассказывала о нем и Лили еще больше полюбила дедушку.
- Дедушка, - всхлипнула она.
- Маленькая! Ты красавица, - Франко расцеловал ее.
- Мама и папа… - начала Лия, но Франко ее перебил.
- Не надо, я догадался. Молчи. Они вместе теперь.
Лили кивнула и обернулась к Эдду:
- Дедушка, это мой жених.
Франко глянул на второго внука и озабоченно посмотрел на Мариссу. Мари пожала плечами.
- Мы справимся, слышишь?! – Франко говорил уверенно и громко.
И Лили вдруг поняла, что ничего уже не боится. Что теперь все будет хорошо.

Франко зашел в кабинет Кевина Кейса.
- Я слышал, вы хотите со мной поговорить? Что ж я слушаю. Если вы насчет Лили, то я не буду запрещать вам, видеться с внучкой, но…
- Я не по этому вопросу. А насчет видеться, я бы не спрашивал у тебя. Она дочь моей дочери, - Франко уселся в кресле, - я хочу, чтобы ты не запрещал Лилиане встречаться с Эдвардом Бустаманте.
- Это исключено. Я уже предупредил ее, что если она не хочет в женскую школу во Франции, она должна прекратить с ним всякие отношения.
- Ты не можешь решать за нее, - возразил Франко. Он вдруг вспомнил, как сам также угрожал Мии, но его девочка была сильной, она плевала на все его запреты и угрозы и шла напролом.
- Она моя дочь и будет делать все, что я ей скажу.
- Хорошо, что ты сам начал этот разговор. Ты же прекрасно знаешь, что Лилиана дочь Мануэля. Именно поэтому Мия забрала ее и оставила тебе Андреаса.
Кевин побледнел.
- Откуда вы знаете? – спросил он побелевшими губами.
- Они встречались в моем доме, а потом Мия рыдала и рассказывала, что собирается на аборт, мы с Соней ее отговорили. Она родила прекрасную девочку. А ты не хотел, чтобы Лия родилась, и даже приказал не впускать Мию с ребенком. Она опять же пришла ко мне, потому что я любил ее, а вот Лили теперь никогда к тебе не прибежит со своими проблемами, а все потому, что ты делаешь ей больно. Она придет ко мне, к Мариссе, к Андреасу.
- Хватит! – закричал Кевин, - что ты хочешь?
- Я хочу, чтобы ты выкинул из головы эту чушь про Мариссу. Она не знала, что Мия собралась бежать. Знал только я. Я дал ей денег и машину. Мия исчезла из наших жизней еще тогда, и мы прекрасно знали, что навсегда, поэтому теперь можно терпеть ту боль, что приходит, когда думаешь, что Мии больше нет…и Мануэля. Он был мне сыном. Они погибли для нас одиннадцать лет назад. Вот тогда было нестерпимо больно. Я винил себя за то, что не уберег ее от этой всепоглощающей любви и боли. Я проиграл с ней, теперь появилась Лия. Я не хочу, чтобы она страдала. Я ничего не скажу ей про отцовство. Ты разрешишь ей встречаться с Эдвардом.
Кевин обреченно кивнул. Франко тяжело встал и направился к двери. Уже у двери он обернулся и сказал:
- А Мия так и не сказала Мануэлю, что он отец Лилианы. Он всю жизнь воспитывал свою дочь и не знал об этом. Я думаю, это была месть Мии за измену.
Дверь тихо закрылась.

- Эдвард перестань, - весело кричала Лилиана и заливалась смехом.
Эдвард поставил Лили на пол и поправил ее фату.
- Скоро я стану бегимотиком, и ты меня уже не поднимешь.
- Подниму, - заверил ее муж.
Да, теперь муж. Это было так приятно, так прекрасно и так захватывающе. А еще он скоро станет отцом. Он будет любить их дочку Мииту, как Лили любил Мануэль…или Кевин.
Лилиана тряхнула головой и улыбнулась Эдварду.
Вокруг сновали гости. Они поглядывали на жениха и невесту и улыбались. Все были тронуты их нежным счастьем.
Андреас с женой стояли недалеко. Пабло что-то увлеченно шептал Мариссе на ухо. Та прыскала со смеху и закрывала глаза. Соня прижималась к Франко. Кевин прохаживался вдоль зала.
Лили подняла голову и вдруг увидела картину на стене. Мама смотрела на нее с холста смело, высоко подняв белокурую голову. Снежная королева. Но Лили почему-то показалось, что мама одобряюще улыбается ей. Лили подняла свой бокал с шампанским и тихо шепнула мужу:
- За их любовь.
Эдвард повернулся, проследив за ее взглядом:
- Да, любимая. За их смелость и стойкость.
- За маму и…папу, - слеза скатилась по нежной щеке и скрылась в уверенной улыбке.


 
Форум » Разделы для v.I.p. .::. 50 messages on forum » Fan-fiction .::. Фан-фики » Первая любовь или картина на стене (by Mia-amor)
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сайт управляется системой uCoz